Андрэ Нортон - Подчеркнуто звездами

– Что теперь? – спросила она с улыбкой. Говоря, она вытирала руки о ткань рабочего костюма. Даже с помощью машин погрузочно-разгрузочные работы – тяжелый труд.

– Как сказал Ван, я хочу на несколько часов воспользоваться вашей помощью.

– Конечно. – Она заметила, что он арендовал флаер, и оглянулась на корабль. – Мне нужно несколько минут, чтобы умыться и переодеться...

– Не нужно. Возьмите только шапку и очки для защиты от лучей Халио.

– Слушаюсь, – ответила она.

Очень скоро она вернулась.

– Готово.

– Прекрасно. – Джелико указал на пассажирское сидение флаера. Садитесь.

– Удачи с вашими ящерицами, – крикнул ему вслед Ван Райк.

Капитан нахмурился, но в прощальном жесте поднял руку.

– Только проследи, чтобы ни один из этих ценных грузов не остался тут на ночь.

С этими словами он включил двигатель, и машина, легкий четырехместный пассажирский флаер, начала удаляться от «Королевы».

Джелико негромко рассмеялся.

– Он прав насчет ящериц. Я украл вас для осуществления личных планов.

– Я так и подумала, – ответила Раэль. – На заднем сидении камера для трехмерной съемки, если не ошибаюсь. А что с ящерицами? – с любопытством спросила она. – Мне казалось, на Кануче, особенно здесь, на севере, нет ничего достойного из фауны.

– Ничего в смысле разнообразия, размеров или интеллектуального развития, – поправил он ее. – Но то, что есть, интересно и важно, просто потому, что оно здесь.

– Хороший пример – ящерицы, которые меня интересуют. Маленькие, трех дюймов, не считая такой же длины хвоста, крылатые, великолепного зеленого цвета. В естественной среде встречаются довольно часто, но в неволе не живут – законы сохранения природной среды на Кануче запрещают дальнейшие попытки их содержания в неволе. И до сих пор никто не сумел изучить их и заснять. Как только человек показывается, даже вдали, все ящерицы тут же прячутся в листве. Если их находят, они сворачиваются в тугой комок и не разворачиваются, пока чужак не уйдет. Рассчитывают на защитную окраску и яд в шкуре.

– Было предложено несколько объяснений остроты их чувств, особенно с учетом того, что они так же реагируют на установленные человеком приборы долговременного действия. У меня есть своя теория, но я не стал бы о ней упоминать перед другими людьми, иначе решат, что я наслушался шепчущих.

– Я польщена. И каково же ваше объяснение?

– Все объясняется каким-то типом телепатии. – Он поднял руку, увидев ее недоверчивое выражение. – Я не говорю о том, что показывают в видеолентах и о чем пишут романисты. Нечто более примитивное. Например, способность ощущать интерес к ним. В диких условиях это может означать немногое: либо потенциальный партнер, либо потенциальный хищник.

Возбужденный ксенобиолог вполне сойдет за хищника.

– Возможно, вы правы, – медленно сказала она. – Биологически у них нет причин развивать более дифференцированное восприятие, а люди появились на сцене слишком недавно, чтобы внести какие-то изменения в этот механизм.

– Я тоже так решил.

– А какова моя роль?

– Я хочу поставить эксперимент. Возможно, ваше присутствие позволит мне сделать несколько хороших снимков.

– Но я не могу привлекать их. Я вам говорила, что я не...

– Не прямо, может быть, но я видел, как реагируют на вас Синдбад и Квикс. Кошки давно знакомы с людьми и способны привязываться к ним. Но о Хубате этого не скажешь. Вы очаровали моего шестиногого товарища, и я надеюсь, что нечто подобное произойдет и с зелеными ящерицами Кануча. Во всяком случае попытка не повредит.

– Вероятно, вы правы.

Женщина замолчала, и капитан вопросительно взглянул на нее. Она сидела неподвижно, с серьезным выражением, опустив глаза.

Джелико вздохнул.

– Это не испытание, Раэль. Если не хотите, можете просто смотреть, или вообще мы можем вернуться.

Она подняла голову.

– Я знаю, что для вас значило бы, если бы нам удалось. Просто не хочу разочаровать вас.

– Это невозможно. Если не получится, значит так тому и быть.

Конечно, это дело для него очень важно, но Джелико постарался сдержать свое возбуждение. Способности Раэль – конечно, если они у нее есть, – не проявятся, если она будет слишком возбуждена. Космос, он вовсе не хочет ее расстраивать.

– Вы не успели поесть, – сказал он. – Пошарьте сзади. Там сэндвичи, приготовленные для нас Фрэнком. Вероятно, считает, что мы отправляемся на настоящий пикник. Но если у нас получится, мы будем слишком заняты для еды, а если нет – успеем вернуться на корабль к обеду. В любом случае у вас в ближайшее время не будет возможности поесть.

Женщина не противилась. Она с удовольствием съела сэндвичи стюарда, и из-за голода, и потому, что они оказались исключительно вкусны.

– Обращайтесь хорошо с мистером Мурой, – посоветовала она. – Его нельзя недооценивать.

– Не думаю, чтобы кто-нибудь из экипажа «Королевы» совершил такую ошибку, друг мой.

Не успел флаер покинуть территорию космопорта и удалиться от города, как характер местности под ними резко изменился, по мнению Раэли, в худшую сторону. Желтоватая поверхность стала такой жесткой, что ее скорее можно было рассматривать как камень, а не как почву. И сухой. Только кое-где ее разрезали глубокие русла речек и ручьев. Растительность редкая и чахлая даже у воды. И нигде она не росла в значительном количестве, даже там, где от выветривания образовался слой почвы.

– Все плоскогорье вокруг города такое, – сообщил Джелико.

– Кажется, оно тянется бесконечно, – с отвращением ответила женщина.

– Это полоса примерно в двадцать миль шириной и около трехсот длиной.

Но за ней увидим более типичную внутреннюю местность. Тоже, конечно, не очень богатую, но там есть кое-какое разнообразие.

Когда они достигли конца плоскогорья, переход оказался очень резок.

Местность стала более влажной. Появилась настоящая почва, на которой рос довольно густой покров растительности, в основном травы по колено высотой.

Общий цвет – зеленый, с чередующимися более светлыми и темными пятнами, и Джелико сообщил своей спутнице, что там, среди стеблей и листвы живет почти все разнообразие дикой фауны северного полушария. Большинство животных небольшие и довольно низко стоят на шкале разума.

Капитан опустил флаер на землю.

– Посмотрим, сумеем ли найти фотогеничных зеленых ящериц, доктор.

Забрав свое съемочное оборудование и пару биноклей, он медленно двинулся в сторону от машины, шел осторожно, будто хотел стать частью окружающей местности. Взяв свою часть груза, Раэль постаралась как можно лучше подражать ему.