Пол Андерсон - Крестовый поход в небеса

– Что? – он поднял густые брови. – Когда это запрещалось освобождать пленных?

Теперь пришла моя очередь удивиться.

Сэр Роже продолжал с аппетитом глодать ногу.

– Мы оставим у себя таких, как Бранитар и ремесленники, они полезны для нас. Остальных мы гоним в Дарову. Тысячи и тысячи. Как вы думаете, растает ли сердце Хуруги от благодарности?

Стоя по колено в траве на лугу, освещенном солнцем, я смог лишь выговорить:

– Ха, ха, ха!

Итак, под насмешливые крики и подталкивание наших людей, эта бесконечная толпа двигалась через ручьи и кустарники, пока не оказалась на опушке леса. Впереди же были видны строения Даровы. Несколько версгорцев робко выступили вперед. Англичане, смеясь, опирались на копья. Один версгорец побежал. Никто не стрелял в него. Побежал еще один и еще. И, наконец, вся масса устремилась к крепости.

В этот вечер Хуруга сдался.

– Это было легко, – смеялся сэр Роже. – Я поймал его на этом. Не думаю, что у него было много запасов, ведь осады в этом мире неизвестны. Итак, во-первых, я показал ему, что намерен опустошить планету так, что если бы даже мы были побеждены, ему бы пришлось отвечать. А потом я добавил ему несколько лишних ртов…

Он хлопнул меня по спине. Когда же я отдышался и выпрямился, он сказал:

– Ну, брат Парвус, теперь нам принадлежит этот мир. Не хотите ли стать его первым аббатом?

Конечно, я не мог принять это предложение. Помимо сложного вопроса о посвящении в сан, я знаю, как мне кажется, свое скромное место в жизни. В любом случае, в нашем положении это были пустые разговоры. У нас было слишком много работы, и мы могли предложить Богу лишь благодарственную мессу. Мы позволили уйти всем пленным, и по мощному передатчику сэр Роже обратился с речью ко всему Териксану. Он приказал всем земледельцам в областях, не подвергавшихся разорению, явиться для изъявления покорности и захватить с собой обратно несколько бездомных. Урок, который мы им преподали, оказался таким наглядным, что в последующие несколько дней лагерь кишел синими посетителями. По большей части иметь с ними дело приходилось мне, и я забыл, что такое сон. В большинстве своем они были очень кроткими. Действительно, эта раса столько господствовала среди звезд, что только теперь их солдаты имели случай развить человеческое презрение к смерти. Когда же солдаты были покорены, буржуа и франклины сдались, не колеблясь ни минуты. Они настолько привыкли находиться под властью всесильного правительства, что даже и не подумали о возможности сопротивления.

Большую часть своего внимания сэр Роже уделял тренировке войска в несении гарнизонной службы. Машинами в замке было легко управлять, как и другим версгорским оборудованием, так что вскоре гарнизонную службу несли женщины, дети, крестьяне и старики. Они могли защитить крепость от нападения, по крайней мере, на время. Тех же, кто оказался совершенно неспособным овладеть дьявольским искусством чтения показаний приборов, нажимания кнопок и поворачивания ручек, сэр Роже отправил на отдаленный остров присматривать за скотом.

Когда перемещенный Энсби оказался готовым к самозащите, барон собрал своих солдат для еще одной экспедиции в небо. Он заранее объявил мне свой замысел. По-прежнему только я владел версгорским языком, хотя Бранитар, с помощью отца Симона, быстро учил и других.

– До сих пор все складывалось довольно удачно, брат Парвус, – объявил сэр Роже. – Но одни мы не справимся с версгорской империей. Я надеюсь, что вы достаточно хорошо овладели их письменностью и нумерацией. Во всяком случае, достаточно, чтобы следить за туземным навигатором и знать, что он не приведет нас туда, куда нам совсем не нужно.

– Я немного изучил принцип составления их звездных карт, – ответил я, – хотя они обычно используют не карты, а столбцы чисел. Нет у них на корабле и рулевых. Они указывают автомату звезду, к которой нужно лететь, и уже Гомункулус руководит полетом.

Я знаю! Именно так Бранитар завлек нас сюда. Опасное существо, но слишком полезное для нас, чтобы его убить. Я с радостью не беру его с собой, но с нелегким сердцем оставляю я его на Дарове…

– Но куда вы направитесь, сэр?

– Ага. Вот оно что, – он потер красные от бессонницы глаза. – Есть и другие королевства, кроме Версгора. Меньшие межзвездные машины, которые предвидели, что рано или поздно синелицые дьяволы прикончат их. Я собираюсь искать союзников.

Все было ясно, но я все еще колебался.

– Ну, – требовательно спросил сэр Роже, – что вас еще беспокоит?

– Если они до сих пор не решались на войну, как же горстка отсталых дикарей, какими являемся мы, сможет подтолкнуть их к этому?

– Слушайте, брат Парвус: я устал от этого нытья по поводу нашего невежества и слабости. Мы не так невежественны в истинной вере, не так ли? Кстати, если орудия войны и машины могут меняться в течении столетий, соперничество и интриги кажутся здесь не слабее, чем у нас дома. Мы не дикари только потому, что используем их смертоносное оружие.

Я не смог опровергнуть его доводы, ведь в них была наша единственная надежда, если не считать полета наугад в поисках Земли.

Лучшие космические корабли версгорцев хранились в подземельях Даровы. Мы как раз занимались их снаряжением, когда солнце заслонил еще больший корабль. Вися над нами, как грозовая туча, он привел наших людей в отчаяние. Но прибежал сэр Оливер Монтбелл, таща за собой на веревке версгорского офицера, и, взяв меня, как переводчика, пошел к передатчику. Стоя вне поля зрения экрана, сэр Оливер под угрозой меча заставил пленника говорить с командиром корабля.

Это оказался торговый корабль, совершающий регулярный рейс к этой планете. Вид Гантурака и Стуларакса привел его экипаж в ужас. Действительно, вид оплавленных ям на месте мощных крепостей заставил бы содрогнуться кого угодно.

Мы легко могли бы сбить этот корабль, но сэр Оливер приказал пленному офицеру сказать, что это был набег из космоса, отраженный гарнизоном Дарова, и что корабль должен приземлиться здесь. Капитан корабля повиновался, и когда люки корабля открылись, сэр Оливер ввел на борт взвод солдат и безо всяких осложнений захватил корабль.

За это солдаты чествовали его днем и ночью, а он превратился в храбреца, всегда готового на галантный жест. Сэр Роже, трудившийся безостановочно, стал еще более грубоватым. Сэр Оливер был его полной противоположностью, как Оберон по сравнению с медведем. Половина наших женщин была в него влюблена, но он пел свои песни только ради леди Катрин.

Добыча с огромного космического корабля была богатой. Но лучше всего, однако, были тонны зерна. Мы испробовали его на нашем скоте, который только худел на отдаленном острове, питаясь невкусной синей травой. Коровы приняли новую пищу с такой радостью, будто это был добрый английский овес. Услышав это, сэр Роже воскликнул: