Мюррей Лейнстер - Туннель времени (сборник)

Спасатели подоспели к Майку как раз вовремя, чтобы предотвратить кровопролитие, к которому тот уже было приготовился. Жители деревни, готовые поклоняться ему, схватили его и с почетом перенесли в храм из красной глины, по–видимому, желая задушить в доказательство своей радости и гордости оттого, что он посетил их, а смуглые девушки, полные надежд, пытались добиться его благосклонности танцами. Спасательная группа нашла его с палкой в руке и налитыми кровью глазами, он стремился приложить все усилия, чтобы изменить стиль общения с ним.

Джо все еще не знал всех деталей, но, надевая снова свою форму, старался сосредоточиться на том, что знал наверняка. Он отказывался думать, как мало значила теперь эта форма, и что значок с изображением серебряной ракеты больше не имел смысла. Пилотируемых кораблей, готовых к запуску, не осталось, Платформа сделалась не кораблем, а спутником, они так и не успели создать других космических кораблей.

Джо, испытывая мучительною боль, пошел в носовую часть ревущего самолета. Реактивные двигатели грохотали, идти было очень трудно, поэтому, передвигаясь, он держался за ручки. Он прошел за койку и Увидел Майка, тот сидел за столом и набивал рот хорошей добротной пищей. В иллюминатор Джо заметил бесконечный простор, облака, небо и море. Майк кивнул, даже не предложив Джо помочь дойти до стола, что, впрочем, было бы бесполезно, поэтому он просто подождал, пока Джо сам опустится в кресло напротив.

— Хорошо спал? — спросил Майк.

— Думаю, да, — ответил Джо. И печально добавил: — Больно кивать и еще больнее качать головой. Что со мной произошло, Майк? Я ведь не ударился при приземлении.

— Нет, это не результат посадки, виной всему не удар, а гораздо более серьезная штука. Ты провел больше шести недель в невесомости, и каждый день делал меньше физических усилий, чем человек, лежащий в кровати с двумя сломанными ногами, — объяснил Майк.

Джо расслабился в более удобном положении, он чувствовал себя семисотлетним стариком. Он заметил, как в дверь всунулась чья–то голова и тут же исчезла. Джо поднял руку.

— Тяжело! Думаю, ты прав, Майк.

— Я знаю, что прав, — отозвался Майк. — Если ты проведешь шесть недель в постели, то, очевидно, что будешь чувствовать слабость, когда встанешь. На Платформе ты не напрягался, даже чтобы стоять. Мы не понимали того, что жили, как инвалиды. Хуже! Мы просто не использовали свою силу, но в следующий раз нам придется принять какие–нибудь меры. Представь, например, что люди отправятся на Марс и им долгое время придется находиться в полной невесомости, тогда через некоторое время человек дойдет до того, что его мышцы станут настолько слабыми, что он не сможет стоять, даже испытывая тяжесть половины своего веса! Что–то надо с этим делать, Джо!

Джо мрачно сказал:

— В первую очередь надо что–то делать с космическими кораблями, прежде чем мы снова сможем отправиться в космос.

Кто–то принес поднос с вкусно пахнущей горячей пищей. Джо посмотрел на нее и понял, что, по крайней мере, к нему вернулся аппетит.

— Вот спасибо–то! — пробормотал он и накинулся на еду.

Майк выпил кофе, а затем спросил:

— Джо, ты что–нибудь знаешь о порошковой металлургии?

Джо пожал плечами.

— Порошковая металлургия? Да. Я видел, как ее применяли на заводе моего отца. Там с ее помощью делали маленькие детали, без машинной обработки. А зачем тебе это?

— Не знаешь, сваривают ли их теперь? — спросил Майк.

— Думаю, да. Конечно, есть трудности с тем, чтобы хорошенько очистить поверхность для сварки, но это возможно. Так зачем тебе?

— Еще одно, — настойчиво гнул свою линию Майк, игнорируя вопрос. — Сколько портландцемента потребуется для изготовления кубического ярда бетона?

— Я не знаю, — ответил Джо. — Зачем? К чему все это?

Майк с горечью сказал:

— Это все Хейни и Чиф. Эти две большие обезьяны дразнили меня до тех пор, пока не заснули, вспоминая, что произошло со мной после приземления. Чертовы дикари! — вскипел Майк. — Они стащили мой скафандр и измазали меня маслом, вокруг шеи повесили венки из цветов, а в волосы воткнули цветы! Они приняли меня за языческого бога, Ханумана, что ли, как мне потом кто–то сказал. Индусский обезьяний бог! — бушевал он. — И эти две обезьяны думали, что это забавно? Джо, я никогда не считал себя знатоком ругательств, сколькими я наградил этих поганых язычников, пока наши ребята не нашли меня.

Он встал и побрел в нос самолета. Джо с трудом поднялся и обернулся, осматриваясь вокруг. Хейни, развалясь, лежал в откидном кресле, закрыв глаза, Чиф лежал в другом кресле, слабо улыбаясь Джо, но Даже не пытался заговорить с ним. Он слишком устал Для этого. Возвращение к нормальной силе тяжести Угнетало его так же, как и Джо.

Джо выглянул в иллюминатор. В четком геометрическом порядке с каждой стороны от них шли боевые реактивные самолеты, и еще несколько самолетов повыше и подальше. Джо увидел, что некоторые из них отделились от дальнего звена и нырнули в облака, но он так никогда и не узнал, что они там разыскивали и что нашли. Нетвердой походкой он пошел назад к койке, испытывая странную, приводящую в замешательство, слабость.

Во второй раз он проснулся, когда самолет приземлился, и даже не понял, где именно. Выглянув, он увидел только, что они оказались на острове. Виднелась лишь залитая жарким солнцем белая посадочная полоса и морские птицы, парившие в облаках. Самолет вздрогнул и начал медленно останавливаться. Подъехала, урча, обслуживающая машина, кто–то потянул кабели от нее к двигателям, кто–то следил за показаниями приборов и отдавал жестами команды.

Наступила тишина, а вместе с ней и спокойствие. Джо услышал голоса и звук шагов, прислушавшись, он различил глухой шум прибоя. Его слегка удивило, почему самолет сел здесь вместо того, чтобы заправиться топливом в воздухе, если это было настолько необходимо.

Казалось, они ждали вечность. Затем раздался слабый отдаленный шум и вскоре на востоке появился другой самолет. Сначала показалась точка, потом она обрела форму, превратившуюся в элегантный самолет, который устремился вниз и приземлился на другом конце белой полосы. Он подрулил к ним и остановился.

Оттуда спустился офицер в униформе и помахал рукой. Он подошел к самолету, из которого наблюдал Джо, и взошел на борт, а за ним последовали пилот и второй пилот, и все трое заняли свои места. Дверь закрылась, двигатели один за другим ожили. Офицер подошел к Джо, пытавшемуся прийти в себя, а Майк подозрительно разглядывал вновь пришедшего. Самолет тем временем сдвинулся с места. Военный любезно сказал: