Юрий Лисецкий - Все как обычно
Следующий день уже немного нервный. Уехало на двух тарантасах с повозкой пять ветеранов с погибшими и новыми подданными донны Лары. Всего новых вассалов два десятка, из них 15 женщин. Донна Лара приобрела столяра краснодеревщика, аптекаря, механика, садовника и управляющего. Все мужчины с опытом, опыт же женской части, дело наживное.
По докладу Петерса, первое желанием было, - дать команду прикончить всех обвиняемых на месте, но потом слегка отпустило. Все 25 пленных поголовно виновны в разбоях, насилии и убийствах, амнистировать некого. Но можно поменять на стройке голова на голову, вот и выход для людей отряда. У них будут новые, не засвеченные в городе имена и новая жизнь. В Дорне, правда, им лучше не показываться. Но это все потом. Пока нужно готовиться к теплому приему пиратского судна и рассредоточить иждивенцев и тунеядцев. 25 бандитов сидели в казематах, 20 освобожденных и пять ветеранов убыли на двух мобилях к донне Ларе, 30 человек нашли себя в хозяйстве дона Петерса. 40 бывших арестантов определяться в своей жизни не хотели или не могли. Десяток из них можно было вернуть к прежнему месту жизни, используя их в претензиях Петерса на домен как свидетелей пострадавшей стороны. На довольствии 28-15-70-25, ничего не изменилось, продуктов больше не стало, народ начал отъедаться, компенсируя голодное время, не отнимать же куски изо рта. Продуктов на неделю. Толпа отмылась, переоделась и похорошела, мои бойцы начали строить матримониальные планы с ожившими женскими существами, интерес был обоюдным, а это угрожало морали и дисциплине.
В назначенный день, на пасмурном берегу серого с мелкими волнами океана, осторожно подходящий к берегу парусный корабль средних размеров, встречала разномастная толпа. Мой, я его уже люблю,
Глава 8
В тусклом свете позднего утра, на слабой волне к берегу осторожно приближался корабль корсаров. Над бортами торчали головы, взгляд каждого пирата насторожено разглядывал сушу. На таких судах больше сотни народа не бывает, в настоящий момент должно быть и того меньше, им же еще рабов грузить. На берегу стояли 25 наших пленников и выискивали знакомых на корабле, что бы приветливо с ними поздороваться. Перед спектаклем их особо предупредили о том, что качество жизни иногда может зависеть от количества раненых и погибших с нашей стороны. Или от количества захваченных пиратов, с каждой вражьей головы тоже может быть маленькая прибавка к пенсии. Стану я им объяснять, что такое пенсия. Кстати, уже надо вводить систему стимулов для своего ордена. Нового придумывать не зачем для мотивации карьерного роста, - деньги, звания, ордена и медали, что еще нужно служивому. Еще пенсии озвучу, и все будет нормально, не наделять же их землей и давать баронства, строить своими руками будущих сепаратистов.
План реализовался практически полностью. Толпу рабов из бойцов Петерса и массовки из женщин охраняли ветераны. Группа бандитов была незаметно зафиксирована одобренным мною способом. Каждый бодро вопящий в радости демонстрант был сквозь прорезь в штанах привязан за мошонку. И крики тоньше и желания к бунту минимальные, потому, что, когда тебе обещают отрезать голову, это привычно, с яйцами отношение у мужика более трепетные. Наконец-то корабль остановился в пятидесяти метрах от берега и спустил на воду две шлюпки. Два десятка матросов пересели в маленькие суденышка и работая веслами, двинулись в нашу сторону. Массовка в виде ветеранов, держа в руках бутылки и кувшины, бросилась обниматься с приезжими и красиво их обездвижила, смешав с митингующими. В приветственных возгласах остальных, крики и стоны пиратов со шлюпки потерялись. Не давая оценить обстановку, ветераны погрузили рабов диверсантов в шлюпки и изо всех сил налегли на весла. Бойцы Петерса слаженными тройками, во главе с командиром, не утерпел-таки, имея в руках гранаты и ножи, больше ничего на себе не спрячешь, приготовились к абордажу. Никто из них не сомневался в победе, хотя счет предполагался 3:1, опыт захвата поместья давал большие шансы на успех. Нельзя было предоставлять шанс отогнать корабль от берега. С пригорка, в метрах семидесяти, в оптику автомата, пираты выглядели как на ладони. Я опять на подстраховке, связи нет, координировать нечем, буду подавать сигналы стрельбой по мишеням. Не все планы свершаются, свою лепту внесли на берегу женщины, там началась потасовка. С камнями и палками группа женщин накинулась на разбойников, не различая старых пленных и свежеприбывших. На берегу началась куча мала. Это внесло веселье и расслабленность в ряды пиратов и отвлекло их внимание от шлюпок. Тем неожиданнее оказались броски гранат диверсантов и выстрелы арбалетов ветеранов. Вмешался в этот шум и копоть и я, начав отстреливать самых ретивых и борзых. Толпа была настолько плотной, что целиться не надо, главное скорость, четыре прицельные очереди, это два магазина, главное, ствол даже не теплый, хороший материал технари подобрали. Одиночными выстрелами подчищал корму, у бортов сцепились диверсанты, разобрать кто кого уже невозможно.
Весь бой не продолжался и часа, это, пока ты в процессе, время балуется, то замедляясь, то ускоряясь. Когда отходишь от боя, все оказывается не так.
Шлюпки, груженные телами, опять поплыли к берегу. Первые шлюпки со своими бойцами, печально, но есть убитые из основного состава, нет у них такого опыта схваток, как у сержантов. Первая шлюпка, это семеро тяжелых, их на носилках погрузили в багги с телегой, маг наскоро перевязал, и на скорости увезли в домен. В домене, из нового пополнения теперь есть свой аптекарь и целитель. Тела своих убитых, пять человек, заполнили телегу второй багги, салон заняли легкораненые. Вторым рейсом пустых шлюпок к кораблю поплыл и я. Хороший корабль, вместительный, но при этом, узкий и быстрый. Это не толстобрюхий тихоходный купец, такой кораблик специально строился под морской разбой. Военные крейсера тяжелее и неповоротливее, а здесь четко сбалансировано все между грузоподъемностью и скоростью. Зацепил краевым зрением выражение лица Вана, у меня конкурент по любви к кораблю. Если я ощущал удовлетворение собственника, то Ван видел в корабле, наверное чужую невесту, которую очень сильно хотелось. Прям, Тристан и Изольда. Наверное, это будущий капитан этой лоханки, а что, опыт у него есть, пусть так и будет. Но право первой ночи на каюты и трюмы я реализую.
Трюмы полные еды и воды, часть продуктов предназначена для рабов, видно по качеству, вот теперь сами это и съедят. Мое воинство в это время сортировало выживших и условно выживших пиратов. Счет пока не сходился по причине того, что нить между смертью и жизнью периодически прерывалась и без нашей помощи. Вот мои и не торопились со счетом, ожидая некоторых, в какую сторону они повернут. Да и мародерить мертвых легче. Я не очень настаивал на принципиальности моих прежних указаний. Как считать лежащего с ранением в живот, по факту он мне бесполезен, и никакого сопереживания у меня к его судьбе нет, с его кровавой жизнью, от него в аду черти шарахаться будут. А я его жалеть, а потом лечить, а потом реабилитировать, тьфу, что-то меня в либерасты повело. С трюмами сами разберутся, пойду в каюту капитана, капитан не выжил, сам же его и застрелил, но он так профессионально махал саблей, мог моих бойцов положить не одного. А пленных и так хватает, раненых и почти целых, кричат о выкупе, боятся, что прирежут. Выкуп, это хорошо, но не актуально, актуальна информация, карты нашел, теперь бы с ними разобраться, шкатулка с камнями, золотишко в монетах с непривычным аверсом, много. Не врал Вогис, вес и диаметр монет идентичен марке, но изображения на них - другие. Может заделаться нумизматом? Отберу себе в коллекцию, на моем денежном обороте это не отразится.