Юрий Гулин - Герцог Клим (СИ)

Снегов взял беруши.

– А ты?

– У меня есть еще один комплект.

– А для Ибрагимия?

– Обойдется, в бою от него все равно толку не будет.

Снегов посмотрел на торговца. Тот сидел на песке неподвижно с остекленевшими от ужаса глазами.

– Ты прав, – кивнул головой Клим, – в таком состоянии проку от него мало. Разве что назначим его репером, пусть обозначает собой центр схватки… Говоришь пора? Хорошо… Вставляем в уши эти штуки и занимаем позиции по обе стороны от «репера». Изъясняться в бою будем с помощью жестов.

Не успели они занять позиции, как в пределах видимости появились первые мертвяки, именно они являлись «ужасом песков», пустынной нечестью. Отвергнутые небом и землей они бродили по пустыне, превращая попавшихся им на пути путников в себе подобных. От них можно было ускакать, гораздо труднее – убежать, а еще труднее – убить. Их вид был ужасен. Куски разлагающегося мяса, непонятно каким образом держались на костях. Их плоть была ядовита, так же как и оружие. Любая рана, от сабли или стрелы, равно как и соприкосновение с их плотью, вызывала адскую боль, а на этом месте образовывалась гнойная трудно заживающая язва. От их укуса можно было самому стать нечестью. Уничтожить их можно было только с помощью магического оружия, которое, к счастью, у напарников имелось. Всю эту информацию Снегов успел получить от Зория, пока они готовились к бою и еще не заткнули уши.

– Главное: не дай себя задеть, ни оружием, ни прикосновением плоти, тем более, не давай себя кусать, в остальном тебе поможет Обруч, а мне магия! – эти слова Зорий произнес перед тем, как Снегов вставил в уши беруши.

Тем временем мертвяки приближались со всех сторон. Все они отчаянно смердели. Численность их колебалась от двадцати пяти до тридцати. Точнее Снегов сосчитать не успел – пора было начинать бой на дальнем расстоянии. Он вложил в арбалет стрелу и произвел первый выстрел. Стрела попала в грудь ближайшему к Снегову мертвяку. В месте попадания сразу образовалось золотое свечение, которое почти мгновенно распространилось на все тело. Свечение выжгло всю плоть и погасло. Скелет сделал еще один шаг, видимо по инерции, потом рассыпался в прах. «Неплохо!» – подумал Клим, и принялся выпускать в мертвяков стрелу за стрелой. Двадцать стрел было у него в запасе и все двадцать попали в цель. Теперь на них надвигались десять мертвяков, но с этими придется биться уже в ближнем бою. Хотя есть ведь еще метательные ножи и кинжал. Вот только бросить Снегов успел всего два ножа – оставшиеся против него три мертвяка были уже так близко, что пришлось браться за меч и кинжал. Снегов не видел, как стоящий спиной к его спине Зорий метнул дротики и уложил ими сразу трех мертвяков: один дротик пронзил сразу двоих, после чего тоже выхватил меч и кинжал. Клим отбил мечом атаку сразу двух сабель, – к счастью мертвяки оказались плохими фехтовальщиками – удар третей парировал кинжалом. Его меч уже успел разрубить одного мертвяка и проткнуть грудь второму, когда Клим почувствовал как его руку, охватила кисть руки мертвяка, того самого чей сабельный удар он принял на кинжал. К счастью рука была защищена длиной кожаной перчаткой и ядовитая плоть не причинила ему вреда. Через секунду отрубленная рука уже падала на песок, а ее владелец догорал в золотом пламени. Клим резко повернулся, чтобы помочь Зорию, но тот уже расправился со своими противниками.

– Хорошо, что у них не было луков! – улыбнулся Зорий Климу.

– И хорошо, что нам не пришлось идти через владения этих тварей, – поддержал разговор о приятных событиях Клим, – а то даже боюсь себе представить, чем бы это кончилось!

Потом Снегов наклонился к Ибрагимию.

– Очнись, чудило! Все закончилось.

Но тот продолжал смотреть куда‑то через его плечо глазами, из которых так и не ушел ужас. Туда, откуда донесся насмешливый голос:

– А я вас серьезно недооценил, парни, а то бы прихватил с собой арбалеты. Но ничего, мы и мечами справимся!

Снегов повернулся туда, куда смотрел Ибрагимий, и куда уже устремил вой взгляд Зорий.

На вершине невысокого бархана стояли пять рогедов, на спинах которых сидели военные и среди них капитан Драган.

– Так вы, господин начальник конвоя еще и разбоем промышляете? – недобро улыбаясь, спросил Клим.

– И это, заметьте, не самый плохой промысел в этих местах, лорд Зорий, – вас ведь так зовут, я правильно запомнил? – в тон ему и с такой же улыбкой ответил Драган.

– Настолько неплохой, что вы к нему еще и падаль приохотили? – усмехнулся Снегов.

– Не пойму, о чем это вы? – сделал удивленное лицо Драган. – Впрочем, это уже не имеет никого значения, времени на болтовню все равно больше не осталось.

После этих слов капитан и его спутники покинули седла и обнажив мечи стали спускаться к Снегову и Зорию, которые продолжали стоять возле сидящего на песке Ибрагимия.

– Как будем их делить? – спросил вполголоса Зорий.

– Как получится, но сначала слегка уровняем шансы.

Клим обеим руками выхватил из‑за пояса оставшиеся метательные ножи и метнул их в противника. Поскольку такого финта от него не ожидал никто, двое из нападавших рухнули на песок с ножами в горле. Остальные кинулись на Клима и Зория с яростными криками. На Клима наседали сразу двое: капитан и еще один воин. Клим довольно быстро определил, что капитан является достойным противником, его напарник выглядел значительно слабее. Клим решил избавиться сначала от него. Он совершил маневр, в результате которого на мгновение остался один на один с напарником капитана. Это ему вполне хватило для того, чтобы, отразив не очень умелый выпад противника, сблизиться с ним на короткое расстояние, после чего тот рухнул с кинжалом Клима между ребер, а Снегову пришлось тут же отражать яростную атаку капитана. И, все же, каким бы хорошим фехтовальщиком не был Драган, до Снегова ему было далеко. Клим успешно отражал все атаки капитана, и вскоре пыл, с которым Драган начал бой, стал угасать. В глазах противника Снегова больше не было злорадства, но только угрюмая решимость. Однако Снегова это совсем не пугало. Он чувствовал, что контролирует ход поединка, однако не спешил переходить к заключительно фазе схватки: у противника помимо меча был еще и кинжал, и надо было лишить его этого преимущества. Вскоре такая возможность представилась. Зорий закончил свою схватку. Его противник рухнул на песок, а победитель поспешил на подмогу к своему товарищу.

– Не стоит! – крикнул Снегов. – Лучше дай мне твой кинжал.

Клим вытянул левую руку назад, продолжая правой фехтовать с капитаном и не спуская при этом с противника глаз. Когда Снегов почувствовал, что рукоять кинжала легла ему в ладонь, он обхватил ее кистью и прямо из‑за спины выбросил левую руку вперед. Бросок был нацелен в правое плечо капитана, а так как тот был левша, и в правой руке держал кинжал, то именно им он и отбил летящую в него сталь. Однако при этом он на мгновение упустил из виду самого Снегова, который непременул этим воспользоваться. Перейдя в атаку, Клим отвел меч противника в сторону и поразил его острием своего меча точно в лоб. Взгляд капитана застыл, он покачнулся, ноги его подкосились, и Драган бездыханным рухнул на песок.