Клаудия Грей - Потерянные Звёзды

Вед, казалось, потерял к ним интерес и чуть не упал, ринувшись к дроиду, чтобы схватить следующий напиток с подноса. Сиена чувствовала себя так, словно весь стыд, который должен был ощущать Вед, произнося подобное, лег на нее.

Но она это заслужила. Она набросилась на Тейна, который подумал об ответственности Академии и оказался прав во всем. Мотивы Академии оказались иными, но он ухватил самую суть. А Сиена позволила увести себя от последнего человека, которого не должна была отпускать.

Тейн не знал, с чего начать:

— Сиена…

Она покачала головой, но он не знал, чему именно она говорила «нет»: истории Веда, вине Академии, тому, что Тейн заговорил первым, — чему угодно… Он положил руку ей на плечо, но девушка вздрогнула, как будто прикосновение сделало ей больно. Что он мог сказать или сделать?

Затем, конечно же, проклятый оркестр вновь заиграл, и Сиена быстро ушла на свою позицию в танце, ни разу не взглянув на Тейна.

У него не было выбора, кроме как последовать ее примеру, но всю оставшуюся часть бала он не мог думать ни о чем другом. За эти два года иногда он хотел пройти по каждому коридору на каждом этаже Академии, пока не обнаружит эту службу учебных результатов, а затем посмотреть в глаза тем, кто там работал, все им высказать. В другое время он жаждал найти машину времени, чтобы вернуться и рассказать все самому себе, чтобы не оказаться настолько полным идиотом. Он даже думал о том, что такие заговоры со стороны Академии много говорят об Империи и о том, как она относится к своим офицерам.

Больше всего, однако, он хотел поговорить с Сиеной наедине.

Когда бал наконец закончился, Тейн протолкался через толпу, ища темное облако волос Сиены и неповторимый сине-фиолетовый оттенок ее платья. Трудно было разглядеть что-то среди спин подобострастных дипломатов, смеющихся придворных и офицеров в черных мундирах — и почему так странно было вспоминать, что он один из них?

Сначала он увидел Джуд: та была на голову выше большинства людей в комнате и ярко-оранжевое платье выделяло ее в толпе. Подойдя ближе, он услышал, как девушка сказала:

— Поскольку этим вечером у нас нет комендантского часа и нет обязанностей на завтра, нам предоставлена идеальная возможность изучить знаменитую ночную жизнь этой части Корусанта. Я всегда очень интересовалась здешними клубами, особенно «Звездой полумесяца»…

«Только Джуд Эдивон способна превратить праздничный вечер в научный эксперимент». Тейн улыбнулся при этой мысли, но потом увидел Сиену, и все прочее вылетело у него из головы.

— На самом деле, Джуд, — встрял он, воспользовавшись шансом. — Я надеялся, что мы с Сиеной сможем… мм… кое-что нагнать.

Джуд посмотрела на них обоих, приподняв одну бровь.

Сиена сделала глубокий вдох:

— Нам с Тейном надо поговорить. Если не возражаешь, Джуд.

— Не возражаю. Я буду с ними. — Девушка махнула рукой в сторону группы молодых офицеров обоего пола, которые, казалось, ждали ее.

Когда Джуд отошла достаточно далеко, Тейн спросил:

— И с кем именно она уезжает?

— Возможно, со всеми. — Сиена повернулась к нему лицом, сложив руки перед собой в жесте, известном Тей-ну с Джелукана; он не был уверен в его значении, но знал, что в долинах этот жест считается официальным и важным. — Тейн, я не верила в вину Академии, спорила с тобой об этом и задела твою честь. Такой проступок…

— Нет. Тебе не нужно этого делать. Вина не на тебе, Сиена, по крайней мере, она не больше, чем моя. Думаю, мы оба были идиотами. Настоящая вина лежит на тех негодяях из службы учебных результатов, которые сделали это с нами.

Она помотала головой, словно в шоке:

— Они не намеревались настолько испортить наши отношения. Это мы сделали сами.

Как ни горько признавать, Сиена была права.

— Кроме того, Тейн, подумай вот о чем, — продолжила она. — Генерал Фосло, вероятно, подкупил кого-то, и Вед лжет, чтобы покрыть отца.

Такая ситуация была… возможна, хоть Тейн и не слишком в нее верил. На данный момент это не имело никакого значения.

— В любом случае ты была права по поводу ссоры с инструкторами Академии. — Признание далось ему нелегко, но за прошедшие годы Тейн все понял и теперь признавался и себе, и Сиене. — Нас обоих наверняка бы исключили. Я не должен был так набрасываться на тебя.

— А я должна была понять, как сильно ты расстроился.

Сиена очень хотела извиниться, но Тейн не желал этого слышать:

— Я считаю, что ни один из нас не сделал ничего плохого. Я так устал злиться на тебя. Можем мы наконец все забыть?

Она встала, вновь прямая и официальная:

— Я хочу восстановить нашу дружбу.

Заявление прозвучало так, словно было частью какого-то сложного ритуала примирения из долин, но Тейн его не знал и не заботился о формальностях.

— Разве мы не можем просто поговорить? Давай, Сиена. Меня не волнует, кто должен был знать лучше или почему Академия сделала это или что-то еще. Я просто хочу, чтобы мой друг вернулся. Остальное не имеет значения.

Девушке было не так просто все отпустить, и Тейн знал об этом, но видел и тень ее улыбки при словах о возвращении.

— С чего же мы начнем?

— С сегодняшнего вечера.

Идти в ночные клубы означало бы посвятить вечер перекрикиванию танцевальной музыки и отшиванию бесчисленных парней, которые не могли спокойно видеть Сиену в этом платье. Возвращение в Академию тоже не сулило им свободной ночи. Ни у Тейна, ни у Сиены не было других идей, поэтому, вместо того чтобы устремиться на поиск неизвестно чего, они нашли низкую каменную скамью возле фонтана на террасе при банкетном зале и проговорили часы напролет, пока вокруг жужжали и гудели дроиды-уборщики.

На самом деле они начали говорить о самом бале, кто и что видел. Тейн смог похвастаться:

— Я даже танцевал с принцессой Алдераана. Нэш помрет от зависти, когда узнает. Он влюблен в нее с девяти лет.

— Принцесса Лея? И какой она была?

— Даже ниже, чем ты, — ответил Тейн, за что получил не очень жесткий, но удар по голени. Он притворно дернулся от боли и продолжил уже серьезнее: — Не знаю. Это был всего лишь танец, и она толком не обращала внимания ни на что. Она не была груба, скорее просто витала в своих мыслях. Я думаю, человеку вроде нее есть о чем поразмышлять.