Дэвид Вебер - Тень Саганами

— О чём ещё вы, шкипер, могли бы задуматься, — добавил Фитцджеральд с интонациями человека, ищущего действенный аргумент, — это о количестве проблем, которые могут обрушиться на Монтану, когда солли выяснят роль, которую в этом спектакле согласился сыграть Саттлз.

— Анстен, президент Саттлз в данных обстоятельствах проявил вполне резонную и благоразумную обеспокоенность, — лицо Терехова было честным как у человека, которому вдовы и сироты могут смело доверять последнюю копейку. Однако скептицизм Фитцджеральда только вырос, и Терехов снова улыбнулся, на этот раз чуть шире, чем раньше.

— С учётом того обстоятельства, что зарегистрированное в Лиге судно было арестовано с поличным в ходе незаконной поставки оружия террористам его планеты, у президента Саттлза были все основания для беспокойства. Поскольку на орбите в это же самое время находилось ещё одно зарегистрированное в Лиге судно, и поскольку известно, что "Линии Калокаиноса" и "Джессик Комбайн" координировали свои интересы в некоторых областях Пограничья, факта принадлежности "Марианны" "Джессик" более чем достаточно для оправдания решения провести расследование также и в отношении "Копенгагена". А поскольку весь флот Монтаны состоит исключительно из ЛАКов, без единого способного к гиперпространственным полётам корабля, президент явно не мог рассчитывать, что удастся предотвратить бегство "Копенгагена" из системы, если его экипаж и в самом деле замешан в данный низкий заговор. Поэтому у него, конечно же, не было другого выбора, кроме как снять с "Копенгагена" команду для допроса.

— И вы думаете, что эта… сказочка должна убедить Лигу, что Саттлз никоим образом не участвовал во всём этом? — Фитцджеральд снова сделал жест в сторону "Копенгагена", пока бот тормозил, уравнивая скорость с громадным грузовым судном.

— Я думаю, что как раз это в любом случае не будет иметь значения, — с куда большей серьёзностью ответил Терехов. На взгляд Фитцджеральда он ответил пожатием плечами. — Если аннексия пройдёт благополучно, перед Лигой будет не одиночная, не имеющая никакой поддержки система Пограничья, перед нею будет система, входящая в Звёздное Королевство Мантикоры. И защита Саттлза от Пограничной Безопасности станет нашим делом. А если, — тон его голоса стал ещё более серьёзным, почти мрачным, — вы обнаружите то, что, как я очень опасаюсь должны обнаружить, то Саттлза и всех остальных, кто вообще поддерживал аннексию, вскоре ожидают куда более серьёзные проблемы, чем что угодно, что может быть вызвано этим, если только мы чего-либо не предпримем.

Пилот бота работал маневровыми двигателями с мастерством, которое напомнило Терехову о Рагнхильд Павлетич. Воспоминание вызвало свежий укол боли, но он не позволил и следу её отразится на лице, снова поворачиваясь к иллюминатору, чтобы проследить, как пилот тщательно выравнивает бот шлюзом строго напротив аварийного люка судна. Один человек вышел в скафандре из шлюза бота и грациозным толчком отправился к "Копенгагену", достигнув которого открыл технический лючок и набрал на скрывавшейся за ним клавиатуре команду. Переварив код ("неофициально" полученный у Тревора Баннистера после того, как команда "Копенгагена" поневоле приняла его приглашение погостить на Монтане) аварийный люк послушно выдвинул переходную трубу для стыковки со шлюзом бота.

Фитцджеральд сидел, изучая профиль капитана, и пытался подыскать свежий аргумент, который мог бы заставить Терехова сойти с избранного им пути. Не то, чтобы старпом не понимал, что тот задумал, или даже чтобы был не согласен с подозрениями Терехова, или даже с его убеждённостью в том, что необходимо что-то предпринять, чтобы подтвердить или опровергнуть эти подозрения. Дело было в избранном Тереховым методе… и, возможно даже в большей степени, в подозрениях Фитцджеральда о том, что капитан собирается предпринять в случае, если расследование подтвердит их наихудшие опасения.

Над внутренним люком шлюза зажёгся зеленый свет, обозначавший герметизацию переходной трубы и установившееся в ней нормальное давление. Терехов кивнул.

— Пора вам подниматься на борт.

— Шкипер, хотя бы отправьте один из кораблей прямо на Шпиндель, — почти отчаянно воззвал Фитцджеральд, но Терехов покачал головой.

Взгляд его был направлен вдоль центрального прохода, на Аикаву Кагияму. Гардемарин выглядел лучше, но по-прежнему горбился, словно его гнул к земле груз вины. Терехова беспокоило его состояние, и это было одной из причин, по которым он отправил Аикаву с Фитцджеральдом.

Механиком у Фитцджеральда будет лейтенант МакИнтайр, астрогатором — лейтенант Оливетти, а связью займётся лейтенант Кобе. Это были все офицеры, которыми Терехов готов был поделиться, но команда Фитцджеральда получалась крайне недоукомплектованной, поскольку только у Оливетти был допуск к самостоятельному несению вахты. МакИнтайр и Кобе оба были младшими лейтенантами, достаточно подготовленными по своей специальности, но опыта у них не хватало. Вообще-то, у МакИнтайр имелась своего рода репутация излишне критичной и язвительной в общении с нижними чинами. Терехов подозревал, что корень проблемы в недостатке уверенности в себе и надеялся, что это назначение может помочь ей измениться к лучшему. Но всё-таки решил, что Фитцджеральду пригодится по крайней мере небольшая дополнительная помощь, поэтому и отправил с ним Аикаву. Гардемарин тоже пока что не имел допуска к несению вахты, но был уравновешенным человеком, и управлялся с нижними чинами по сути дела лучше, чем МакИнтайр. Он мог взять на себя по меньшей мере часть нагрузки… а удаление его с "Гексапумы" также уберёт его подальше от места, где каждый вид, звук и запах напоминает ему о смерти Рагнхильд.

— Адмирал Хумало сочтёт, что вы должны были направить известие напрямую к нему, сэр, — прямо завил Фитцджеральд. На текущий момент это было самым сильным заявлением о его несогласии.

Терехов перевёл взгляд на него, и был тронут заботой, написанной на лице старшего помощника.

— Спасибо за заботу, Анстен, — тихо сказал он, — но решение принято. У меня есть только три способных к полёту в гиперпространстве судна, если не считать саму "Гексапуму"… и, разумеется, "Копенгаген". Я не могу пожертвовать ни одним из них, чтобы направить напрямую на Шпиндель, но "Эриксон" после Дрездена отправится туда. Он и доставит мой полный доклад адмиралу и временному губернатору.

— Но…

— Думаю, пора заняться другими проблемами, — твёрдо завил Терехов, и Фитцджеральд умолк. Секунду-другую он, зная, что смысла спорить дальше нет, смотрел на командира, насчёт решимости которого питал после первой встречи, шесть месяцев назад, такие сомнения.