Сандра Маршак - Треугольник
Это решение утешило и облегчило бы его, и послужило бы отправной точкой к тому, что неминуемо должно произойти. И произойдет, если Кирк не будет противодействовать. От него не потребуется никаких усилий, ему всего-навсего надо отойти в сторону и не вмешиваться.
Кирк не имел ни малейшего представления о том, что должно произойти, но он твердо знал, что где-то недалеко заложена мина, часовой механизм который отсчитывает время Спока. И Сола имеет какое-то отношение к мине, она знает ответ… Какой ответ? На что? Кирк заплатил бы за него любую цену, только не жизнью Спока – она не имеет цены.
Он сделал отчаянную попытку придти в себя, обрести сознание, зная, что во что бы то ни стало должен вернуться к своим, связаться с ними. Но его не отпускали, тянули назад в «Единство», манили спокойствием и безопасностью.
Кирк разглядел иллюзорность навязываемой ему безопасности, и тогда рядом с ним появился тот, кто уже однажды спас его и, не потребовав платы за оказанную помощь, отпустил восвояси…. серые холодные глаза и губы, искривленные в иронической усмешке. Эти глаза, эти губы заверяли Кирка в том, что он найдет самое необходимое ему там, внизу, на той планете, где он нашел ее… Но откуда серые глаза знали о ней? И где Кирк встречался с тем, о чьем присутствии говорили серые глаза?
Память пробилась сквозь туманную завесу и он вспомнил: этот, с серыми глазами спас его и предложил… Что предложил? Неважно. Предложение остается в силе.
Неожиданно Кирка подхватил другой поток, другое течение все той же реки. Берега ее раздвинулись до горизонта, течение стало бурным, стремительным, а высокие волны грозили вот-вот накрыть с головой одинокого пловца и увлечь в темную глубину. Кирк устал сопротивляться, голова его все чаще погружалась в мутную воду, руки-ноги отказывались двигаться. А впереди послышался грозный рев то ли порога, то ли водопада. Вконец обессиленный, Кирк в ужасе закрыл глаза, и тут же послышался зов другого «Тотального Единства». Это был зов сирен, завлекающих не плоть, а сознание изведать Неизведанное. Подобно древнему бродяге Улиссу, Кирк всегда готов был привязать себя к мачте корабля, чтобы услышать песнь Неизведанного, но сейчас он не имел ни корабля, ни мачты – не к чему было привязаться, не за что уцепиться. А сирены «Тотального Единства» пели над ним торжественную песнь победы… Кирку послышалось, что кто-то взял его за руку и он ухватился за нее, как за канат, связывающий его с жизнью, а может, за звено цепи. Хватка была мертвой. Рука выдержала ее.
Сознавая, как близко он подошел или к смерти, или к «Единству», Кирк неимоверным усилием воли заставил себя очнуться, выплыть на поверхность жизни. Приоткрыв глаза настолько, чтобы видеть только руку, он долго смотрел на нее. Потом сказал:
– Уже второй раз ты не позволила мне уйти. Смотри, это надоест мне и я могу рассердиться.
– А мне даже извиняться не хочется. Ты лучше расскажи, куда ты в этот раз направлялся?
Кирк призадумался.
– Кажется, мне было видение. Две силы, два «Единства» вцепилась в меня. Похоже, они сражаются между собой. Одно из этих «Единств» Тотальное. Его нельзя победить. Я слышал победную песнь его сирен.
Страшная песнь, предназначенная для моего сознания. Сола, кто умудрился спланировать все это действо?
Сола наморщила лоб.
– Я уже задумывалась над этим, но ума не приложу, кто. И каким образом этот «кто» смог проведать о том, что я буду здесь, и устроить так, что и ты оказался здесь же не раньше и не позже? Да и кто мог предвидеть, чем закончится наша встреча? Ведь за всю свою жизнь я ни разу не произнесла твоего имени вслух.
Он улыбнулся.
– Для достаточно проницательного ума не такая уж трудная задача.
Случилось то, что должно было случиться. От предопределения судьбы никуда не уйти. Недаром же я все знал о тебе, а ты обо мне.
– Спок тоже знал.
– И все-таки я хотел бы знать, кто мог с такой уверенностью предвидеть все это? – Кирк потянул ее за руку, заставил присесть на край кровати. – Сола, скажи мне, честно скажи: не ты подстроила все это? И никоим образом не причастна к этому? Не вставая с кровати, она выпрямилась, слегка отстраняясь от него.
– Когда я увидела «Энтерпрайз», я послала закодированный сигнал Независимого агента с требованием отозвать его назад.
– Отозвать, зная, кто мы, нуждаясь в срочной помощи?
– Я считала и считаю, что ваш корабль, даже с таким капитаном на борту, не сможет избежать участи всех других кораблей, осмелившихся добраться до этого сектора, он будет захвачен. А этого я не могла допустить. В руках «Тотального Единства» «Энтерпрайз» превратится в опаснейшее орудие насилия. Но ты, попавший в те же руки, станешь намного опаснее своего корабля.
– Подумай, о чем ты говоришь? Один человек…
– Всей Галактике известен капитан корабля, который стал символом вечного стремления к звездам. Вот и представь, что произойдет, если ты добровольно вступишь в «Единство». Ты, может быть, последний человек, который нужен им как доброволец.
– Я, последняя из амеб? – усмехнулся Кирк. – Не верится. Легче предположить, что Гейлбрейс не так уж и не прав. Может быть, и в самом деле мы пытаемся защитить всего лишь наши маленькие, ничего не значащие, ограниченные жизни, сопротивляясь грандиозному эксперименту эволюции?
– Именно грандиозность эксперимента и заставила меня вернуться на Заран, – заметила Сола.
– Зачем? – спросил Кирк и, не дожидаясь ответа на один вопрос, задал другой. – Как ты могла оставить свой корабль?
– А ты разве не рисковал своим кораблем, своей карьерой, своим званием, когда вопреки строжайшему запрету Звездного Флота доставил Спока на Вулкан? Я достаточно хорошо знаю вулканцев, чтобы понять твой поступок, ведь речь шла о жизни и смерти Спока.
– Да, – согласился Кирк. – И я не создавал для себя проблемы, я сделал то, что считал нужным. Но это значит, что и ты рискнула всем не ради пустой абстракции. Ты хотела освободить свой народ?
– Да, и больше того. Я предвидела, что Галактике придется иметь дело с «Единством» и что Заран станет центром событий. Мне стало известно, что «Тотальному Единству» каким-то образом удалось воспользоваться врожденными способностями и силой женщин моей планеты и навязать себя экипажам звездных кораблей, заглянувших в этот сектор. О кораблях ничего не известно, они считаются пропавшими. Но ясно, как Божий день, что ни один корабль не уничтожен. И если «Тотальное Единство» сможет объединиться с другими «Единствами», хотя бы такими немногочисленными, как гейлбрейсовское, да еще захватят тебя и твой корабль… Тогда оно завладеет всей Галактикой. Кирк захотел приподняться, но бессильно откинулся на подушки.