Джеймс Лусено - Лабиринт зла

Тут и там велись приглушённые разговоры, но они в секунду стихли, когда из длинного коридора, ведущего к залу совещаний, раздалось лязганье шагов. Через мгновение в дверном проёме возник генерал Гривус: округлый затылок его устрашающей маски задевал верхний косяк; ошейник из керамического армопласта подпирал голову; костистые верхние конечности, заключённые в металлическую оболочку, больше подходящую для космического истребителя, были широко разведены; похожие на клешни дюраниевые ладони слегка касались дверной рамы. Ступни, тоже походившие на клешни, были способны приподнять его на несколько сантиметров, а ноги — кости из блестящего сплава — внушали подозрение, что за один прыжок Гривус способен прорвать верхние слои атмосферы и выйти на орбиту. Военный плащ с разрезом на боку — от левого плеча до пола — был откинут назад, открывая двойной нагрудник из армированных пластин и острые рёбра, начинавшиеся от бедра и тянувшиеся к защищённой доспехами грудине. Под всем этим, упакованные зелёный с жёлтым отливом мешочек, наполненный питательной жидкостью, находились органы, которые и составляли живую часть кибернетического организма Гривуса.

Желтоватые рептильи глаза, одновременно зловещие и угрюмые, буравили Ганрея взглядом сквозь отверстия в шлеме. Низким синтезированным голосом он проскрипел:

— Добро пожаловать на борт, вице-король. Мы боялись, что вы не прилетите вовсе.

Ганрей почувствовал на себе пристальные взгляды соратников по Конфедерации. Ни для кого не было секретом, что он не доверял киборгам, а Гривус отвечал ему взаимностью.

— Смею предположить, вы были в особенности взволнованы перспективой потерять меня, генерал.

— Уверен, вам хорошо известно, сколь много вы значите для Конфедерации.

— Мне это известно, генерал. Должен признать, что я сомневаюсь, известно ли это вам.

— Я ваш хранитель, вице-король. Ваш защитник.

Он прошагал внутрь каюты, обогнул стол и остановился прямо за спиной Ганрея, возвышаясь над ним, как башня. Краем глаза Ганрей увидел, что Хаако ещё сильнее сжался в кресле и нервным жестом сцепил руки, опасаясь встречаться взглядом как с Гривусом, так и с самим Ганреем.

— У меня нет любимчиков, — в конце концов промолвил генерал. — Я защищаю вас всех. Для этого я и собрал вас: убедиться, что вы все находитесь в безопасности и под моей защитой.

Никто не проронил ни слова.

— Республиканские дураки верят, что заставили вас бежать, но на самом деле бегство спланировано владыкой Сидиусом и Дартом Тиранусом, и причины его вскоре станут для вас очевидны. Всё идёт согласно плану. Несмотря на то, что ваши родные миры пали, а ваши колонии по всей галактике находятся под угрозой, в обозримом будущем вам приказано держаться вместе. Мне даны указания отыскать для вас надёжное убежище здесь, во Внешнем кольце.

— Какой же мир теперь примет нас? — несчастным голосом сказал длиннолицый Сэн Хилл.

— Если предложений нет, председатель, я выберу сам. — Скребя когтями по палубе, Гривус зашагал к входному люку. — А сейчас возвращайтесь на свои корабли. Когда планета будет избрана, я свяжусь с вами по обычным каналам и передам координаты места встречи.

Стараясь не выдать внезапно возникшее чувство тревоги, Ганрей украдкой переглянулся с Хаако. «Обычные каналы» означали связь через механическое кресло, нечаянно оставленное на Кейто Неймодии.

Чаррос IV, мешанина тускло-красного и бледно-коричневого, заполнял собой передние иллюминаторы республиканского барка. Этот двухпилотный кораблик уже двадцать лет назад считался древностью, но его гипер- и субсветовой двигатель были надёжны, а поскольку большую часть кораблей забирал себе фронт, Оби-Вану и Энакину разборчивыми быть не приходилось. Изначальный символический тёмно-красный цвет барка был скрыт под свежим слоем белой краски, а, исходя из нужд военного времени, на корме, под крыльями радиаторных панелей, и впереди, под пилотской кабиной, на месте бывшего пассажирского салона, были аккуратно вмонтированы лазерные пушки.

Оби-Ван рассчитал серию из трех прыжков, необходимых для перелёта из Внутреннего кольца к планете кси чар, но Энакин настоял на том, чтобы всю дорогу самому вести корабль.

— Поступают посадочные координаты, — доложил юноша, не отрывая глаз от экрана на приборной панели.

Оби-Ван был приятно удивлён.

— Надо же! В этот раз разведка не просчиталась. А я привык относиться к их работе весьма скептически…

Энакин взглянул на него и рассмеялся.

— Я сказал что-нибудь смешное? — уточнил Оби-Ван.

— Я просто подумал, ну, вот, опять вы начинаете…

Оби-Ван откинулся в кресле, ожидая продолжения.

— Я просто хотел сказать, что для человека, имеющего славу ненавистника космических путешествий, на вашу долю выпало чересчур много незаурядных заданий. Камино, Джеонозис, Орд Цестус…

Оби-Ван погладил бороду.

— Давай просто скажем, что война заставила меня пересмотреть многие принципы.

— Мастер Квай-Гон гордился бы вами.

— Не будь столь уверен.

Оби-Ван возражал против поездки на Чаррос IV. Декстер Джеттстер, его друг-бесалиск с Корусканта, вероятно, смог бы предоставить аналитикам из разведки всю информацию о механическом кресле вице-короля Ганрея, какую они захотели бы узнать. Но Йода настоял, чтобы Оби-Ван и Энакин предприняли попытку лично переговорить с кси чаром, подписавшим самоходное кресло.

А сейчас Оби-Ван задавался вопросом, почему он так нерасположен был отправляться в это путешествие. По сравнению с тем, что ему довелось пережить за последние месяцы, новое задание казалось лёгкой прогулкой. Энакин верно заметил, что за эту войну Оби-Ван уже отлетал своё на шпионских заданиях, причём с излишком. Но в военное время и другим джедаям приходилось выполнять работу аналитиков разведки. Аайла Секура и джедай-каамаси Иленик Ит’кла на Кореллии взяли под стражу перебежчика из ТехноСоюза[26]; Квинлан Вос работал под прикрытием, чтобы проникнуть в круг адептов учения графа Дуку…

При этом Верховного канцлера о таких операциях никто не уведомлял.

Не потому, что Совет джедаев не доверял ему; скорее потому, что теперь он больше не доверял никому.

— Как вы думаете, кси чар станут разговаривать с нами? — спросил Энакин.

Оби-Ван развернулся и окинул взглядом бывшего ученика.

— У них есть все причины пойти нам навстречу. После битвы на Набу Республика отказалась вести с ними дела, потому что они поставляли неймодианцам запрещённое оружие. Они стремятся как-нибудь искупить это, тем более что теперь их разработки активно применяются на заводах «Бактоида» и других поставщиков Конфедерации. Причём производство идет в массовом порядке и с очень низкими затратами.