Стивен Коул - Жало зайгонов

— Согласна, — дрожащим голосом сказала Марта.

Йен и Виктор встали, а она задержалась немного, чтобы положить руку на плечо мёртвой девушки. Я одета в твою одежду, — подумала она. Но я не собираюсь оказаться на твоём месте. Я и Доктор, мы доберёмся до убивших тебя тварей и…

О, Доктор, где ты, чёрт возьми?

— Идём, — прошептал Йен.

Оставив Клару в зловонной соломе и темноте, Марта пошла за ним.

Доктор и Фелик обернулись на неожиданный шорох поднимающейся двери. В дверях, покачиваясь, стоял знакомый золотоволосый ребёнок.

— Ага, а вот и наше дружелюбное привидение, — Доктор смотрел, как девочка с невозмутимым лицом зашла в лабораторию… а за ней зашла ещё одна точно такая же. — Постойте, а это кто? Настоящая Молли Мелтон?

Это предположение было тут же опровергнуто, когда в лабораторию зашли третья и четвёртая Молли. Затем первую охватило красное свечение, её лицо начало искажаться…

И вот уже Доктор смотрел на маленькое, недоразвитое существо с бледной, как у личинки, кожей, коротенькими конечностями и чёрными горящими глазами. На голове и на груди торчали наросты, похожие на влажные отверстия в плоти. Остальные три Молли тоже начали меняться, загоревшись алым светом и превратившись в почти идентичных существ.

— Дети, — выдохнул Доктор. — Вы используете своих детей.

Одно из маленьких существ опустилось на колени, и Доктор нагнулся, чтобы осмотреть его. Но Фелик оттащил его, угрожающе захрипев.

Затем в лабораторию зашёл Бреларн, неся в руках ещё одного бледного, скользкого детёныша.

— У этого отпрыска нарушена синхронизация, — сказал он. — Их нужно вернуть в янтарь.

— Так вот как Молли Мелтон наводит страх на охотников по всему Округу, — с презрением сказал Доктор. — Детский труд. Вы уже в настолько отчаянном положении, Бреларн?

— В военное время у всех есть свои обязанности, — ответил резкий шёпот. — Бреларн опустил подёргивающуюся в его руках фигурку на пол и подошёл к Доктору. — Эти отпрыски ещё не выросли. Они немые, их разум ещё неполноценен, они почти не разбираются в стратегии. Но они быстро перемещаются, а совместимость с отпечатком тела…

— Они дети! — закричал Доктор. — Посмотрите на них! Недокормленные и уставшие до изнеможения.

Бреларн схватил Доктора пятернёй за щёки.

— Они мои отпрыски, — прошептал он. — Они гордятся тем, что служат мне.

— Ну, вы сами признались, что их разум ещё не сформировался, — Доктор чувствовал, как его кожа прокалывается в нескольких точках чем-то жгучим, но был слишком зол, чтобы замолчать. — Если ваши собственные отпрыски голодают, каково же вашим солдатам? Кого они изображают в мире людей? Вряд ли кого-то важного… не удивительно, что «миссис Ансуик» постоянно требовалось прилечь, не удивительно, что встреченный мной утром солдат был таким слабовольным, — несмотря на сжатые щёки, он попытался дерзко улыбнуться. — И не удивительно, что я вам так нужен, чтобы всё исправить.

Прорычав, Бреларн бросил Доктора на пол. Затем он повернулся к Фелику:

— Приготовь отпрысков к янтарю.

Фелик уже выскабливал мелкий тёмный порошок со стен полости в светящейся стене:

— Да, Бреларн.

Предводитель вышел из комнаты, и дверь за ним опустилась.

— Что такое янтарь, Фелик? — спросил Доктор, вскочив на ноги. — Что-то вроде анабиоза?

Зайгон прорычал:

— Этот порошок сохранит их неизменными во время их долгого сна до тех пор, пока не появится возможность дать им питание.

Он поднял одного из отпрысков и поместил его во что-то, растущее из стены, похожее на липкую колыбель из красной губки. Это действие, похоже, утомило его, и он был вынужден передохнуть несколько секунд, прежде чем нагнуться за следующим.

— Продолжайте работу, — прошипел он. — Ваша подруга умрёт, если вы будете медлить.

— А кто медлит? — Доктор поднял с пола третьего детёныша и с обезоруживающей улыбкой подал его Фелику. — Думаю, этот маленький кустарный аппарат уже можно испытывать.

Он скривился:

— Разумеется, если мозг молодого скарасена повреждён, у нас всё равно могут быть проблемы с управлением. Это проблема не устройства, это проблема в голове вашего скарасена. Так что, если что-то пойдёт не так, вы не причините вреда моей подруге, ясно?

— Вы пленник, — Фелик поместил в колыбель последнего детёныша и протёр его губы чёрным порошком. — Не вам диктовать условия.

— Да? Какая жалость, — на его лице снова появилась улыбка, он помахивал перед Феликом устройством и своей звуковой отвёрткой. — Потому что это мои игрушки, никто не справится с ними лучше меня, и я думаю, что это делает меня лучшей кандидатурой на то, чтобы угомонить скарасена на то время, пока вы будете чинить его киборговые синапсы.

Фелик угрожающе зарычал.

— Слушайте, можете угрожать моим друзьям, грозиться ужалить меня, что угодно. Я стерплю всё это, потому что я хочу, чтобы этот скарасен снова стал управляемым. Тогда вы сможете наесться, вернуться в своё логово, и не высовываться до тех пор, пока за вами через несколько веков не прилетят спасатели, а мы с Мартой сможем улететь отсюда. И тогда кто старое помянет… — подмигнул Доктор. — Что скажете?

Дверь, шипя, поднялась, и в лабораторию снова зашёл Бреларн.

— Очень хорошо, Доктор, — громко сказал он. — Вы вернёте нам контроль над скарасеном.

— Молодчина, здоровяк, — сказал Доктор. — Вы же понимаете, что это логично.

Бреларн смотрел на него и улыбался…

Оказавшись снова на ухабистой, изрезанной колеями дороге и слушая рёв поглощающего бензин мотора, Марта по-прежнему не чувствовала себя в безопасности. Зайгон не выбежал при первом же повороте заводной рукоятки. Он не появился даже тогда, когда она, Йен, и Виктор с визгом укатили, отбрасывая колёсами гравий. Марта даже почти жалела об этом. Тогда бы её не мучила совесть, что они не остались искать миссис Флок. Тело няни исчезло из прихожей. Йен предположил, что она удрала сама, и Марта надеялась, что так оно и было.

— Мы спаслись! — радовался Виктор, когда они громыхали по дороге в Гоулдспур.

Но Марта особого ликования не испытывала. Доктор по-прежнему оставался узником зайгонов.

Ничего, — успокаивала она сама себя, пытаясь не расплакаться. Теперь они не смогут шантажировать его тобой. Он с ними разберётся… Конечно, разберётся.

Пытаясь сохранить позитивный настрой, она переключила свои мысли на миссис Ансуик. Некоторые моменты теперь стали понятнее. Например, то, когда они с Доктором застали миссис Ансуик за просмотром киноленты; теперь можно забыть о любопытной женщине, зачарованной новой технологией; она, наверно, просматривала киноматериал, чтобы убедиться, что там ничего не выдаст полиции зайгонов. Или же она хотела увидеть в деле разные отряды охотников, изучить их методы, их расположение, их настрой. Сбор информации.