Кристиан Бэд - Дурак космического масштаба
Я проинструктировал парней. Заодно спросил у Дейса, как его зовут. Оказалось Эиммануэл. Вот же наградили родители. И тут они посыпались сверху. На своих маленьких летающий скейтах, практически из темноты… Не совсем, конечно, из темноты, я намеренно поставил фонарь дальше от раскопа, чем было нужно. Дейсу я велел изображать испуганного до комы, а лучше — убитого, и он тут же упал, нелепо всплеснув руками. (Он мог бы и смыться в суматохе, но нам нужно задержать банду, а не растягивать по городу). В Айима выстрелили пару раз из огнестрельного, он лениво уклонился, перекатился и встал у меня за спиной. Уклонялся он по привычке. Огнестрельное оружие «держит» самый простой «доспех», и мы не боялись его совершенно. Всё складывалось как надо: за спиной — Сай Айим, которому в плане реакции я доверял, как себе, умница Дейс изображал, что он труп, типа задели из «сенсорного», которым махал по широкой амплитуде какой-то придурок, (сенсорное может войти в резонанс с «доспехами», если угол чего-то там совпадёт). Можно начинать тянуть время и торговаться, пока не сядет Келли. Браслет на моей руке переведен в режим передатчика и Келли сейчас всё отлично слышит, и даже кое-что видит, когда я руками машу. Мне стало скучно. Я теперь понимал Дьюпа, который утомлялся обычно, от простецкой нашей тактики, где всё продуманно…
Ба! Всё, да не всё. Скосив глаза на браслет, я увидел, что в тыл к нам заходит группа Гармана. Вот пусть только влезет, умник, шею потом намылю! Я знал, что девушки способны уже одним своим присутствием провоцировать мужчин на идиотские поступки. Знал. Но в теории, так сказать. А теперь практика, вместо того, чтобы сидеть тихо, дышала мне в… спину. Ну, пусть только тявкнет эта практика, мало ей потом не покажется.
Пока суть да дело, я успел как следует рассмотреть своих «кошек». Пятеро парней и девчонка-подросток (значит, половина — осталась сидеть на крыше). Одеты в хроностиле. Прошлое тысячелетие. И по виду, и по степени износа. Теперь понятно, почему у них так много огнестрельного оружия (несколько невостребованного сейчас) — дети играют во времена колонизации сектора. Этакие дикари каменных джунглей. (Я заметил всего два светочастотных и один сенсорный «бэк» (белковонаводящий), вроде того, что был у Вланы. Светочастотные — маломощные, доспехи такими не пробить. У нас с Айимом в руках проверенные армейские гэты. У меня еще и компактный импульсник в левой (стрелял я одинаково с обеих рук). У Айима в левой — плоский диск отражателя. Хорошая штука, если умеешь пользоваться. Подбросил, попал лучом на отражатель и выстрелил куда угодно, хоть себе за спину. Айим — умел.
«Кошки» мало что понимали пока в происходящем. Они знали, нужно торопиться, но как к нам подступишься? Ребятам почему-то казалось в темноте, да с крыши, что мы почти безоружны. Протяни руку и бери. Ну, так мало ли что там, с крыши, покажется. Высокий белобрысый парень с хвостиком волос над правым ухом, прихваченным старинной экзотианской заколкой, видимо, главный в банде, перевернул ногой Дейса. Тот, умница, не подавал признаков жизни. Парень мрачно посмотрел на меня. Трепаться со мной ему не хотелось. Ему хотелось шлёпнуть меня по быстрому. Но, при сложившемся раскладе, это я его мог шлёпнуть. Останавливало меня только то, что где-то у них наш боец. Я вспомнил, что Мах-ми — место окраинное, от новинок цивилизации удалённое и поджарил ржавый остов валявшегося в пределах скудной видимости авто. Эффект был нормальный. Все сразу поняли, что у меня в руках. Если до этого иллюзии у подростков оставались, то теперь кино закончилось. И свет уже зажгли. Вроде как они на нас напали, но поймали их мы. Я цокнул языком, давая знать Айиму за спиной, что всё под контролем и скоро играем дальше. Сзади уже почти вплотную подошла группа Гармана, а над крышей минут через десять-пятнадцать зависнет эмка. Бежать надо было «кошкам», а не играть в солдатики. Похоже на моём лице это отпечаталось крупными буквами. Какой-то пацан вздернул оружие, и я, жалея дурака, долбанул по железяке из импульсника (из гэта я бы срезал вместе с рукой). Парню и так досталось. Как он заорал, наверное, на крыше услышали. Зато сразу выяснилось, кто тут настоящий лидер. Девчонка, яркоглазая, с рыжеголубыми волосами выхватила у блондина коммуникатор и вызверилась на меня.
— Ты, жирный придурок! Если ты ещё дёрнешься, от твоего вонючего бойца кишки с крыши спустят! Ты понял?!
Я не смог сдержать улыбку. Почему жирный-то? Потому что доспехи под формой? Оказывается, полнит? Айим уловив, и правильно истолковав вздрагивание начальственной спины, тоже фыркнул. Я смотрел на девицу с удовольствием. Всё в ней было уместно и гармонично — даже странные тряпки вместо нормальной одежды. Тонкие запястья и щиколотки, высокие скулы — явно чистокровная экзотианка. Фантастически красивое лицо, плотная матовая кожа, умело тонированные волосы. Будь она постарше, может, я бы даже испытал чего, но так — просто любовался. Паршивке едва ли исполнилось пятнадцать.
— Что ты лыбишься, поганый ублюдок!
Нет, ну как я мог не улыбаться, когда воздушное, тонкокостное существо с обликом фейри ругается, как уборщик. Почему я еще хохотать не начал, вот вопрос.
«Кошечка» поднесла к губам коммуникатор:
— Эй вы, наверху, козла этого подведите, чтобы он увидел! На! Зырь! — она развернула ко мне дешевый передатчик, где на маленьком экране маячило что-то в форме спецона.
— Только форму вижу, — сказал я нагло. — Пусть номер назовет.
Возникла заминка. То ли мой боец не хотел говорить, то ли не мог. Я терпеливо ждал. Время работало исключительно на меня.
— Да он резину тянет! — истерически взвизгнул белобрысый парень. Я пожал плечами — дело мол, ваше, что про меня думать.
Девчонка посмотрела на меня внимательно. Из коммуникатора неслись ругательства — на крыше тоже что-то происходило. Тут же над ночным городом пролетел вопль, слышный и без средств связи.
— Ща тебе на опознание скинут руку или ногу! — сказал парень.
Еще бы десять минут.
Трудно говорить с подростками, — это я уже знал по Лесу. Оставалось, пользуясь тем, что на крыше вроде бы Хэд знает что творится, на «раз-два-три» сделать из тех, кто спустился к нам, таких же заложников, как мой боец. По крайней мере, из двоих. Остальных перестреляем. Иначе… Я толкнул плечом Айима, чтобы приготовился.
— Девчонка — моя, — сказал я ему, почти не шевеля губами. — Твой — белобрысый. Остальных — к Хэду. На…
— Ах ты, маленькая мерзавка! — раздалось за моей спиной и из темноты выросла Влана с маячившим сзади Гарманом. Рожа у него заранее покраснела. Но Влана плевала на субординацию. Она быстро шла на свет. Как ночная бабочка, подумалось вдруг мне.