Анатолий Шинкин - Космические перевозчики

                                                     не щадя женщин и детей.

                                                                    Тайны общежития приматов

 Нептун, он же -- "Планета Негодяев", в солнечной системе давно пользовался дурной славой. Пару веков назад ЕЗП(Единое земное правительство) придумало всех асоциальных, -- не вписывающихся в социум граждан: преступников, бомжей, хронических безработных, инвалидов -- сплавлять на эту удаленную планету, создав там относительно приемлемые условия жизни. Благополучные граждане легко убедили себя в приоритете рационализма и целесообразности перед гуманизмом и милосердием в деле построения здорового общества.

        Среди славословящих начинание голосов раздавались пожелания отправлять на Нептун и всех пенсионеров, но чиновники из правительства Земли, исключительно по гуманистическим соображениям предложили отстреливать стариков на месте, чтобы не подвергать трудному и опасному перелету. Подключились, усмотрев себе выгоду, фармацевты, и потребовали стариков усыплять новыми безболезненными таблетками. Мнения разделились, и вопрос о пенсионерах пока "повис в воздухе".  А Нептун потихоньку-полегоньку превратился для землян в головную боль. Сосланные не захотели замыкаться в  автономии, захватили  корабли, перевозившие  очередные партии  изгоев, и начали грабить  и брать в заложники  пролетающие  транспорты.

      ЕЗП и тут подсуетилось и постаралось извлечь выгоду из ситуации. Распустили "утку" о зловредных шпионах с мятежной планеты, публично осудили и расстреляли парочку не в том месте и не в то время оказавшихся бедолаг, и получили карт-бланш на проверку, прослушку, отслежку  землян и "изъятие" нелояльных. Нептуну была объявлена война, а на Земле -- военное положение. Много легче управлять народом, держа его под нацеленным стволом пулемета.

      Противостояние  с Планетой Негодяев пока не вышло из "холодного"  периода,  но ракетные налеты пиратов на Землю начались.  Пострадавших  не отмечалось, но СМИ(Средства массовой информации) всякий раз "взрывались" криками, воплями и стонами. Среди маловразумительного ура-патриотического лепета  выделялись эпитеты: вероломный, неблагодарный, коварный, разрушительный.

-- Мы их обманем, --  еще раз уверенно обнадежил я, хотя на самом деле никакой уверенности не чувствовал. -- А ты позаботься, чтоб слоника не выгрузили.

-- Все тип-топ, -- Лешка заговорщицки огляделся и прошептал. -- Мы водрузили его на приборную панель позади экрана. Никому и в голову не придет искать его на самом видном месте. Вот только...

-- Не темни.

-- Я поставил в него обучающий блок, и теперь один  бог знает, каких знаний нахватается Слоник от главного компьютера.

-- А пусть набирается. Мы сейчас на положении камикадзе, и, может быть,  Слоник станет нашей последней надеждой...

--- Или скрасит последние минуты, предложив чайку, -- Лешка смотрел сочувственно.

С этим парнем мы видели друг друга насквозь и понимали без слов.

         Мы познакомились два года назад  в полуподвальной забегаловке "Веселый такелажник" недалеко от космопорта, куда я зашел "поправить нервы" после нескучного полета со стрельбой и грохотом взрывов. Мы прорвались  и пришли на закопченном, посеченном осколками корабле, но пираты остались без наказания, и, едва открыв после посадки выходной люк, я взял за шкирку и штаны нашего тогдашнего  "компьютерного гения" и выбросил на бетонное покрытие взлетной площадки. Три раза я выводил корабль на линию огня, а этот урод умудрялся расстреливать космическое пространство, млечный путь, белый свет, как копеечку, попадал пальцем в небо и отправлял наши атомные торпеды "в молоко", когда цель буквально заполняла не только прицел, но и весь орудийный монитор. Лох и мазила.

           Я смаковал виски, с удовольствием прислушиваясь к перезвону ледяных кубиков о стенки бокала, и  привычно неторопливо присматривался к посетителям. Наоравшиеся за день односложных команд "вира" и "майна" грузчики космопорта вовсю нарушали правила застольного этикета -- резали ножом сушенную рыбу и, водрузив локти на столешницу, звонко "чокались" пивом и спорили о политике. Красотки-путаны, с распирающими красочно минималистский прикид формами,  презрительно скользнув по ним взглядом, обращали ко мне зазывные улыбки. Неинтересно.

         У стены,  недалеко от входа, сидел  боком  к компьютерному столику высокий лохматый, неделю не бритый парень. Правая рука его небрежно скользила по столу, а на экране взрывались космические крейсеры, миноносцы, космокапсулы и целые планеты. Игра, конечно, обычная стрелялка, но управлялся он с ней виртуозно, тем более, что парень не очень и смотрел на экран.   Посматривал украдкой на проституток, но во взгляде не было вожделения, скорее, недоумение, попытка понять, сравнить, сопоставить с тем, что уже "варилось" в его голове. Слепой догадался бы о причине его полу несчастного вида.

            Парень меня заинтересовал. Я подошел, сделал комплимент  игре, представился, сказал, что ищу квалифицированного компьютерщика и попросил продемонстрировать   способности.  Парень высветил на стеклянном столике "клаву" ,  перебрал пальцами,  и  у меня в ухе запел скайп.

-- Извини, мне звонят..

-- Это я звоню, -- ответили голос в ухе и парень передо мной.

-- Тогда бежим. Мой номер - совершенно секретно, -- и компьютер наверняка  уже отследили.

-- Утерлись. Я блок выставил, -- парень поднял бокал с пивом и отхлебнул глоток. Нахал.

-- Думаешь, там придурки сидят? -- антихакеров из Главной конторы я знал. Спецы высшей категории -- могли проникнуть даже в выключенный компьютер, запертый в бетонном бункере.

-- Не придурки, но я поставил "ускользающую загородку": при самом легком прикосновении стена уходит и уносит атакующий сигнал, а ее место занимает другая и ждет новой атаки. Месяца через два проломят при трехсменной работе.

-- А ты, как бы решил задачку?

-- Посмотрел  украденный номер на джипиэсе и пришел сюда.

-- Поразил в самое сердце. А теперь колись, чем тебя женщины обидели?

-- Жена сбежала, -- просто ответил он. -- Сбежала  искать на свою круглую задницу приключений от вечно торчащего перед компьютером скучного меня.

-- Скучного и бесперспективного?

-- Откуда знаешь?

-- Родственная душа. Я тоже когда-то был женат.