Дэвид Вебер - Дело чести

Она использовала титул Мики, которая была графиней Золотого Пика... но только после того, как она решила послать Мику домой в качестве посланника. Сделала она это из уважения или хотела специально подчеркнуть близость Мики к трону? Хотела подчеркнуть настолько, что пришлось использовать титул, который она лично презирала.

Или это проблемы кого-то из её Кабинета, о чьей реакции она озабочена? Или может быть она уже заботится о пресс-релизе? О том как они собираются представлять меня при публичном освещении?

"Учитывая обстоятельства," сказала через мгновение Хонор, "если для вас более удобно простое старое "Адмирал Александер-Харрингтон", я уверена я смогу примириться с этим".

"Спасибо." Причарт одарила её очередной улыбкой, в этот раз несомненно более широкой. "Чтобы быть предельно честной, я подозреваю что некоторые мои агрессивные эгалитарные члены Кабинета могут испытывать искренние неудобства используя какие-либо другие ваши титулы."

Она закидывает удочки этим утверждением, решила Хонор. Большинство людей не заподозрили бы ничего подобного, учитывая очевидность того, что сказала Причарт, но Хонор имела определённое нечестное преимущество. Она хочет определить, хочу ли я говорить с ней лично или Бэт послала меня на переговоры с всем её Кабинетом.

"Если это доставит им неудобства, тогда конечно мы может обойтись без этого", заверила она Президента и подавила желание улыбнуться, почувствовав тщательно скрываемый всплеск разочарование Притчарт, когда её попытка была с легкостью - и видимо неосознанно - отклонена.

"Спасибо за понимание. Это очень любезно с вашей стороны," громко сказала глава государства хевенитов в то время как лифт остановился и двери открылись. Она махнула рукой в грациозном приглашении и они с Хонор двинулись по коридору, преследуемые двумя группами телохранителей (как два супердредноута, сопровождаемые кораблями эскорта :). Хонор чувствовала, как Президент крутит что-то в мозгу, в то время как они шли. Причарт, не казалась человеком, который будет долго колебаться над решением, и пройдя несколько метров она взглянула на высокую, черноволосую женщину, которая, несомненно, была главой ей команды телохранителей.

"Шейла, пожалуйста проинформируйте Государственного Секретаря и других членов Кабинета, что, по-моему мнению, будет лучше если Адмирал Александер-Харрингтон и я используем возможность маленького приватного разговора, прежде чем мы пригласим кого-либо еще." Её ноздри раздулись и Хонор почувствовала, как толика веселья просочилась через смесь тревоги и надежды, обуревавшие Причарт. "Учитывая драматичное полуночное прибытие адмирала, я уверена, что бы она ни сказала, будет достаточно важным для всех нас, чтобы обсудить это со временем, но скажите им я хочу наложить на эту лапу первая.

"Конечно, Мадам Президент," сказала телохранитель и начала очень тихо говорить в персональный ком.

"Надеюсь, что такой порядок Вас удовлетворит, Адмирал?" продолжила Причарт, взглянув на Хонор.

"Определённо," ответила Хонор с невозмутимой вежливостью, но отблеск веселья в её глазах несомненно выдал её и Причарт фыркнула снова - погромче - и покачала головой.

Тем не менее, всё что она собиралась сказать (предполагая что она хотела что-то сказать) осталось невысказанным, в то время как они достигли конца коридора и автоматическая дверь открылись. Причарт еще раз грациозно взмахнула рукой и Хонор послушно прошла через дверь первой.

Офис был меньше, чем она ожидала. Несмотря на очевидную дороговизну и роскошь обстановки, несмотря на старые картины на стенах и скульптуру стоящую в одном из углов, в нем бесспорно царила интимная атмосфера. И в то же время интенсивно используемая рабочая станция на антикварном деревянном столе делала очевидным, что это несомненно рабочий офис, а не только место для приема и оказания впечатления на иностранных посланников.

Учитывая её ограниченные размеры, она была бы очень перегружена, если бы Причарт пригласила сюда весь Кабинет. Фактически Хонор сомневалась в способности втиснуть сюда такое количество людей, хотя решение Президента не приглашать даже государственного секретаря стало чем-то вроде сюрприза.

"Пожалуйста, присаживайтесь, Адмирал," пригласила Причарт, указывая на комфортабельные кресла вокруг довольно большого кофейного столика перед огромным окном из кристалопласта, заменяющим одну из стен офиса и открывающим изумительный вид на деловую часть Нового Парижа.

Хонор приняла приглашение, выбрав кресло, которое позволило ей смотреть на этот впечатляющий вид. Она уселась, опуская Нимитца с плеча на колено и несмотря на напряженность момента и миллионы смертей, который привели её сюда, она почувствовала восхищение тем, чего добились люди этой планеты. Она знала все о разрушенной инфраструктуре и разваленных системах технического обслуживания с которыми остался город после Законодателей. Она знала о массовых волнениях вспыхнувших на его каньоноподобных улицах сразу после восстания Пьера. Она знала о воздушных ударах, которые Эстер Маквин - адмирал кластерная бомба - обрушила на город чтобы подавить Уравнителей и о спрятанной ядерной бомбе, которую Оскар Сент-Джюс взорвал под старым Октагоном чтобы расправиться с попыткой восстания самой Маквин. За последние два десятилетия город видел смерти миллионов своих граждан - количество гражданских жертв было больше чем число военных погибших на всех хевенитских судах при битве у Мантикоры - и все же он выжил. Не просто выжил, но возродился подобно прекрасному фениксу из пепла запустения и золы битв.

Сейчас, когда она смотрела на мерцающие полетные огни аэрокаров, деловито мчащихся куда-то даже в эти часы - на эти громадные башни, на светящиеся окна, волшебную пыль предупредительных огней воздушного трафика - она видела возрождение всей республики Хевен. Узнавала важнейшие изменения которые это возрождение принесло практически в каждый аспект жизни мужчин, женщин и детей Республики. И многое из этого возрождения, этого возрождения надежды, гордости и решительности было результатом работы женщины с платиновыми волосами, усаживающейся в противоположное кресло, в то время как телохранители с настороженной бдительностью размещались вокруг них.

Да, много из этого было её трудом, Хонор напомнила себе, поглаживая пушистую шкуру Нимитца, в то время как успокаивающий гул его практически инфразвукового урчания вибрировал в ней. Но это она является человеком, объявившим войну в этот раз. Человеком, запустившим операцию Тандерболт. Человеком который послал Турвиля и Чин напасть на домашнюю системы Мантикоры. Восхищайся ей Хонор, но никогда не забывай что это опасная, очень опасная женщина. И не позволяй своим собственным надеждам завести тебя в чересчур оптимистические предположения о ней или о том чего она действительно хочет.