Дрю Карпишин - Открытие

Большинство новобранцев вербовались до 20 лет. Андерсон был зачислен в ряды Альянса, как только ему исполнилось 18. Но несмотря на это, а может и благодаря своему позднему вступлению, Кали Сандерс показала отличные результаты в период обучения. Она показывала хорошие результаты в рукопашном бою и в обращении с оружием, но ее истинная специализация лежала в области техники.

В соответствии с личным делом, она прошла начальное обучение компьютерной грамотности, а затем полностью посвятила себя углубленному изучению программирования, сетей передачи данных и архитектуре экспериментальных систем. Она с отличием закончила свое обучение, пройдя трехгодичные курсы всего за два года.

Личностные тесты и психологические оценки показывали, что она умна, а также обладает развитым чувством собственного превосходства и собственного достоинства. Оценки ее сверстников и преподавателей-офицеров характеризовали ее как общительную, пользующуюся всеобщим уважением, а также как отличного коллегу по работе над любым проектом. Не удивительно, что ее назначили на работу в Сайдонском проекте.

И именно поэтому что-то не состыковывалось в голове у Андерсона. Он знал, чем хороший солдат отличается от плохого, а Кали Сандерс была определенно хорошим солдатом. Может она и вступила в ряды Альянса, потому что пыталась сбежать от своей прошлой жизни на Земле, но, в конце концов, она обрела именно то, что искала. С тех пор, как она завербовалась в армию, она не видела ничего, кроме личного успеха, похвалы и наград. Плюс к этому, после смерти матери, ее единственной семьей и друзьями стали ее сослуживцы.

Андерсон не мог найти ни одной причины, почему она могла предать Альянс. Даже жажда наживы вряд ли смогла заставить ее пойти на это: все на Сайдоне получали самое высокое жалование. Кроме того, Андерсон прекрасно знал, что чтобы заставить человека помочь кому-то убить всех, с кем он жил и работал каждый день, одной жадности недостаточно.

Еще кое-что беспокоило его в этом деле. Если Сандерс была предателем, то почему она исчезла за день до нападения и, тем самым, привлекла к себе внимание? Все что ей нужно было сделать, чтобы замести следы – это появиться в тот день на своей смене, и тогда все бы думали, что она погибла во взрыве вместе с остальными. Все это выглядело так, будто кто-то подставляет ее.

Но, тем не менее, он не мог отрицать, что ее внезапное исчезновение было слишком подозрительным, чтобы списать его на обычное совпадение. Он должен был понять, что же происходит на самом деле, и его единственной зацепкой могло стать то, чего не было в ее личном деле. В графе «отец» у Кали Сандерс значилось «неизвестно». В эпоху тотального контроля рождаемости и обширных банков данных ДНК было практически невозможно не знать, кто является родителями ребенка… если только эта информация не скрывалась намеренно.

Более детальное изучение дела показало, что все упоминания отца Кали Сандерс были стерты: больничные записи, отчеты о прививках… все. Похоже, кто-то намеренно пытался убрать себя из ее жизни. Кто-то могущественный настолько, что мог подделывать правительственные документы.

Кали и ее мать обе были частью прикрытия. Если бы ее мать захотела предать огласке имя отца, ничто не смогло бы остановить ее. А Кали запросто могла сделать тест ДНК в любое время. Они обе должны были знать его имя, но почему-то они не хотели, чтобы его узнал кто-нибудь еще.

Однако у них не было ни денег, ни политических связей, чтобы провернуть что-либо подобное, что означало, что кто-то другой, возможно сам отец, был замешан в этом. Если бы Андерсон смог установить личность отца и выяснить, почему он был вычеркнут из всех официальных документов, это могло бы помочь ему понять, каким образом Кали Сандерс связана с нападением на Сайдон.

К сожалению, он уже перепробовал все официальные каналы. Но всегда существовали и другие способы узнать чужие тайны. Именно поэтому он и стоял сейчас в темном переулке в кварталах, ожидая встречи с информатором.

Он пришел на несколько минут раньше, потому что очень хотел узнать, что удалось обнаружить информатору. Не удивительно, что его агент еще не появился. Следующие несколько минут томительного ожидания он провел, прохаживаясь туда-сюда по аллее.

Из теней выступила фигура как раз в тот момент, когда его часы пикнули, отмечая начало нового часа. По мере того, как фигура подходила ближе, стало ясно, что это саларианка. Саларианцы были ниже людей ростом и более худые. Они были чем-то средним между ящерицей или хамелеоном и так называемыми «зелеными человечками», которых описывали жертвы якобы похищений пришельцами в конце ХХ века. Андерсон подумал, не была ли она там все это время, наблюдая за ним и дожидаясь, когда наступит назначенное время встречи.

– Ты нашла что-нибудь? – спросил он. Он нанял эту женщину, чтобы она тщательно обыскала экстранет в поисках хоть каких-то зацепок, которые могли вывести его на отца Кали Сандерс.

Триллионы терабайт данных передавались по каналам экстранета ежедневно, и там должно было быть что-то, относящееся к его делу. Но это было все равно, что искать иголку в стоге сена. Потребовались бы дни, чтобы собрать и обработать каждый пакет информации… и даже в этом случае полученный результат занял бы многие миллионы печатных страниц. Вот тут-то и приходили на помощь информаторы – специалисты, которые посредством хитрых алгоритмов и поисковых программ сужали область поиска. Работа с информацией в экстранете была больше искусством, чем наукой, а саларианцам не было равных в искусстве получения конфиденциальной информации.

Саларианка моргнула своими большими глазами.

– Я предупреждала тебя, что вряд ли удастся много чего найти, – быстро проговорила она. Саларианцы вообще быстро разговаривали. – Записи в экстранете, относящиеся ко времени до появления вашей расы, можно пересчитать по пальцам.

Андерсон ожидал чего-то подобного. Архивные записи о том, что предшествовало Войне Первого Контакта, постепенно добавлялись различными правительственными организациями, но занесение в сеть старых записей было мало кому интересно, поэтому и таких сведений тоже было крайне мало. Судя по возрасту Сандерс, ее отец исчез из поля зрения задолго до того, как человечество впервые вступило в контакт с галактическим сообществом.

– Значит, ты ничего не нашла?

Саларианка улыбнулась.

– Я этого не говорила. Было трудно отследить информацию, но, все же, я кое-что обнаружила. Похоже, что правая рука Альянса не ведает, что творит левая.

Она протянула ему маленький оптический диск.

– Не мучь меня, – сказал Андерсон, забирая у нее диск и засовывая его в свой карман. – Просто скажи мне, что там записано.