Елизавета Ведемская - Звездные хранители

Юноша исчез, не произнеся ни слова, и Дан со смешком заметил:

— Бьюсь об заклад, что он принесет тебе тайю или дыню с Силона. А если нет, то красную пургу. Заключаем пари?

— На что спорим?

— Выигравший освобождается от проверки охранного комплекса. За счет проигравшего, разумеется.

— Идет, — согласился Вэрол.

Названные Даном фрукты были из самых дорогих. Дан не сомневался, что молодой человек доставит именно их, чтобы максимально увеличить счет. Предвкушая выигрыш, Дан заранее порадовался тому, что избавляется от нудной процедуры, — сегодня как раз его очередь проверять комплекс.

Однако на столике, который вкатил официант, красовалась оранжевая тайя, а вокруг нее были разложены мелкие удлиненные черные плоды.

— Это что такое? — огорченно спросил Дан.

Юноша торопливо и даже испуганно сказал, что это зрелые фиоры, они очень вкусные и редко бывают, он надеется, что господину они понравятся.

— Оставь, — сказал Вэрол. — И рассчитаемся сразу.

Юноша назвал цифру, и Дан понял, что эти фиоры здесь дороже всего. То есть он правильно рассудил. Дан попробовал черный плод — он был действительно великолепен — и спросил Вэрола:

— Скажи честно: ты знал, что малый принесет фиоры?

— Утром я видел, как их разгружали. Значит, сегодняшняя проверка за тобой и следующая тоже. Не стоило тебе предлагать такую ставку.

Дан со вздохом принялся за шипучий напиток. Вдруг ткань колыхнулась, и в кабину скользнул официант. Поскольку они расплатились, его появление противоречило здешним правилам.

— Извините, — едва слышно произнес он, пугливо оглянувшись на портьеру за своей спиной. — Вам лучше уйти. Компания из крайней кабины собирается на вас напасть.

— Что им надо?

— Они решили, что вы из Службы Порядка. Их пятеро, но если они крикнут в зале, что здесь Служба Порядка, кое-кто их поддержит.

Дан посмотрел на Вэрола. Раскрываться было нельзя.

— После драки нам в этом районе нечего будет делать, — сказал Вэрол. — Уходим. — Он обратился к юноше: — Есть другой выход?

— Налево по коридору. Там дверца во двор, потом через арку на улицу. — Юноша осторожно отодвинул край портьеры и прошептал: — Пусто. — Однако тотчас отпрянул, задев Дана. — Один из тех! Идет по коридору.

— Подождем, — сказал Вэрол и протянул юноше несколько кредо. — Возьми. Спасибо за предупреждение.

Тот взял деньги, однако лицо его оставалось испуганным.

— Посмотрите вы, — робко попросил он.

Вэрол отогнул ткань.

— Ничего нет. — Он подтолкнул перепуганного союзника. — Иди.

Тот тенью выскользнул из кабины. Выждав пару минут, Вэрол сказал:

— Наша очередь.

Они добрались до маленькой двери и, отворив ее, оказались в грязноватом, замусоренном коробками дворике; напротив светилась ведущая на улицу арка. Когда они вступили под арку, позади раздался тяжелый топот. Безмолвие двора прорезал крик, полный страха и боли. Вэрол остановился, Дан тоже, хотя им следовало уйти поскорее. Во дворик выбежал официант, за ним трое рослых мужчин. Юноша упал — очевидно, ему уже здорово досталось. Подбежав, преследователи стали жестоко бить его ногами.

— Я тебе покажу, как совать нос в наши дела, — выкрикнул один.

Упавший слабо стонал.

Вэрол метнулся назад. Несколько молниеносных ударов — и двое рухнули, Дан уложил третьего. Изо рта юноши текла кровь, а на левом предплечье его фирменная курточка была разрезана, а рукав — в крови.

— Подгони глайдер, — сказал Вэрол.

— Может, позвать кого-нибудь? — спросил Дан, кивнув на темный дом.

— Один из этой троицы — хозяин заведения. Придется взять мальчишку с собой, не оставлять же его.

Вэрол быстро обследовал избитого. Рана над локтем была неглубокой, но кровь изо рта все сочилась. Вэрол прибегнул к своей способности энергетического восприятия и исследовал состояние внутренних органов юноши. Дан огляделся. Все было тихо. И он побежал за глайдером. Вскоре он посадил машину на середину двора. Вэрол поднял избитого, погрузил на заднее сиденье и сам сел рядом.

Юноша очнулся раньше, чем они долетели до дома, и Вэрол положил ладонь ему на лоб, чтобы блокировать болевые ощущения. Но тот отпрянул.

— Не бойся, — произнес Вэрол. — Я помогу тебе.

Не трогай, — вымолвил юноша, едва шевеля разбитыми губами.

— Тебе больно, а я сделаю так, чтобы ты боли не чувствовал.

— Не трогай меня, — упрямо повторил тот.

— Как хочешь, — сказал Вэрол, однако из сострадания сделал блокировку по-другому, без непосредственного контакта и даже отвернувшись.

Сняв защитное поле, Дан посадил глайдер на крышу. Юноша снова потерял сознание. Очнулся он уже в доме. Он безропотно перенес обследование на диагностере, показавшее, что переломов и серьезных внутренних повреждений у него нет.

На вид лет двадцати, ростом он был, пожалуй, с Дана. Хрупкость его фигуры оказалась обманчивой. Да, он был очень худ, но, по-видимому, вынослив. На его лице со вздернутым носом привлекали внимание глаза — необычного разреза и необычного цвета. Они были фиолетовые. Их наружные уголки были чуть ниже внутренних, что придавало лицу своеобразное очарование. Волосы у него были темно-каштановые с рыжеватым отливом.

Обработав порез, Вэрол спросил:

— Что случилось после нашего ухода?

— Они догадались, что вы неспроста исчезли так внезапно. И сказали хозяину, что вы из Службы Порядка и что, дескать, я вас предупредил. Хозяин озверел…

— Как тебя звать?.

— Виан.

— А живешь где?

— У меня нет дома. Ночую в кладовке заведения.

— Ясно… Родители есть?

— Я подкидыш, — тихо, будто стыдясь чего-то, ответил Виан. — Хозяин выкупил меня из приюта. Теперь уж он от меня избавится… Он уже говорил, что давно вышвырнул бы меня, если б ему вернули деньги. А толком я ничего не умею. Такие, как я, здесь не нужны.

Дан, не участвуя в разговоре, ощутил, что вместе с Вианом в дом вступила какая-то опасность. Какая?.. Ответа не было. Конечно, раз один из троих противников — хозяин того заведения, лучше туда больше не показываться. Но изъять это заведение из маршрутов — невелика потеря. Так в чем же дело? Парень оправится и исчезнет, а в доме будет вести себя как ему велят. Впрочем, придется помочь ему выпутаться. В конце концов, этот парень пострадал из-за них. И, возможно, избавил их от других неприятностей…

Закладывая в инъектор ампулу снотворного, Вэрол сказал:

— Ты уснешь, а завтра обсудим, как с тобой быть. Сколько ты уже там проработал?

— Три года.

— Должен работать еще два?