Хельге Каутц - Легенда Фарнхэма

— Грузовой люк, — сухо прокомментировал Алиндрей. — Гравитация действует здесь по направлению к носовой части.

От такого обилия впечатлений и накопившихся вопросов голова Нопилея просто шла кругом.

— Значит, задача подъемника состоит в том, чтобы пилот совершенно не замечал, когда сила тяжести изменяет направление, я правильно понял?

Алиндрей и Яянда в унисон замахали ушами.

— Но это же грандиозно! Гениально!

— Тсс-шш! Совершенно верно! И это — теладийское изобретение, которое принесет нам огромную прибыль!

— Проблема в том, коллега Алиндрей, — вставил Яянда, — что такое могут себе позволить только немногие частные лица. Для грузовых и боевых кораблей этот комфорт совершенно излишен. Ну у какого корабля есть несколько гравитационных уровней?!

— Верно, верно, — пробормотал Алиндрей, подмигивая. — Но мы все изменим, когда это будет в наших силах!

Яянда на мгновение вежливо склонил голову набок и затем снова обратился к Нопилею:

— Цео Иземада до сих пор так и не нашел времени самолично осмотреть яхту. Он просит вас, уважаемый коллега Нопилей, дать кораблю имя на ваше усмотрение и зарегистрировать его. Помимо этого, он хотел бы, чтобы вы показали ему корабль, когда для этого представится удобный случай. Это большая честь. Судя по всему, Цео испытывает к вам самые добрые чувства.

— Тс-шшм… похоже так, коллега Яянда, — ответил абсолютно сбитый с толку Нопилей.

Дедушка говорил о том, что его яхта находится на верфи в ремонте. А теперь вдруг выясняется, что он ни разу ее не видел, не говоря уже о том, чтобы летать на ней. Она была абсолютно новой, будто только что вылупилась из яйца. И она наверняка стоила целое состояние! Цео, конечно, показал себя опять с необычной стороны, но он не был бы Цео, если бы дал, так сказать, напрокат такую дорогостоящую вещь, как эта яхта, без определенной задней мысли. Интересно, что же задумал старый вояка? Какую выгоду — финансовую или моральную — он намерен получить от того, как Нопилей будет использовать его яхту?!

— Если у вас больше нет вопросов, директор верфи готов принять вас, о глубокоуважаемый коллега Иземада Сибазомус Нопилей Четвертый, — сказал Алиндрей, вдруг снова став таким чопорным и официальным, каким и должен быть «приличный» телади.

— Я в восторге, о брат мой Алиндрей, — ответил Нопилей, ощутив легкое щекотание в чешуйчатом гребне из-за такой резкой и странной смены тона.

Руководитель цеха целую сезуру внимательно его разглядывал, как будто хотел сказать что-то значительное, но в последний момент передумал и смолчал.

— Следуйте за мной.

С полсекунды Бреннан смотрел в упор на сигнальную лампочку, в то время как мысли вихрем проносились у него в голове.

— Валери, что это за сигнал?

— Мы имеем дело с третичным потоком данных, частотно модулированным, с семью каналами. На первом канале есть, помимо прочего, модулированная амплитуда, которая, очевидно, и передает информацию, которая, в свою очередь, описывает применяемый протокол передачи с позиции простой математической логики.

Бреннан нахмурил брови. Если перевести сказанное на нормальный язык, то получалось, что этот инопланетный корабль выдал им еще и руководство к расшифровке передачи, нечто вроде сноски к сообщению как таковому.

— Ты можешь с этим что-нибудь сделать?

И снова Валери отреагировала мгновенно, а это давало основания предполагать, что высокоинтеллектуальный бортовой компьютер уже занялся сигналом, не дожидаясь его указаний.

— Математическая логика очень проста. Однако описанный здесь протокол оставляет некоторое пространство для интерпретирования. Кажется, у меня нет некоторых основополагающих данных, которые та сторона считает давно известными. И все же я более или менее уверена, что речь идет об одном из каналов радиосвязи.

— Давай послушаем, — предложил Бреннан.

В то же мгновение помещение буквально наполнилось низким сонорным жужжанием, в котором Бреннан сразу же распознал рабочий шум мощного преобразователя энергии, слегка напоминавший шипение разозленной кобры в курятнике. Иногда в нем проскальзывали гласные и отрывистые согласные. Кто-то — или что-то — говорил.

— Тсс-шш! Хшшм мсс апт! Тхайн уссандршуу шмлассш лшнзз дессуу!

Фраза была повторена несколько раз, и Бреннан пытался представить себе существо, говорящее на таком угрожающем, шипящем языке.

— Хашше масс апт, айн уссндроош мшлмласс лоаншш дессуу!

Ударение в этих звуках было каким-то странным, некоторые гласные произносились так кратко, что Бреннану приходилось напрягаться, чтобы хоть как-то воспринять их. Он не мог отделаться от ощущения, что, несмотря на всю чужеродность, мелодика этого языка казалась отдаленно знакомой.

Вдруг ему в голову пришла ошеломляющая мысль. А что если это все-таки земной корабль и Валери, неизвестно по какой причине, просто неверно раскодировала послание?

— Валери, ты уверена, что верно передаешь аудиоданные?

Компьютер засомневался на краткий миг, прежде чем ответить:

— Все верно, капитан. Эти параметры выдают единый и постоянный аудиосигнал только на мгновенный прием.

— Да-а. А могут это, в принципе, быть какие-то другие параметры, случайно декодированные как аудиосигнал?

Шансы на то, что это возможно, были крайне невелики.

— Ни в коем случае, капитан, — кратко ответил компьютер и даже не потрудился дать объяснение, так как шипящая радиограмма зазвучала вновь, слегка модифицированная, и на этот раз в ней отчетливо чувствовалось нетерпение.

— Охширо! Тсшш-шш! Хашимашшшкапш! Тщайн уссанд-роошш мшомаасш лшоансс десу!

Бреннану почему-то казалось, что незнакомец пытается говорить более четко. Но это не очень помогло земному пилоту понять абсолютно незнакомый, судя по всему, внеземной язык.

— Охширо! — пробормотал Бреннан. — Валери, а видеосигнал есть?

Ему очень хотелось увидеть существо, которое так старалось наладить с ним связь. Может быть, визуальный контакт хоть как-то упростит ситуацию?