Александр Зорич - Пилот-девица

Время шло. Василиса вязала крючком кружевную салфетку, которой планировала украсить тумбочку в каморке пропавшего цувертера Пивня.

Дядя Толя мирно посасывал безалкогольное пиво, «нулевку», оперевшись спиной о вертолетную лыжу.

Дромадер стоял почти строго в зените. По всему было видно: его лучи планируют как следует согреть бока старичка-Наотара.

Тишина стояла такая, что было слышно, как клекочут в вышине над кратером хищные птицы…

С ухода трапперов прошло не больше часа. За это время Василиса успела зафоткать все хоть сколько-нибудь примечательные кристаллы в окрестностях вертолета. А дядя Толя — исхитрился выдуть три банки «нулевки».

Что делать дальше — после того, как она закончит салфетку, а это дело нескольких минут — Василисе было совершенно неясно. Но она была уверена, что жизнь сама подскажет ей, чем заняться.

И не ошиблась…

Внезапно сумрак за фиолетовым кристаллическим кустом озарился отблеском яркой вспышки.

Спустя несколько секунд до вертолета докатилась волна рассыпчатого рокота.

— Что там происходит? — переполошилась Василиса.

— Не знаю. Сейчас запрошу по рации, — дядя Толя тоже выглядел обеспокоенным.

Он вызвал Бьорна и сразу же получил ответ: волноваться нечего, трапперы подрывают свежий завал, который мешает им продвинуться по Восточному Лабиринту.

Напустив на лицо безмятежности, Василиса вернулась к своему рукоделью, как вдруг вновь донесся шум, назойливый и тревожный.

На этот раз характер звука был иным: точно забил из-под земли мощный фонтан воды.

Василисе показалось, что звук пришел с севера, а не с востока. Но она списала это на искажающее действие наушников-фильтров — которые, конечно же, были на ней.

На этот раз дядя Толя за рацию хвататься не стал — мол, ученый уже!

Но затем захлопали выстрелы.

Причем звуки будто бы вновь шли не из Восточного Лабиринта!

— Да что же это они там устроили, а?! — в сердцах бросил дядя Толя.

Он тотчас отставил недопитую банку, вскочил на ноги и на удивление проворно взбежал на ступенчатый лавовый холм к югу от вертолета — а вдруг оттуда лучше видно?

Стрельба становилась все интенсивней.

Послышались разрывы гранат.

Теперь уже и Василиса не могла усидеть на месте. Она отложила рукоделье и, шустро работая локтями, полезла на тот же лавовый холм.

— Что там у наших? — спросила она.

— Это не у наших… У клонов в Главном Лабиринте. Видать, напоролись на василиска и теперь показывают пехлеванскую удаль. Может, поспорили, кто быстрее в нем толковых дыр навертит… А Мехрдад взял — да и гранату бросил… Что-то в этом духе, уж поверь моему опыту!

— Не видать ничегошеньки! — печально вздохнула Василиса и опустилась с носков на пятки. Она усиленно вглядывалась в гремящий мрак возле сталагмита Страж. Но не видела даже отблесков выстрелов.

— Сейча-а-ас василиск ка-ак выскочит! — с этими словами дядя Толя ухватил Василису за попу своей заскорузлой пятерней, к слову, совершенно безгрешно. — И ка-ак ухватит одну там деревенскую девчонку с ретроспективными косичками!

Василиса завизжала, изображая триллерный испуг. А потом они вдвоем с дядей Толей громко расхохотались, чтобы сбросить нервное напряжение.

Но с лавового холма не ушли — ведь внизу, возле вертолета, было гораздо скучнее!

Внезапно на выходе из Главного Лабиринта показались двое клонов.

Обе фигуры не могли отвести горячечных взглядов от чего-то архиважного у себя за спиной.

Вдруг клоны, как по команде, припали на левое колено и принялись бить очередями вглубь пещерного лабиринта. При этом стреляли они куда-то вверх.

И куда там стрелять? Разве только в невидимые с позиции Василисы сталактиты?

Затем тьма выплюнула еще двух бегущих пехлеванов.

Причем один из них — это было видно даже с расстояния — заливал кварцевый песок фонтанами яркой артериальной крови!

— А вот это уже совсем никуда не годится, — побледнев как полотно, промолвил дядя Толя.

Он тотчас вызвал Аурела Хаджи. Заговорил неожиданно четко, по-военному.

— Говорит Анатолий Харин. Наблюдаю, что клоны ведут бой на выходе из Главного Лабиринта. Вижу только четверых. Где остальные — не ясно. По виду, дела у них идут хреново. Не исключено, их преследуют.

Дядя Толя замолчал, выслушивая ответ Хаджи. И снова заговорил:

— Да не знаю я, с кем воюют. Видимо, с василиском, потому что встречного огня нет. Прошу указаний.

Выслушав указания, дядя Толя опустил рацию и, обернувшись к Василисе, промычал:

— М-да… Ну дела…

— Что велел воевода? Идти к иноземцам на помощь? — спросила Василиса, поражаясь своему внезапному бесстрашию.

— Сказал стоять на месте и ничего не предпринимать!

— А почему «ничего»? Когда мы можем спрятаться… ну… в вертолете хотя бы?

Дядя Толя посмотрел на Василису оценивающе. Словно бы прикидывал, можно ли говорить ей всю правду. Или стоит ограничиться каким-нибудь остроумным замечанием.

Но правдолюбие одержало верх и он, понизив голос, промолвил:

— Спору нет, бежать сейчас в вертолет было бы самым умным. Но Хаджи сказал, что если ему хотя бы покажется, что мы собираемся драпануть на вертолете без них, он нас из-под земли достанет и бошки нам засунет в жопы. Обоим.

— Но мы ведь не собираемся этого делать, правильно? — глаза Василисы испуганно округлились.

— Ну… — задумчиво протянул дядя Толя и, словно бы о чем-то далеком вспомнив, добавил уже куда бодрее:

— Конечно же не собираемся!

Совсем скоро из Восточного Лабиринта показались трапперы.

Впереди бодро скакал механический мул — его ноша похудела на три ящика взрывчатки и три баклаги питьевой воды.

С лавового холма было видно, как Хаджи поднес к губам надетый на запястье коммуникатор и дядя Толя тут же ответил на вызов рации.

— Мы идем к этим недоделанным клонам, — задыхаясь, говорил Хаджи. — Зачем? Помогать? Не смеши меня. Там василиск где-то должен быть. Живой и невредимый. Вот его-то мы и возьмем. Тепленьким. По Восточному Лабиринту все равно пройти нельзя. Мы первый завал, ясное дело, взорвали… Но за ним, падлой, второй обнаружился… Взрывать опасно, много карнизов на соплях висит.

— Что ж, полностью поддерживаю ваше мудрое решение! — бодро отчеканил дядя Толя.

Пилот был рад, что его не взяли лазить по пещерным лабиринтам. Рожденный летать, он ненавидел взрывные работы, подземелья, скрип каменной пыли на зубах.

— Еще б ты не поддерживал, — сказал Хаджи и отключился.

Чтобы попасть ко входу в Главный Лабиринт, трапперам не нужно было идти мимо вертолета.