Эдвин Табб - Наёмник

Вновь неудача. Сколько еще будет таких неудач, прежде чем она откажется от поисков? Она не сдастся. Наблюдая за лицом девушки, Дюмарест понимал это. Она будет продолжать искать, пока не истечет срок. Он улыбнулся, увидев, что Джарг направил плот к другой выбранной цели.

— Ничего. Вы же не ожидали, что это будет легко.

— Я ошиблась, — вздохнула она. — Корабль не может быть в этом районе. Мы проверим другую точку, чтобы быть уверенными, но я там ничего не ожидаю. — Она нахмурилась в задумчивости. — Эрл, а кибер может солгать?

— Они не всегда говорят всю правду.

— А они могут вообще ошибаться?

— Могут. Точность их предсказаний зависит от того, какие данные им удалось достать. Даже киберу нужны факты, чтобы их обработать. Ты думаешь о том, что он сказал тебе об Элгишском море?

— Да, район наименьшей вероятности. Эрл, а вдруг он сказал мне только для того, чтобы я искала в других местах?

— Как давно ты к нему обращались?

— Года два тому назад. Нет, — решила она, — он не мог солгать. В этом не было смысла. Он тогда не мог знать, что я серьезно намереваюсь искать первый Корабль.

— Ты ошибаешься, — сказал Дюмарест. — Нельзя недооценивать Кибклан, и всегда следует помнить, что кибер мыслит не как обыкновенный человек. Для них все можно оценить с помощью вероятности. Абсолютно все. Должно быть, он определил твое общественное положение и экстраполировал ряд последовательностей вероятных событий, причинами которых могла бы послужить цепь изменяющихся обстоятельств. Смерть Чорзела должна была произойти неизбежно. Единственным случайным фактором было время его смерти, и даже это могло быть определено при помощи соответствующих вычислений. После его смерти ты имела шансы стать наследницей. Правда, со столь малой вероятностью, что ее можно было почти проигнорировать. Если бы вероятность была больше, ты уже была бы мертва.

— Убита? — Ее лицо застыло. — Эрл, ты не шутишь? Кибер не стал бы этого делать.

— А ему и не нужно ничего делать. Стоило лишь намекнуть нужному человеку, и дело было бы сделано. Монтарг честолюбив и готов на все, лишь бы стать Владыкой. Разумеется, Сарет рассматривал возможность того, что ты заявишь свои права. Естественно, что он учел вероятность того, что тебе потребуется провести розыски, чтобы найти доказательство, которое заключено в первом Корабле. Но эта вероятность, должно быть, показалась ему столь малой, что ею можно было пренебречь, но все же она не была равной нулю. А если Кибклан желает, чтобы к власти пришел Монтарг, то он должен был сбить тебя со следа.

— Он солгал мне?

— Ему не нужно было лгать. Он просто выбрал два района и заявил тебе, что менее вероятно найти Корабль в одном из них, чем в другом. Венд — голая пустыня. Разве не более вероятно найти какой-то предмет на суше, чем в море?

Плот застыл в воздухе. Изейн занялся настройкой своего прибора, но Дюмарест уже знал, что он найдет. Еще один монолит скальной породы либо спрессованную груду обледенелых деревьев. Однако разумно было в этом убедиться.

Он отошел в сторону, пока Виручия разговаривала с техником, и встал у края навеса, глядя на звезды. Множество звезд плотной полосой проходило через весь небосвод, некоторые из них образовывали нечеткие рисунки; несчетное множество звезд. Многие с обитаемыми планетами. С некоторыми у него были связаны воспоминания — Дирей с волосами, подобными серебряным нитям, Калин с огненными волосами, Лаллия и та странная женщина, которую он встретил на Техносе, — этапы путешествия, которое, по-видимому, никогда не кончится.

Какое из этих блестящих солнц светит над его Землей?

Монтарг жадно следил за тем, как юноши набегали друг на друга с мечами и щитами. Мечи были деревянные, а щиты сплетены из ивовых прутьев, так что большого вреда они друг другу причинить не могли, но они усваивали приемы боя. И они научатся.

— Благородное зрелище, — с иронией произнес Селкес. — Вы поэтому пригласили меня сюда, Монтарг? Посмотреть, как юноши превращаются в зверей?

— Они тренируются. — Монтарг не спускал глаз со сражающихся парней. — И учатся сбрасывать с себя навязанные им условности. Стремление к битве заложено в природе мужчины. Слишком долго мы отрицали это. То, что вы видите, Селкес, — это зарождение новой культуры.

— Воскрешение давно похороненной, Монтарг. Приучите к насилию арендаторов и безземельных, и посмотрим, чем это кончится.

— Цивилизация — это относительное понятие, Селкес. Я бы назвал это декадансом. Из этих подростков вырастут мужчины, которые не вздрагивают от одной мысли о насилии. Они привыкнут к ней, а лучшие из них привыкнут к таинственному обаянию битвы.

— Убийцы, головорезы, бандиты, которые будут считать все доброе слабостью. Я видел это во многих мирах, Монтарг. Есть такие места, где люди не осмеливаются выйти из дому вечером без оружия. Вам бы следовало побывать там.

— Мне нет нужды путешествовать. Для меня Дрейдея достаточно хороша.

— Для вас, может быть. — Селкес посмотрел на сражающихся подростков. Некоторые упали, некоторые потирали ушибы, иные плакали от боли. — Но как быть с этими парнями? Как быть с теми, кто хочет учиться? На нашей планете всего одна биологическая лаборатория, всего один физический институт, только один маленький факультет фундаментальных наук. По сравнению с другими мирами мы деревня, погрязшая в невежестве. А вы способствуете этому невежеству. К нам уже и теперь редко прилетают корабли, и уровень торговли крайне низок. Еще одно-другое поколение, и мы превратимся в планету, забытую всей остальной Галактикой.

— Быть может. — Монтарг пожал плечами. — Но лучше владеть жизнеспособным миром, чем потерявшим свою гордость. Я предпочел бы править дюжиной людей, чем миллионом овец.

— Похвальное честолюбие — если это правда.

— Вы полагаете, я вру?

— Я думаю, что вы одержимый человек, — осторожно сказал Селкес. — Фанатик, ослепленный ложными мечтами. Чушь о таинственном обаянии битвы не нова. Я слышал об этом раньше в других мирах и видел неизбежные результаты на тех, кто попал под это обаяние. Мужчины, расхаживающие с самодовольным видом, как петушки, в полном вооружении, готовые убивать по первому приказу. Закоснелые порядки, сводящие на нет интеллект, — такая культура не может воспитать ученого и не оставит средств на образование. Если каждый богатый человек должен окружать себя телохранителями и охранниками, каковы шансы, что он на свои деньги станет строить школы?

— Можно иметь и то и другое.

— Это невозможно при состоянии нашей экономики. Прогресс связан с постоянно развивающейся доступностью фондов, которые можно использовать на развитие науки и искусства. Если только мы не получим эти дополнительные средства, прогресс неизбежно застопорится. Если вы действительно хотите помочь этому миру, закройте арену и используйте деньги для приглашения учителей извне. Дети должны получить образование ценой прекращения выращивания бойцовых птиц. Крелл может только погибнуть, а из детей вырастут взрослые, которые внесут вклад в благосостояние планеты. Логика, Монтарг. Временами она неотвратима.