Марк Михаловски - Сияющая темнота

— Что это было?

— Они по нам выстрелили, — недоверчиво сказала Келлика. — Они по нам стреляют!

Она ещё раз проверила приборы.

— Повреждён двигатель. На третьей и четвёртой палубах много пробоин. Мы теряем воздух.

«Меч Правосудия» снова вздрогнул, и Донну бросило на стену. Мама раскачивалась на ногах, гидравлика её ног шипела, компенсируя качку.

— Мы можем починить пробоины? — перекрикивал Буни вой сирен.

Освещение переключилось на аварийное, и отсек погрузился в кроваво-красный мрак.

— Поздно, — ответила Келлика через несколько секунд. — Из двигателя вытек хладагент… он разъедает корпус корабля. Полное разрушение наступит примерно через одиннадцать минут.

Буни схватился руками за голову.

— Нет! — сказал он сквозь сжатые зубы. — Нет!

— Буни, — сказала Донна, стараясь сохранять спокойствие. — Спасательные шлюпки, спасательные капсулы, или как там у вас это называется… У вас что-нибудь есть?

— Что? — он посмотрел на неё так, словно в её словах не было смысла. — Да, да.

— Хорошо. Усаживайте всех на них. Экипаж, роботов — всех. Если корабль взорвётся, у них будет больше шансов выжить, так ведь?

Буни молча смотрел на неё, парализованный происходящим вокруг. В его глазах Донна видела отчаяние.

— Ох-ох-онюшки, — сказал Уейоу, его глаза были широко раскрыты от потрясения. — Знаете, Донна права. Чур, я первый!

— Заткнись! — оборвал его Буни, проведя рукой по волосам.

Этим жестом он напомнил Донне Доктора — где он сейчас?..

— Келлика, отдайте приказ! — крикнула Донна. — Эвакуируйте всех.

Келлика посмотрела на Буни, ожидая одобрения. На секунду Донне показалось, что он разорвётся на части, но, в конце концов, он кивнул. Келлика схватила микрофон и начала отдавать приказы экипажу, приказывая эвакуироваться на спасательных капсулах.

— Фух! — сказал Уейоу. — Какое облегчение… Так чего мы ждём?

— Мы ничего не ждём, — сказал Буни. — Мы остаёмся тут… Я остаюсь тут.

— Вы же слышали, что она сказала, — закричала Донна, схватившись за его руку, чтобы устоять, когда где-то глубоко в недрах «Меча Правосудия» раздался очередной взрыв.

Она наткнулась на кресло Буни и больно ушибла бедро.

— Корабль взорвётся. Какой смысл оставаться? Это же вам не кино. Не получится гордо стоять на носу, когда корабль тонет, а все думают о том, какой же вы благородный.

Она схватила его за запястья и развернула лицом к себе:

— Вы умрёте.

Буни облизал пересохшие губы, и оттолкнул от себя Донну.

— Но я умру не один, — сказал он.

Он подбежал к Келлике.

— У нас хоть что-то из двигателей осталось?

— Только маневровые, а что?

Буни на секунду задумался, потирая лоб.

— Должно хватить, — сказал он. — Включи их. Раз уж нам конец, то возьмём и их с собой.

— Что?! — крик Донны заглушил сирены.

— Этот корабль, — сказал Буни, ткнув пальцем в экран, на котором было видно огромное колючее чудовище, возникшее из Сентилли. — Это их большое оружие. Это то, над чем они работали все эти годы. Будь я проклят, если позволю этим воспользоваться!

Он посмотрел на Донну и отдал приказ Келлике.

— Тарань его, — сказал он. — Наш корабль — наше единственное оружие, и мы им воспользуемся!

— Прекратите! — проревел Доктор, бросаясь к Огмуни.

По мановению руки Гарамана, блондинко-подобный робот вмешался и обхватил Доктор сзади, обняв его, как тисками. Доктор был бессилен. Была бы у него звуковая отвёртка, он мог бы попытаться успеть деактивировать робота, сжечь его микросхемы. Хоть что-то. Но отвёртки не было, и его руки оказались прижаты к его бокам.

Внезапно дверь раскрылась, и вбежал Мезант.

— Что происходит? — потребовал он ответа у Гарамана. — Почему ты открыл огонь?

— Наш заклятый вражонок Буни, — сказал Гараман, и Доктор увидел на его лице недовольство прибытием Мезанта. — Пора уже с ним покончить.

— Но нельзя же, — сказал Мезант; его лицо было сама растерянность. — Там же организмы на борту!

— Уже вряд ли, — рявкнул Гараман. — Кроме того, ты же не думал, что наш план может быть реализован без единой потерянной жизни — органической жизни?

Мезант беспомощно развёл руками:

— Нет, но… Ты говорил, что ненужных смертей не будет. Ты говорил, что не нужно будет уничтожать их корабль.

Мезант почти плакал.

— В таком случае, считай, что это первые из печальных, но неизбежных жертв.

— Скажите ему, — прохрипел Доктор, с трудом дыша в хватке робота, — скажите, чтобы отпустил их… Они не могут больше помешать. Вы и так, наверное, уже повредили их корабль. Возможно, они уже мертвы. Отмените атаку. Вы утверждаете, что вам небезразлична жизнь, организмы. Докажите это. Остановите его.

Мезант раскрыл рот и посмотрел на Гарамана.

— После всего потраченного времени, — недовольно говорил Гараман, — после всего этого планирования… Ты хочешь позволить сентиментальности разрушить всё.

— Но… но что, если Доктор прав? Они уже не могут ничем нам помешать.

— Ты хочешь этим рискнуть, Мезант? Серьёзно?

— Гараман, — аккуратно встрял в разговор Огмуни.

— Что?

— Корабль… Корабль Буни. Он движется.

Гараман резко повернулся к главному экрану, и Огмуни вывел на него изображение корабля.

— Они пытаются сбежать, — пробормотал Гараман, и на его ангельских губках заиграла жестокая улыбка.

— Нет, — сказал Огмуни, нахмурившись. — Нет, они не бегут. Они движутся в другую сторону. Они движутся сюда.

Доктор первый понял, что происходит.

— О Боже! — сказал он, вцепившись в робота. — Похоже, они оказались не такими уж и беспомощными!

— Что они делают? — спросил Гараман, медленно подходя к экрану с изображением разгоняющегося «Меча Правосудия».

Слабое мерцание на маневровых двигателях говорило о том, что у корабля почти не осталось движущей силы, но и этого было достаточно.

— Они направляются к «Светочу», — сказал Огмуни, не веря собственным словам.

Мезант издал тревожный напев.

— Они его протаранят, — прошептал он.

— О нет, как бы не так, — сказал Гараман сквозь зубы. — Возьми их снова на мушку. В этот раз мы их прикончим. Навсегда.

— Спасательные капсулы отстыковываются, — сказала Келлика, пересчитывая те из них, которые по спирали улетали в темноту. — Весь экипаж спасён.

Донна не знала, смогут ли спасательные капсулы развезти всех по домам, или же просто будут болтаться в космосе, пока у них не закончатся энергия и воздух. Но это всё равно было лучше, чем оставаться на «Мече Правосудия» и ждать, пока он столкнётся с супер-кораблём Культа.