Сергей Вольнов - Ответный уход
Обнаруженные здесь последствия локального апокалипсиса лишь отдалённо напоминали ужасы мира Фообб. По сравнению с реалиями планеты-резервации Фурргиасс II в звёздном скоплении Хромой Кентавр, на Диабелле можно было смело размещать элитную рекреационную зону и напыщенно величать её не иначе, как РАЙ.
Но – рай для уродов…
Как ни странно, природа Диабеллы оказалась более устойчивой к рукотворным самоубийственным катаклизмам. И, на первый взгляд, планета казалась скорее заброшенным, забытым небесами суровым краем, нежели некачественно уничтоженным миром. Уже позднее начинали бросаться в глаза и в остальные органы чувств симптоматичные проявления агонии. Отсутствие птичьего пения, как и самих птиц. Непригодные для питья источники воды. Отнимающий сознание радиационный фон…
Иван опустил голову. Потряс ею и, стянув лямки заплечных чехлов с необходимой амуницией, которой они запаслись на корабле, наклонился. Поклажа приземлилась с глухим шлепком, он бесшумно сел рядом. Маленькая не сделала даже этого. Просто изнурённо осела, прислонившись боком к массивному валуну. Иван повернулся к ней и, встретившись взглядом, спросил Ирý:
– Диабéлла… Странноватое название у этой планеты, ты не находишь? Первая половина слова – «дьвольская», – сливается со второй – «прекрасная»…
– М-да… Дьявольская красота. Поистине, у него… у дьявола, своё, оригинальное представление о прекрасном, – хмуро отозвалась она.
– Я вот всё думаю – какого чёрта этот обожатель тяшек, ДжонБэкфорд хренов, в последний момент выдал-таки из подсознания координаты этой точки выхода? Словно наконец-то вспомнил ускользающие цифры, гоняясь за ними в глубочайших глубинах памяти… Он вряд ли понимал, что я смогу прочесть чётко сформулированные мысли, но ведь в начале разговора у него даже никаких ассоциаций не мелькало, по поводу. Вообще, у меня такое впечатление, что вы оба стремились в одно и то же место. Но ты знала точку, а он забыл, куда именно нужно… Если бы я не был уверен, что знаю тебя как облупленную, то мог бы подумать, что вы с ним заодно, из одной банды, только что-то не поделили…
– Тогда бы я пошутила, что у меня такое впечатление, что ты угадал. Может, я действительно помогла ему вспомнить… но лишь то, чего он сроду не знал. А делить мне с ним нечего, кроме, разве что, общей истории Сети Миров. Это ему, наверное, хотелось делить. И не меня в первую очередь, а тебя – на самые мелкие частички.
– А тот голос внутри меня: «Сейчас или никогда!»… В предстартовое мгновение перед входом во внемер. Это тоже была не ты?
– А твой невообразимый рывок, – тут же парировала она, – ты прыгнул, несмотря на перегрузки, когда ни один нормальный человек не может даже пальцем пошевелить. Это был не ты? Разве не благодаря тебе мы сюда попали живьём, а не в качестве свежевыпотрошенных тушек?
– Да ладно, мы это… мы. Точно. Где ещё во Вселенной встретишь подобную ненормальную парочку. – Иван улыбнулся и добавил: – А мой рывок… Это, пожалуй, единственное действие, которого этот предатель не ожидал, давя на сенсор самоликвидации корабля, потому и скоропостижно скончался, так как единственный на борту фельдшер, то бишь я, недолго, зато успешно боролся за его смерть…
Несмотря на пока что плачевные результаты пребывания в чертогах негостеприимной ДьявольскойКрасоты, невзирая на грозящую перспективу безрадостного будущего, Ирá рассмеялась…
Они сидели на каменном выступе, контролируя обозримую взглядом местность, раскинувшуюся внизу. Кое-где вдали периодически пошевеливалась высокая трава, но зеленокожие покуда не решались на повторную атаку.
– Маленькая, мне неохота даже подумать, что ты так настойчиво тащила меня на эту Диабеллу из-за сафари на зеленокожих и лупоглазых. Зачем тогда?
– Хорошо, Сол, скажу… Об этой планете я узнала от своего отца…
– Отца? Мда-а, похоже, ты далеко не всю правду мне о родителе рассказала… Иногда меня снедает дьявольский соблазн пошарить в твоей головке без спросу, застать врасплох. Твоё счастье, что я патологически совестлив по отношению к… гм, другу. Представляешь, хотел это слово во множественном числе употребить, и понял, что у меня один-единственный друг. ЗАТО ЭТО ТЫ.
– Сол, я не обманывала… Действительно, я просто не говорила всей правды. Я после его кончины всех встреченных мною мужчин сравнивала с ним. Такое вот классическое подтверждение правоты прадедушки Зигмунда Фрейда… И ТОЛЬКО ТЫ однажды выдержал это сравнение. Мой отец… – она закрыла глаза, что-то представив, и грустно улыбнулась. – Он был лучшим в мире, исключая присутствующих, пилотом, и по-настоящему замечательным человеком. Он знал и умел много такого, что «чёрные шлемы» запросто могли подвесить его за мужскую гордость, пытаясь вынудить поделиться. Могли бы… Если бы напали на его след. Но этим «многим» он не поделился ни с кем, даже со мной, к сожалению, так и унёс с собою в могилу… А вот про Диабеллу успел рассказать перед смертью, мне – девчонке. Но у него уже не было выбора… Где-то здесь, в районе этих шикарных развалин, бывших некогда городом Элишаднис, и находится вожделенный объект моих поисков. Все эти замысловатые петли и ломаные зигзаги, которые я выписывала с момента выхода из полуподвала Агентства «СК», на самом деле заметали следы, сбивали с толку преследователей.
– Ха. А я, значит, не ищу? Просто от тебя всяких уродов отпугиваю, да? Бесплатное приложе…
– Извини, Ваня… Наших. НАШИХ поисков.
– Ну ладно, проехали. И вот мы здесь. Всех уродов стряхнули с хвоста, обвели спецслужбы Вселенной вокруг пальца, добрались, совершили посадку в нужной точке. Замечу в скобках, исключительно благодаря моего беспримерному героизму. Точно! И что теперь? Вообще-то трудно искать то, чего сам не прятал. И когда даже не знаешь, что ищешь…
– Я иска… То есть мы… МЫ ищем действующий боевой корабль Армии Солнца. Вероятно, последний в Сети звездолёт, произведённый на Земле, к которому ни разу не прикасалась лапа Иных. Штурмовик автономный малый, который по-прежнему является именно имперским ШАМом, а не переделанным корытом тяшек.
– Чего-чег… х-х-кх… – Иван закашлялся, поперхнувшись от неожиданности, потом, растерянно глядя на Ирý, выдавил из себя. – Маленькая, и тебя достал этот Космос-убийца? Ничего, вот отдохнём чуток, поваляемся на песочке, где-нибудь на бережку тихой речки…
– Да не сошла я с ума. Не дождёсся!..
Ирá рассердилась неподдельно. Иван осторожно коснулся кончиками пальцев её виска, успокаивая, впитывая в себя всплеск. Их глаза встретились и Маленькая, наткнувшись взглядом на его боль, подрагивающую в зрачках, неожиданно успокоилась. Большой провёл ладонью по щеке напарницы.