Уильям Дитц - Поток
Маккей отправилась к позвавшему ее солдату. Быть может, именно, так они смогут добраться до плато? По пути она задела сапогом пустую гильзу, и та соскользнула в одно из широких квадратных отверстий в решетке, улетев в темноту. Прошло немало времени, прежде чем лейтенант услышала звук удара о камень.
К тому времени, как Мелисса поднялась к поверхности на антигравитационном лифте и вышла на яркий солнечный свет, ее там уже ожидали и Сильва, и Уэлсли, и весь остальной командный отряд. Лейтенант заморгала, озираясь.
Все вокруг устилали тела. Кое-где она замечала зеленую одежду десанта, но в подавляющем большинстве убитые носили облачения всех цветов радуги, которые ковенанты использовали в качестве знаков различия профессий и званий. Отряд «адских ныряльщиков» обходил место резни, отыскивая раненых людей и пиная тела чужаков, чтобы убедиться, что вражеские солдаты и в самом деле мертвы. Один из них попытался подняться и был награжден за свои старания очередью из винтовки.
— Добро пожаловать на базу Альфа, — произнес майор Сильва, подходя к Маккей. — Ваша рота чертовски хорошо справилась с задачей, лейтенант. Уэлсли соберет здесь весь батальон менее чем через час. Похоже, я и в самом деле задолжал вам пиво.
— Так точно, сэр, — весело откликнулась Маккей. — Задолжали, как пить дать.
* * *Туннель был невероятно просторным. Внутри хватало места даже для танка класса «Скорпион», так что Мастеру-Шефу не составило труда въехать туда на «Бородавочнике».
Спартанец чуть не пропустил въезд, расположенный на дне глубокого сухого оврага. Но сенсоры Кортаны обнаружили вход в систему туннелей.
— Это не могло возникнуть естественным путем, — предупредила она.
Из чего следовал вывод, что «это» кто-то построил. А значит, если рассуждать логически, туннели должны были куда-то вести, что могло значительно облегчить поиски разбившихся спасательных шлюпок.
Внутри управлять машиной оказалось несколько сложнее, поскольку спартанцу регулярно приходилось въезжать по трапам, вписываться в крутые повороты и по самому краю объезжать глубокие ямы.
Джон-117 быстро прикинул ширину обрыва, к которому подъезжал, и решил, что сможет его перепрыгнуть при должном разгоне. Предупредив стрелка, он отъехал назад, а затем вдавил в пол педаль газа. Машина разогналась по поднимающемуся трапу, взмыла в воздух и подпрыгнула, грузно приземлившись на противоположной стороне пропасти.
— Мне удалось перехватить вещание ковенантов, — произнесла Кортана. — Похоже, майору Сильве и «адским ныряльщикам» удалось взять под свой контроль вражеские укрепления. Если мы сумеем собрать остальных выживших и найти капитана Кейза, у нас появится шанс оказать ковенантам серьезное сопротивление.
— Замечательно, — ответил Джон-117. — А нам как раз кто-то решил помешать.
Свет фар «Бородавочника» проплыл по древним стенам туннеля, когда спартанец повернул машину и выехал в просторный зал, высветив какие-то загадочные конструкции. Здесь было темно; дорога утыкалась в глубокую расселину. Через несколько мгновений воин заметил, что зал кишит ковенантами, точно гниющий труп — червями.
По лобовому стеклу «Бородавочника» расплескался плазменный заряд. Спартанец выскользнул из машины и, прижавшись к ее боку возле водительского сиденья, вынул пистолет. Фитцджеральд же запустил свой пулемет, поливая все вокруг огнем. Пустые гильзы со звоном посыпались ему под ноги.
Шеф выглянул из-за борта «Бородавочника». Они были опасно открыты вражескому огню. Дорога, по которой они ехали, поднималась на три метра над полом просторного зала и была начисто лишена любых укрытий. И, что еще хуже, проходила точно посередине зала, из-за чего оказывалась открыта нападению со всех сторон.
Гигантское помещение почти не освещалось; невооруженным глазом трудно было что-либо разглядеть, а прибор ночного видения ослепляли огненные всполохи от выстрелов пулемета. Несколько раз моргнув, спартанец активировал прицел пистолета.
В какую бы сторону он ни посмотрел, всюду видел лишь исчезающий в темноте металлический пол. Поверхность вокруг была покрыта загадочными геометрическими узорами, как, впрочем, и вся остальная архитектура Гало. На приличном удалении от «Бородавочника» располагались небольшие конструкции и колонны, за которыми окопались ковенанты.
Один ворчун неожиданно выскочил из укрытия, вскидывая плазменный пистолет, сияющий зеленым огнем, — оружие начинало перегреваться. Эти мелкие сукины сыны любили накопить энергию в стволе и выпустить ее всю разом. Подобная манера стрельбы быстро расходовала батареи, зато наносила цели крайне тяжелые повреждения. Мимо «Бородавочника» с шипением пролетел зеленовато-белый шарик.
Мастер-Шеф выстрелил в ответ и снова укрылся за машиной.
— Фитцджеральд, — крикнул он, — не давай им высовываться. Я постараюсь зайти слева и расправиться с ними.
— Вас понял.
Трехствольное орудие вновь завращалось, поливая огнем позиции ковенантов. Спартанец собирался уже сорваться на бег, когда заметил на экране какое-то движение у себя за спиной. Стрельба пулемета неожиданно затихла, а Фитцджеральд вскрикнул и выпал из кузова «Бородавочника». Шлем десантника с треском ударился о металлический пол.
Из бицепса ефрейтора торчал сужающийся к краям осколок похожего на стекло полупрозрачного материала, в глубине которого пульсировало призрачное фиолетовое пламя.
— Проклятье, — прохрипел Фитцджеральд, пытаясь подняться на ноги.
Через пару секунд осколок взорвался, и из разрыва хлынула кровь. Солдат взвыл от боли.
Но времени заниматься ранами Фитцджеральда не оставалось. Двое ворчунов взбежали по пандусу к дороге и открыли огонь. К «Бородавочнику» понеслись полупрозрачные кристаллы, рикошетившие от борта машины и разлетавшиеся во все стороны.
Враги подошли слишком близко. Мастер-Шеф трижды выстрелил в первого из ворчунов, и три пули, ударившие друг за другом, вырвали из груди чужака изрядный кусок плоти. Его приятель гневно запищал, вскидывая пистолет — странное, уродливое устройство, утыканное кристаллическими зарядами, торчащими из него подобно плавникам. Через мгновение фиолетово-белые иглы устремились к спартанцу.
Тот отпрыгнул в сторону, а затем обрушил приклад пистолета на голову ворчуна. Череп чужака не выдержал силы удара, и Джон-117 пинком спихнул труп твари вниз.
Фитцджеральд нашел в себе силы отползти и спрягаться в тени «Бородавочника». Лицо ефрейтора побледнело, но признаков шока пока не наблюдалось. Спартанец достал аптечку и профессионально перевязал десантника. Быстро густеющая пена заполнила рану, запечатала ее и сняла боль. Молодому десантнику требовалось наложить несколько швов и дать время залечить разодранные мышцы руки, но жизни его ничто не угрожало, если, конечно, им удается выбраться.