Хельге Каутц - Легенда Фарнхэма

— Я смогу взять с собой немного нгуши? — спросил Нопилей через несколько томительных сезур молчания и указал на саламандру, к которой почти не притронулся.

Он был в ловушке. Нет, конечно, у него был выбор. Он может отказаться, провести остаток своей жизни на этой верфи и в качестве рабочего способствовать увеличению валового социального продукта предприятия. Никакой яхты, никакой свободы, никаких приключений. А если он все-таки согласится, это, конечно, не будет полной гарантией того, что он сумеет получить деньги обратно. Вряд ли его боронским друзьям это понравится. Но это стопроцентная гарантия того, что если и не «всему народу Телади», то по меньшей мере ему, Нопилею, будет нанесен непоправимый урон в глазах боронов.

— Тшш-шш. — Директор Сибазомус издал иронически окрашенное шипение. Он даже не собирался спрашивать, намерен ли Нопилей выполнить порученное ему дело. Он точно знал, что юный телади от него не откажется.

— Разумеется, можешь. Я прикажу завернуть ее для тебя.

— Огромное тебе спасибо, о добрейший директор Микимада Иземада Сибазомус Девятый.

Телади, так называли себя ящеры, как понял Бреннан, были очень странными созданиями. Техника на «Фениксе» производила очень сильное впечатление, и сам корабль вполне можно было сравнивать с тяжелыми земными крейсерами. Помимо этого, довольно скоро стало ясно, что не они были тем таинственным видом, который вот уже много эонов создавал в Галактике прыжковые врага. Они понятия не имели, как врата функционируют, да их это, судя по всему, и не волновало. Единственное, что их интересовало, были кредиты, что позволило Бреннану прийти ко второму выводу: в своем ненасытном стремлении к наживе они были просто невыносимы! Они дружелюбны, предупредительны и всегда готовы прийти на помощь. Но они не упустят ни одной возможности, чтобы не напомнить Бреннану, что его счет неуклонно растет с того момента, как он поднялся на борт «Феникса». Несколько раз он с трудом удерживался от язвительного замечания, но пока ему удавалось вовремя прикусить язык.

— Капитан, давайте поговорим открыто, — сказал Лоанис. За это время Бреннан уже настолько привык к шипящему произношению и непривычной интонации ящеров, что без труда понимал каждое слово и каждое предложение. — Что касается вашего появления именно в этом секторе космоса, еще остались некоторые неясности, которые мне хотелось бы прояснить.

Бреннан кивнул:

— Я тоже в этом заинтересован.

Лоанис выдохнул воздух через ноздри своей плоской морды и немного помолчал. Не дождавшись дальнейших слов Бреннана, он снова засопел, на этот раз гораздо громче.

— Капитан, от вашего присутствия здесь у меня начался серьезный зуд чешуи. У нас, у телади, не принято подвергать гостей допросу. И все же я бы попросил вас правдиво ответить на некоторые мои вопросы. Естественно, я готов компенсировать получение ценной информации солидной суммой.

— Прекрасно, — ответил Бреннан. — Я улечу отсюда богатым человеком!

— Тшш. Я очень в этом сомневаюсь, капитан, но вполне возможно, что вы сможете немного уменьшить свою задолженность Корпорации Телади.

Бреннан сделал изумленное лицо, беспомощным жестом поднял руки и снова опустил их на крышку стола. Он вздохнул:

— Давайте начнем. Спросите меня о чем-нибудь. Ну, хоть о чем-то.

Телади колебался несколько секунд. Казалось, предложение Бреннана выбило его из колеи.

— Мы знаем, что в случае с вашим космическим кораблем речь идет об аргонском опытном образце. Судя по тому, как вы появились в этой звездной системе, можно предположить, что вы обладаете новейшими технологиями, которые открывают новую эру. И мы, как вы уже, наверное, поняли, весьма заинтересованы в них.

Телади пристально уставился на Бреннана своими оранжево-красными глазами. Бреннан, не шевелясь, так же пристально смотрел на ящера. Было похоже на то, что Лоанис ожидал от Бреннана какой-то реакции, например того, что Бреннан, как предполагаемый аргонец, должен был быть знаком с теладийскими традициями. Исходя из этого, он решил сразу взять быка за рога. Когда же со стороны Бреннана никакой реакции не последовало, он продолжил:

— Совершенно очевидно, что ваш корабль потерпел аварию, а вам до сих пор не представилась возможность оповестить о ней Аргон Прайм. Мы можем и готовы отремонтировать ваш корабль, чтобы вы смогли вернуться домой. — Капитан «Феникса» снова сделал паузу и выжидающе уставился на Бреннана.

Бреннан задумался над тем, не пропустил ли он только что какой-нибудь нюанс, придававший высказыванию ящера особый смысл. Но, естественно, все мелкие детали исчезали в неровной интонации телади. Хотя Бреннан и без того хорошо понимал, что за этим последует. Он согласится с их предложением, телади назначит соответствующую цену, обещающую Корпорации Телади определенный профит, что загонит его, Бреннана, еще глубже в долговую яму.

Он считал, что его единственным преимуществом остается то, что они до сих пор считают его аргонцем, то есть принадлежащим к другому народу, к которому они испытывают определенное уважение, хоть и с примесью отчетливого недовольства. Он должен найти возможность воспользоваться этим преимуществом. Но кто же они, эти аргонцы? Как бы они повели себя в подобной ситуации? Чего можно было бы от них ожидать? Если он сделает что-то, что никакому аргонцу и в голову прийти не сможет, он пропал! До сих пор эта большая говорящая ящерица не слишком усложняла его положение. А может быть, это была просто риторическая ловушка? Ну да ладно, будь что будет!

Он встал. Телади смотрел на него искоса снизу вверх, слегка приоткрыв рот.

— Капитан Лоанис, я благодарю вас за гостеприимство. В своих предположениях вы в чем-то правы, но я не намерен платить неприлично высокую цену за ремонт моего корабля, ибо в этом случае я бы выиграл всего несколько дополнительных часов, чтобы вылететь навстречу моим аргонским спасателям.

Телади вскочил со своей скамьи.

— Несколько стазур, которые могли бы спасти вашу жизнь! — яростно прошипел он.

— Вы мне угрожаете? — спросил Бреннан. Неужели ситуация выходит из-под контроля и выльется во враждебность? Он удостоверился, что между ним и выходом располагались лишь несколько столов и скамей.