Лариса Куролесова - Человек без надежды (СИ)
— Она пишет, — кратко заметила почтительная дочь.
— И кто это читает? — язвительно осведомилась Камилла. — Ты?
— Папа читал, — в той же лаконичной манере уведомила ее Сильвер.
Леснова только вздохнула. Со дня смерти Александра Фокса прошло уже больше трех лет, но он, как и раньше, оставался главным в этой небольшой квартирке. Его не приспособленную к жизни жену теперь опекала их общая дочь, а сама Сильвер порой говорила так, словно была уверена, что отец жив. Нет, она не была сумасшедшей и не болтала с призраками, просто папина тень по — прежнему находилась рядом с дочерью, обожаемой ничуть не меньше капризной жены. При жизни Александр Фокс был единственным связующим звеном между ними с матерью — кажется, он и после смерти продолжал выполнять эту функцию.
— Как ты все‑таки назовешь кота? — поинтересовалась Камилла, подхватывая на руки рыжий комочек, тут же отозвавшийся благодарным мурлыканьем.
— Пусть пока Васька будет, — Сильвер выключила плиту и подмигнула подруге. — Когда я была маленькой, у дедушки с бабушкой жил кот по имени Василий.
— Хороший был кот? — Кэм почесала рыжего за ухом.
— Очень красивый, ленивый и горластый, — уведомила ее Сильвер. — И всегда своего добивался, паршивец!
— Шикарная перспективка для нашего юного друга! — одобрила подруга. — Ну что, оставляем Василия за старшего и едем в «Мертвеца», пока Улька там все стены не расколотила?
Закрыв котенка в комнате наедине с лотками и мисками с едой и водой, девушки спустились во двор. Поздоровавшись с несколькими встреченными соседями, они быстро проследовали к припаркованному во дворе «сильверу», выделявшемуся среди остальных даже в их время, когда многочисленные наездники пытались как‑нибудь поярче украсить своих «металлопластиковых коней». Камилла в стотысячный, наверное, раз, восхитилась покатыми боками двухместного красавца, выкрашенного светло — серой матовой краской. Этому «сильверу» не нужно было бросаться в глаза, чтобы выделяться на дороге. Любой наездник, а тем более — коллекционер отдал бы полжизни за право даже не обладать им, а разок прокатиться или хотя бы прикоснуться к этому сокровищу.
Поговаривали, что прототипом «сильвера», из‑за практичности и нетребовательности получившего широкое распространение на «Одиннадцати», послужил земной мотоцикл, который, правда, как отмечали многочисленные исследователи — историки, был гораздо менее удобен. В отличие от своих дальних предков «сильверы» почти не производили шума и не портили дорожное покрытие, поскольку вместо колес у них была воздушно — магнитная подушка, позволявшая аппаратам подниматься на двадцать — тридцать сантиметров и изящно скользить над поверхностью земли. Из‑за легкости их окрестили «летунами» — остальной транспорт двигался гораздо ниже и выглядел при этом тяжелее. Кроме того, они работали на недорогом световом топливе, которого на «Одиннадцати» было в достатке, так что истощение ресурсов аппаратам не грозило.
Сильвер одним уверенным движением оказалась в седле, и приборная панель ее «летуна» тут же заискрилась разноцветными лампочками. Девушка сняла с ручек два шлема, один надела сама, пряча под него волосы, а другой протянула Камилле. Леснова забралась в седло чуть медленнее — собственного «сильвера» у нее пока не было, поэтому необходимой сноровки она еще не приобрела. То ли дело Силь, которая оседлала «летуна», пожалуй, едва ли не раньше всех на «Одиннадцати», а перед тем как оказаться на нем, еще и научилась управлять аппаратом дистанционно! Впрочем, ей‑то этого было точно не избежать!
— Вашу руку, пожалуйста, — глубокий мужской голос в наушниках к Камилле не относился, просто компьютер транслировал его в оба шлема, не зная, какой из них на водителе.
Сильвер положила левую ладонь на мерцающий голубой экран опознавателя, и ее запястье тут же обхватила мягкая полоса встроенного гибкого считывателя. Самая надежная из придуманных сигнализаций — опознание по индивидуальному чипу. Новые «сильверы» программировали особым образом, внося в их внутренний компьютер всех людей, которые имеют право управлять данным аппаратом. Если же на них пытался уехать кто‑то посторонний, они не только не заводились, но и «магнитились» к месту, одновременно посылая на удаленное устройство хозяина сигнал попытки несанкционированного отъезда. Впрочем, такие случаи были невероятной редкостью — служба безопасности «Одиннадцати» работала блестяще, и с ней не рисковали связываться из‑за летунов.
— Привет, Лисенок! — тепло поприветствовал «сильвер» свою хозяйку. — Добро пожаловать в седло! Задашь маршрут или хочешь сама порулить?
— Привет! — Камилле показалось, что Силь, взявшаяся за ручки руля, сглотнула, прежде чем ответить. — Конечный пункт — клуб «ДиЭм», скорость передвижения обычная, маршрут — на твое усмотрение и в зависимости от загруженности трассы.
«Сильвер» мягко тронулся с места, постепенно отрываясь от земли и набирая скорость. Умный компьютер сам встроил аппарат в общий поток улицы, легко лавируя между более массивными «собратьями», и девушки быстро помчались к точке назначения.
Клуб «ДиЭм» располагался на пересечении семнадцатой и двадцать второй улиц третьего уровня. Считалось, что он существовал здесь уже несколько Поколений — во всяком случае, век — точно. Сначала клуб носил звучное название «ДэдМэн» — «Мертвец». Поговаривали, что первый владелец надеялся, что таким образом составит себе хорошую репутацию и привлечет приличную клиентуру, однако соответствующее подразделение космопилотов — исследователей даже внимания не обратило на то, что в Городе Два появилось заведение «их имени», зато конкуренты стали посмеиваться над незадачливым бизнесменом. Тогда он переименовал клуб в «ДиЭм» по первым буквам собственных имени и фамилии (еще одна легенда гласила, что прижимистый хозяин клуба просто сэкономил на новой вывеске, взяв большие буквы из старой). По иронии судьбы, вскоре заведение и в самом деле приобрело популярность среди «мертвецов», и между собой публика стала называть его так, как было изначально задумано владельцем, однако он из суеверия менять ничего не стал.
До клуба «ДиЭм» от дома Сильвер было недалеко, к тому же они находились на одном уровне, и по дороге нигде не приходилось долго ждать, чтобы оказаться на другом шоссе, так что минут через десять «летун» с двумя девушками в седле уже затормозил у нужного перекрестка и, опускаясь на землю, аккуратно и ловко пристроился между двумя другими средствами передвижения: четырехместным магнитомобилем ярко — оранжевого цвета и массивным трейлером, с величавым достоинством опирающимся на дорогу широкими «гусеничными» воздушными подушками. Моргнув идентифицирующим экраном, «сильвер» погасил многочисленные лампочки приборной панели.