Михаил Дубаков - Надрывы
— Аудиенцию, — сквозь зубы процедил Ра-Вокхра первому секретарю.
— Согласно древнему Кодексу… — высокопарно начал было секретарь.
— Я знаю Кодекс, — тихо и зловеще прошипел Хранитель. — Если ты не скажешь обо мне Верховному, то очень скоро вообще не сможешь говорить.
Секретарь побледнел, потом начал медленно закипать, но все же, вспомнив Рогана, пошел к Верховному. Через минуту он вернулся и холодно бросил:
— Верховный ждет вас, но он очень недоволен.
Хранитель только яростно сверкнул глазами и проследовал в Зал Совета.
— Что заставило достойнейшего нарушить порядок аудиенции? — вместо приветствия спросил Верховный.
— Ужасные вещи, Верховный… Седой Клинок исчез… — Хранитель понуро отвел глаза.
— Что? — прошептал Верховный, зло сузив глаза.
— Исчез… — промямлил Ра-Вокхра.
— Та-ак… — правитель зо-г-аров осторожно опустился в кресло. — Когда?
— Ну… в общем… не раньше десяти дней назад… — замялся Хранитель, еще более склонив голову.
— Что?! — взвился Верховный. — Почему я узнаю об этом только сегодня?!
— Ну… я… в общем… Я только тогда проверял наличие в последний раз… и сегодня…
— Что?!! — разъяренный рев никогда до сих пор не повышавшего голос правителя сотряс стены Зала. — Да ты должен проверять каждые шесть часов!! Даже среди ночи!! Даже, если смертельно болен!!
Хранитель понуро молчал, целиком осознавая свою вину. Верховный постепенно успокоился и уже не кричал. Лишь расширенные ноздри и сжатые губы свидетельствовали о скрытой ярости и гневе:
— Почему не сработали охранные чары?
— Мы тщательно проверили… Все чары целы, — глухо ответил Хранитель.
— Так… Я даю тебе и остальным Хранителям неделю. Если по истечении этого времени никаких следов Клинка вы не обнаружите, то… Ты сам знаешь Кодекс Хранителей.
— Да, Верховный, — пробормотал Ра-Вокхра.
— Ступай, достойнейший, — с ядовитой злостью сказал Верховный, махнув рукой.
Хранитель тихо удалился, так и не распрямив спину. Верховный сел в кресло и с такой силой ударил кулаком по подлокотнику, что крепкий стрег с треском раскололся.
***
— Милорд, ссегодня вернуллиссь посслы. Правый Шшилат сс намии, — шептал Хевр на ухо Герку. — Но Шшилат проссит еще неделлю на ссборы.
— Сколько они рассчитывают выставить? — задумчиво спросил Герк.
— Говорят, ссто тыссяч…
— Значит, здесь они будут не раньше, чем через три недели…
— Да, Милорд.
— Что ж, придется отложить выступление, — Герк досадливо поморщился. — Надо дождаться их армию. — Он осторожно достал из ножен Клинок Великой Мглы (Rheargrorh, как именовался он в легендах посвященными) и любовно зашептал:
— Я знаю, ты должен пить вдоволь крови, чтобы не терять силу, но подожди еще немного, скоро мы утопим в ней мир.
Rheargrorh ничего не ответил, лишь слегка увеличилась область Мглы, окружающей лезвие.
***
— Что, хочешь посмотреть эти записи? Я тогда еще молодой был, горячий… решил на мир вблизи посмотреть. Вот и накропал кое-что…
"… Никогда не знаешь, какой стороной повернется к тебе удача. Вертится… то передом, то задом. То просвистит клинком, срезав сантиметр волос, то застрянет наконечником стрелы в левом лёгком, заставляя надрывно харкать кровью.
Ладно бы что-то одно, тогда хоть была бы определенность какая-то! А то кружишь перед противником и не знаешь, удастся ли ему вывернуть кисть насколько надо, когда ты рубанешь сбоку после ложного замаха или же нет? Если б знал, что удастся наверняка, то ведь не полез бы. А так… Вот порезал камзол, сволочь!
Самое гадкое в этой удаче — ее мимолетность. Глядишь — танцует перед тобой, махая платочком. Ты уж и обрадовался, и деньжат поднакопил, и сейчас вызов на дуэль принял, а вот… шпага в ребро. Ты в агонии смотришь недоуменно на свою удачу, а она, брезгливо оттирая платочком кровь, лишь махнет рукой на прощание: "Адью, мол, милый…"
Да-а… Тут только один выход, но зато верный, хотя и не совсем привлекательный. Надо всегда надеяться на худшее, только и всего. Тогда никакая удача вас за нос не проведет, нет. Но ведь, не хотят люди… вот же черти глупые! Они, видишь ли, верят в свою звезду! Тьфу!.."
********************************************************************************
Глава 9.
"В старых небылицах рассказывается
много ложного о драконах. Например,
утверждается, что драконы имеют иной
раз до семи голов. Этого никогда не
бывает. Дракон может иметь только
одну голову…"
Станислав Лем.
Аркин резко остановил коня и прикрыл глаза. Что-то невиданное творилось в тонком мире, нечасто он ощущал такую мощь. Кроме того, Аркин совершенно не понимал причины, вызвавшей такое волнение, он что-то не мог припомнить заклятия, хоть чем-то похожего на это. Волнение постепенно затихало, но гул от уходящих искажений шел порядочный.
"Вершей сто отсюда будет, — прикинул Аркин, спешиваясь. — Пора!"
Он поставил ноги на ширину плеч, закрыл глаза и начал творить заклинание. Через несколько мгновений сквозь исчезающий мир и астралы унесся Зов строго определенной структуры и последовательности. Потом Аркин осторожно провел указательным пальцем снизу вверх и в десяти метрах от него прозрачный воздух прорезала ярко-голубая светящаяся линия, один ее конец упирался в землю, другой резко обрывался на высоте двадцати метров. Затем маг уселся прямо на траву и стал ждать. Время текло невообразимо медленно. Прошел час. На исходе второго Аркин заволновался и послал еще один Зов. В конце третьего часа терпение понемногу сходило на нет. "Не могу же держать распахнутыми эти врата вечно!" — раздраженно думал он, в очередной раз корректируя все время сбивающиеся параметры в тонком мире. Наконец из щели начала медленно высовываться голова чудища, она казалась какой-то неестественно плоской, но этот странный эффект был хорошо знаком Аркину: пространственные искажения, из-за которых и существовала возможность создания Врат Миров, приводили к визуальному исчезновению третьего измерения, но это был лишь оптический обман. Вслед за тупоносой мордой показались два огромных хитрющих глаза, задорно смотревших но Аркина, мощная шея, плавно переходящая в поджарое упругое туловище, четыре когтистых лапы и, наконец, хвост, усеянный метровыми шипами.
— Ну наконец-то! — облегченно выдохнул Аркин, небрежно проводя пальцем снизу вверх — черта тотчас исчезла. — Где же можно пропадать столько времени? — облегчение сменилось недовольством.
— А нельзя ли обращаться по имени? — невинно спросил дракон, осуждающе глядя на мага.