Константин Хвостополосатов - Засланец

— Знаешь, Ося — классный инженер, — с грустью вспомнил я. — Он и жертву российского автопрома заставил бы летать, дай ему нужные запчасти или необходимое количество денег.

— Ага, просто собрал бы новый «пепелац» из подручных деталей, — рассмеялся Саныч.

— Ты еще про малиновые штаны лидера воинственных пацаков вспомни, — усмехнулся я в ответ, — присядь и сделай два «ку».

— Ты что, это убогое кино тоже видел? — удивился Саныч.

— Ну… ты же не на столько древнее меня, — ответил я, — кстати, а что это слово может значить?

— На языке какого-то гордого народа гор «пепела», вроде как, значит «бабочка», — неуверенно высказался Саныч, — что-то такое мне кореш на службе говорил. Значит, «пепелац» — это «бабочк», ну самэц бабочий, значит.

Пока мы весело смеялись, пирамида находящегося в боевой конфигурации «Ботаника» вывалилась в привычный для нас мир. На нас с Санычем посыпалась куча информации о точке выхода и прилегающем к ней пространстве.

— Кстати, у нас при выходе вышли из строя две системы, — ехидно поведала Светлана, — кто накаркал?

— Ты еще скажи, что мы дальше лететь не сможем, — хмыкнул Саныч.

— Можем, — продолжила ехидствовать Светлана, — системы на дубляжах, вы же не забыли, что у нас несколько контуров? Сбойные блоки уже оттестированы, а процессы восстановления запущены.

— А часто это случается? — поинтересовался я.

— Крайне редко, — успокоила Светлана, — мы скакнули по пространству с сильными аномалиями, думаю, что это их подлых лап дело.

— Так, что мы имеем? — начал Саныч. — Звезда приемлемая даже для землян, одиннадцать планет. Кроме трех, явный мусор. Похоже и эти три — тоже мусор. Атмосфера-то на них есть, только условия на поверхности аховые.

— Жизнь может развиться в самых удивительных местах, — вклинилась Светлана. — Обрати внимание на спутники гигантов, там есть интересные планеты.

— Мы же не знаем, колонизировал тут кто-нибудь планеты или нет, — вставил я свои пять копеек, — кроме того, мы не знаем целей колонизации, в конце концов, турруты могли склепать орбитальные станции и добывать какие-нибудь вкусности из природных ресурсов или производить опасные эксперименты.

— Ладно, экипаж, мы со Стекляшкой проанализируем обстановку, — предложила Светлана, — вы пока можете попить чай-кофе и сходить по малой нужде. Через пару часиков наметим программу обследования этой забавной системы. Так что далеко не разбегаемся.

Естественно, никто никуда идти и не собирался. Пока наш единый в двух ипостасях стратегический мозг анализировал ситуацию в системе, мы с Санычем пытались разглядеть планеты на уровне доступном нашим сенсорам. Получалось слабенько, но делать оставалось все равно нечего. Наше безделье начло слегка тяготить, так что мысль перейти к активным действиям уже принялась настойчиво мозолить разум. Всполохи выходов из многомерности увидели все одновременно — включение в систему корабля несказанно единит экипаж. Мы насчитали четыре выхода, через несколько секунд отобразилось и приблизительное положение прибывших кораблей. Прибывшие, как и мы, вынырнули на окраине системы, но в отличие от нас решительно направились внутрь нее.

— Похоже, ребятки знают куда идти, — выразил мнение Саныч, — поглядим, может, чего узнаем.

— Я бы поближе вынырнул, — рассудил я, — если система хорошо известна, и пилоты регулярно сюда наведываются, то, даже используя местные технологии, можно легко выйти и в более удобную точку. Так что ребята — или не частые гости тут, или чего-то опасаются. По крайней мере, другого объяснения этому не вижу. Еще, правда, может случиться совершенно неопытный пилот или супер-дальний прыжок.

— Может, рванем за ними, а то застолбят какое-нибудь интересное место, найденное по бабушкиной карте, доказывай потом, что нам всего-то посмотреть, да и взять-то при случае самую малость нужно, — предложил Саныч.

— Мы же — разведчики, а не пираты, — возразил я, — пусть нам дорогу покажут, обстановку разведают, а мы поглядим, подумаем, если что надо, то стянем втихую. Все бы тебе, Саныч, боевым ломом махать, давно же уже придуманы снайперские винтовки с глушителем.

Немного выждав, мы все же двинулись на приличном удалении за четверкой кораблей, навесив на «Ботаник» все доступные средства маскировки. Корабли старателей сильно уступали в скорости разведчику, так что до ближайших планет им оставалось ходу часов десять, а то и больше, не говоря уже о внутренних мирах.

Поведение кораблей мне час от часу казалось все более странным. Зная планетную систему, я бы предпочел выйти над плоскостью эклиптики, для простоты: выше плоскости вращения, приблизительно на оси. Таким образом, расстояние до любой планеты оказалось бы практически всегда ближе, если только у пилота не имелось точного расклада по положению планет системы на момент выхода. И все же, ребята, знали, зачем и куда им нужно. Через несколько часов стало ясно, что путь они держат ко второму газовому гиганту.

Мы немного ускорились, чтобы занять место выше по оси вращения планеты, но соблюдая безопасное для обнаружения расстояние. С выбранной точки стало бы лучше наблюдать за действиями пришедших кораблей. Вокруг планеты-гиганта вращалось немало спутников, а ближе к планете располагалось несколько колец из всякого космического мусора. Вряд ли среди спутников гиганта имелся шанс найти удобное для жизни пристанище, скорее всего, подходящие малые планеты могли быть колонизированы для добычи каких-то ресурсов. Вскоре от Светланы поступила информация, что, по крайней мере, три планеты-спутника имеют подвешенные на геостационарных орбитах орбитальные станции. Возможно, такие станции висели и на орбите самой планеты-гиганта, но обнаружить их среди множества малых космических тел казалось непосильной задачей.

Практически час наблюдения не выявил в системе планет-спутников и орбитальных станций какой-либо активности. Полное молчание царило на всех доступных связи диапазонах, не наблюдалось даже характерных при связи помех, паразитных излучений или оптических эффектов.

— Похоже на то, что ребята промышляют черной археологией, — предположил я, — нашли заброшенные станции и дербанят помаленьку аппаратуру или еще какие ресурсы.

— Может, мы встретили благородных пиратов, — предложил Саныч, — ты сам рассказывал, что здесь это вполне престижная профессия. Ребята нашли пустующие помещения и скирдуют там награбленное.

— Вполне возможно, — согласился я, — только сильно далеко от возможных пунктов сбыта. Хотя, возможно, ребятам просто нужно место для зализывания ран и отдыха в тишине. Найти эти станции без толстого намека стало бы весьма непросто. С другой стороны, было бы логично предположить некоторую активность в логове людей с большой дороги, редко они отличаются железной дисциплиной.