"Северная корона". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Ольховская Влада

– Притормози, отдохни, я тебя совсем не понимаю…

– Н-нельзя! Н-нельзя, время… В-времени все м-меньше, истекает в-время… Он-ни з-здесь…

Гектор не помнил, чтобы даже дети пугались чего-то так сильно. Он поднялся и обошел стол, собираясь усадить Элию на стул, дать ему плед, хоть как-то успокоить. Но Элия сжал обеими руками его плечи, заглянул в глаза, словно желая подтвердить собственное помешательство. Его пальцы были сведены сильно, как в спазме, и напоминали металлические крюки. Гектор даже не был уверен, что его собеседник до конца осознает, с кем общается.

Это было странно – и опасно. При их последнем сеансе видеосвязи несколько дней назад Элия выглядел взволнованным, но вполне адекватным. Конечно, его рассуждения о загадочной болезни, поражающей лишь избранных, были так же ненаучны, как его вера в волков Риверо, достаточно сообразительных для того, чтобы открыть ловушку. И все равно Гектор верил, что серьезных причин для беспокойства нет. Против Элии действовали слишком бурное воображение и упрямство, рано или поздно он со всем разобрался бы сам.

Его состояние не должно было усугубиться и дойти до… такого.

– Что ты видел? – спокойно спросил Гектор. Это спокойствие сейчас давалось ему нелегко, но иначе они оба были бы в тупике, кто-то должен был сохранить самоконтроль. – Здесь ты в безопасности, можешь рассказать мне.

– Н-нет… Н-никто не в б-безоп-пасности… Никто!

– Элия, возьми себя в руки. Ты все-таки пришел ко мне, а не к своему отцу, ты знаешь, что я помогу тебе, вместе мы во всем разберемся.

Элия хотел рассказать, иначе не добрался бы до института в таком состоянии – попасть к отцу ему было бы куда проще. Он просто не успел. В приоткрытое окно кабинета влетел металлический цилиндр, тут же изошедший темно-серым дымом, и стало не до разговоров.

Гектор знал, что это такое – не мог не знать. Такие шашки зоологи использовали для усыпления животных в полевых условиях, чтобы можно было осмотреть хищников, не убивая. В институте подобных устройств хватало, но никто никогда не применял их против людей – и не должен был! Вот только доказывать это оказалось некому: Гектор так и не увидел, кто стоял у окна.

Он попытался пробраться к двери, да не получилось. Газ был разработан так, чтобы усыплять намеченную жертву очень быстро, любое промедление могло стоить охотникам жизни. Вот и теперь Гектор успел сделать лишь пару шагов по тесному кабинету, коридор был уже рядом – но недостаточно близко. Свет перед глазами Гектора погас раньше, чем ученый добрался до свежего воздуха.

Пробуждение было не из приятных – долгое, непривычно мучительное. Однако когда Гектор вспомнил, где и почему он потерял сознание, даже это показалось ему удивительным подарком судьбы. Он не должен был выжить! Или его поймали все-таки не для убийства?

Когда к нему вернулись зрение и способность двигаться, Гектор обнаружил, что его даже не похитили. Он по-прежнему был в своем кабинете, лежал на полу не связанный. У него ничего не болело, но он почти сразу увидел, что его одежда и пол рядом с ним заляпаны кровью. Он не представлял, как объяснить это – а еще то, что в его правой руке был зажат длинный изогнутый нож.

Такими ножами обычно снимали шкуру с волков Риверо. Гектор подобным занимался редко, но иногда приходилось, и этот нож, безусловно, принадлежал ему, хранился в кабинете. Только обычно нож был чистым, а сейчас – окровавленным, как и рука Гектора до самого локтя.

Приподнявшись, он обнаружил источник всей этой крови. Хотел не поверить, убедить себя, что ему по-прежнему снится сон, да не получилось, реальность его безжалостно не отпускала… невозможная реальность.

Рядом с ним лежал Элия ДиНаталь – замерший в озере крови, несомненно мертвый. С распахнутыми глазами и чудовищной раной на горле, которую – это для всех стало бы очевидным – нанес ему Гектор.

– Я требую немедленного возвращения на «Северную корону»! – объявил Стерлинг. – Вот прямо сейчас, не покидая челнок! Зачем нам вести с кем-то переговоры, если нет тут никого?

Кигану хотелось привычно возразить и напомнить киборгу, что тот – трус, каких мало. А не получалось. Его и самого не покидало желание свалить с этой непонятной планеты, потому что вмиг опустевший город – это как-то слишком.

Или, может, не вмиг, но очень быстро. Космический флот вел переговоры с Хионой совсем недавно – не больше года назад, и тогда в колонии все было прекрасно. Она существовала век, она великолепно развивалась, да и разрушенной она не выглядит… но куда тогда делись люди?

Образ покрытого льдом города, величественного и несокрушимого, теперь угнетал. Киган не исключал, что это все-таки ловушка, так ведь от подобного расклада легче не становилось! Такая ловушка, где нет противника, – она похуже честной драки будет.

– Мазарин, попытайтесь определить, куда переместились люди, – велела капитан.

– Я бы и сама не отказалась, но я не могу почувствовать всю планету сразу, она больше Земли, – виновато признала Альда. – Я только могу сказать, что во всем городе нет ни души, рядом с нами – тоже. А до станций мои силы не дотягиваются.

– Они не успели бы эвакуировать город только из-за нашего появления, слишком мало времени прошло, – указал Рале. – Да и глупо это: развитой колонии бояться крошечного кораблика, который они же сами много лет звали. Нет, тут произошло что-то другое.

– А никто и не предполагает, что это из-за нас, – пожала плечами Римильда. – Слушайте, на такой планете могло произойти что угодно! Если б мы знали, где люди, еще можно было бы строить какие-то версии, а так… Пустая трата времени.

– Я могу подсказать вам, где их нет, – невозмутимо произнес Триан. – В чистом снежном поле. Эти люди прожили на Хионе всю жизнь, они знают, насколько опасны здешние бури. Если их нет в городе, значит, они укрылись где-то еще, делаю ставку на станции. Город сейчас в нашем распоряжении.

– Каком еще распоряжении? – простонал Стерлинг. – Надо улетать, немедленно, тут могло произойти что угодно!

Эх, как же хотелось его поддержать… Киган пока даже не видел вечную белизну Хионы, только ее изображение на экране, переданное дронами, а она уже давила на него. Но – нельзя, и электрокинетику пришлось вмешаться:

– Мы не можем улететь вот прямо сейчас при всем желании. Облом. «Стрела» не создана для того, чтобы скакать мячиком, двигателям нужно остыть, компьютеру – перезагрузиться.

– Что?! – Римильда возмутилась так, будто он только что плюнул ей в левую ноздрю. – И сколько это корыто будет грузиться?!

– Выбирайте выражения, Фревилл, – осадила ее капитан. – Приказа покидать планету в любом случае не было, не принимайте за него эмоциональные выпады Витте. Но информация мне все-таки нужна. Рэйборн, ваши рекомендации по оптимальному времени взлета.

Киган задумался, подсчитывая самый оптимистичный вариант – но даже этот вариант не радовал.

– «Стреле» нужно пару часов, капитан, тогда можно было бы стартовать. И вот тут у нас добавляется одно неприятное «но»: как раз в это время сюда доберется буря. А стартовать на краю бури я сильно не советую: ветрила будет тот еще. Может прозвучать дико, но нам с вами гораздо выгоднее дождаться, когда буря повиснет над нами брюхом, фон будет более спокойный. Таким образом задумываться о взлете я рекомендую не раньше, чем через четыре часа.

– Принято, – кивнула Лукия.

В такие моменты Киган ей не завидовал… Собственно, он никогда ей не завидовал, а сейчас – особенно. Ситуация складывалась неприятная, как к ней ни подойди. И если будут проблемы, Лукии придется думать о том, что к ним привело ее решение.

Ну, или не придется. Черт его знает, что у капитанов в башке творится. Говорят, они не чувствуют вообще ничего, но Киган, давно знавший Лукию, в этом сильно сомневался.

– Мы можем провести эти четыре часа здесь, – заметил Стерлинг. – В «Стреле» же безопасно!

– Отставить, Витте. Инструкции, которые вы цените так высоко, велят нам проводить разведку при любой возможности. Также я напомню вам, что нашей целью изначально был не только контакт с местным населением, но и изучение их технологий. Это мы можем сделать и в отсутствие горожан. Мы отправимся туда и осмотрим город. Если мы не найдем там ничего, что может быть интересно космическому флоту, мы покинем планету через четыре часа. План ясен всем?