Вадим Капустин - Встретимся на Альгамбре

   - Самого святого не пожалели! - пострадавший альгамбрец, матерый проныра, настроенный бороться до конца, изображал благородный гнев, надеясь выжать солидную сумму отступного. - Двести галкредитов на искупительные жертвы богам!

   -Двести галкредитов! За вот это? За эту.... - от возмущения Валентин Сергеевич потерял дар речи. Стоявший за его спиной проштрафившийся боцман с хрустом сжал кулаки. Орлов одернул его свирепым взглядом. Боцман виновато потупился.

   -За эту святыню, - подсказал начальник полиции космопорта, не желая усугублять обвинение новыми оскорблениями. Прекрасно сознававшие правоту капитана "Наутилуса" представители властей не собирались делать уступки землянам. Впрочем, возможно, жулик делился прибылью с полицией.

   -Святыню! Да я за нее и пятидесяти кредитов не дам! - огрызнулся Орлов.

   -Сто семьдесят пять, - пошел на уступки вымогатель. Поиск компромисса затянулся на несколько часов. Лешка, которого капитан прихватил с собой, устав от выслушивания взаимных упреков, вернулся на корабль.

   Там тоже ничего интересного не нашлось. Ванюшин, тогда уже первый помощник, отбивался от потенциальных покупателей, пытавшихся в отсутствие капитана заставить молодого заместителя поставить подпись под сомнительным контрактом. Владислав отчаянно лавировал, балансируя между желанием не упустить выгодных клиентов и боязнью оказаться жертвой мошенников. Бесполезный в этом ответственном деле остаток экипажа, в лице Одинцова, оставшись не у дел, отчаянно скучал.

   Услышав просьбу юнги о небольшой прогулке, Владислав равнодушно кивнул. Может быть, просто не услышал. Но Леха истолковал жест начальства в свою пользу. Первый разрешил!

   И вот - свобода! Известный всем земным пилотам бар "На Альтаир". Он, Леха Одинцов, обычный деревенский простак, сидит за столиком с кружкой в руке, как настоящий космический волк! Ну разве важно, что в кружке только безобидный тоник? Голова кружилась от неумеренного восторга.

   Тогда-то за столик к нему и подсел подозрительный тип. После трех банок "безалкогольного" тоника внешность чужака показалась Одинцову вполне располагающей. До тех пор общаться с инопланетянами юнге не приходилось, и он с удовольствием поднял очередной стакан за здоровье нового знакомого.

   За альтаирца себя выдавал, - мрачно припомнил Алексей. - А на самом деле цыган был, точно. Трехногий негуманоид, 4 гибких верхних конечности, вроде как даже псевдоруки - выдвижные, изменялись все время, бочкообразное туловище, покрытое светло-зеленой чешуйчатой шкурой, семь широко распахнутых глаз на длинных стебельках. И смотрел честно, прямо, не моргая.

   Пройдоха! - Лешка подозревал правду, но мысли путались: бармен точно добавил в напиток чего-то горячительного. А ведь капитан Орлов ему говорил: - Избегай опасных знакомств!

   Сейчас, вспоминая драматическую встречу, Одинцов не находил в незнакомце ничего привлекательного, но тогда широкая улыбка на пол-туловища, обнажившая тридцать восемь острых зубов, показалась дружелюбной и приветливой. Казалось, чужак испытывает тот же восторг освобождения, что и Леха.

   Парень отсалютовал соседу кружкой, ощущая что-то вроде родства душ, внезапную непреодолимую симпатию. Заметив восторженную реакцию юнги, зеленый незнакомец был явно польщен.

   - Немо! - представился он, кокетливо покачивая боковыми глазками.- Можно просто Никто. А тебя как зовут? Леха? Здорово. А ты - землянин, да? С какого корабля? Как называется?

   Услышав Лехин ответ, инопланетянин выразил бурное одобрение:

   -Наутилус? Надо же! Просто класс! Сам придумал?

   Не отягощенный классическим образованием Леха не мог разделить его восторгов. Подумаешь, Наутилус - название как название, бессмысленное, но красивое.

   - Кстати, а как тебе я? - не дожидаясь ответа, без всякой видимой связи чудак перескочил на другую тему. Под восхищенным взглядом Лешки новый друг помаргивал глазками от удовольствия и болтал безостановочно.

   -Супер!- подтвердил юнга, показав большой палец. - Никогда таких не встречал!

   - Правда? Наши говорят, похож на Есенина! Клевый был мужик, да? - чудак шаркнул третьей ножкой, напрашиваясь на новые комплименты.

   Есенин? Имя это Одинцову ни о чем не говорило. Внимательнее присмотревшись к зеленому бочонку с семью вертлявыми глазами, Лешка охотно согласился - мужик, наверняка, был нехилый! И кто он такой, интересно, этот Есенин?

   Заметив его недоумение, Немо снисходительно пояснил:

   - Поэт был такой землянский, жил очень давно. Или это, наоборот, в будущем? Все время их путаю, в смысле времена. Нет, ага, уже был. Считался очень красивым! - самодовольно добавил он.

   - А как же стихи? - робко поинтересовался Леха, сообразив, к чему обязывает слово "поэт". Собеседник замялся:

   - Ну, стихи так, по-моему, не очень. Вкусы, знаешь, у наших рас разные. Хотя некоторым нравится. Зато писатель один у вас есть фантаст, классный! Жюль Верн. Я лично от него в улете. Ну а тебе как?

   Лешка задумался. Имя казалось знакомым, но точно ничего не припоминалось. К сожалению. Юнга Наутилуса не увлекался чтением фантастики. Да и учеба в космическом училище не оставляла много времени на бесполезные книги.

   Теперь-то подобным невежеством капитана Одинцова никто не смог бы попрекнуть. За двенадцать прошедших с памятной встречи лет Жюль Верна и Есенина он начитался более чем достаточно, но вот только было уже поздно.

   - Что, никогда не слышал? - инопланетянин был разочарован. Вертлявые кокетливые глазки, отвлекшись от Лешки, начали заинтересованно склоняться по сторонам.

   -А ты откуда все это знаешь? - осведомленность семиглазого вдруг показалась Одинцову подозрительной.

   -Обижаешь! - оскорбился новый приятель. - Я, если хочешь знать, гуманитарий! Альтаирский филолог-гуманист. Земные языки и литература! Диплом пишу по Жюль Верну: "Татуаж - как символ межкультурной коммуникации". Я и сам многое могу! Творческая личность. Даже у нас на Альтаире не все такие. Если хочешь знать, совсем немногие!

   -А здесь тебе чего надо? - продолжал сомневаться потихоньку трезвеющий Леха.

   -Сбежал! - инопланетянин опасливо огляделся по сторонам и тихо хихикнул. - Не скоро поймают! Кстати, хочешь, татуировочку сделаю? Эксклюзив! Думаешь, я всем предлагаю? Только тебе! Первому. И всего за двадцать кредов, - центральный глазок альтаирца хитро подмигнул.

   -Точно, из дурдома сбежал! - по Лешкиным представлениям, поведение альтаирца мало напоминало нормальное. Да и для ученого филолога автолингвист выдавал слишком много жаргонных словечек. Хотя кто их знает, альтаирцев? Юнге казалось, что все видится ему в фантастическом сне. Даже хотелось ущипнуть себя побольнее, и Одинцов ущипнул, но это не помогло: он не просыпался. Но идея с татуировкой понравилась. Кое-что, правда, смущало. - А больно не будет? Идти куда-то надо?