Анна Овчинникова - Повезет — не повезет

— Вперед, за горизонт! — скомандовал Робби, врубая скиолитовые двигатели.

Все-таки серый тоннель, который Робби видел по дороге сюда, ему не померещился. Но и на сей раз тоннель промелькнул на обзорных экранах так быстро, что Дрейк не только не успел понять, что же это такое, но не успел даже мысленно произнести свое заветное заклинание: «Нам повезет!»

Серое на экранах стремительно потемнело — а в следующий миг Гермес вырвался в черно-звездный космический простор!

И снова, как и после старта с Сакраменто, Робби встретил это событие неистовым ликующим воплем, но теперь Олбрайт был готов и даже не вздрогнул.

Кайенец сидел, вцепившись правой рукой в подлокотник кресла, и бросал быстрые взгляды то на приборную панель, то на обзорные экраны.

— Подожди ликовать, — хрипло, напряженно сказал он. — Минуты через две мы окажемся примерно на том расстоянии от «Тортуги», на котором были, когда инпы поймали нас в свою ловушку. Вот тогда нам пригодится все твое везение, иначе… Черт побери!!!

— Ага, ты тоже заметил? — Робби ухмыльнулся демонической ухмылкой, особенно эффектно выглядевшей в сочетании с его стоящими дыбом ярко-рыжими волосами. — Пиратское логово больше не экранируется!

На экране корабельного компьютера виднелось четкое зеленое пятно, и Олбрайт машинально дал команду засечь его координаты. Дрейк отключил автопилот и направил «Гермес» прочь от Сакраменто; тогда и на обзорном экране отлично стала видна «Тортуга», похожая на небольшой округлой формы астероид, изрытый ударами метеоритов.

— Ниччего не понимаю… — ошалело пробормотал Олбрайт. — Клянусь Большим Взрывом, ниччего…

— Да уж, взрыв был немаленьким! — Робби продолжал неудержимо ухмыляться. — Ты еще не понял, в чем дело? Думаю, ты повредил их главный генератор, когда стал палить по той ажурной штуке.

— Что?!

— Ну, не знаю, как еще назвать ту хреновину, но факт остается фактом — их логово теперь видно даже невооруженным глазом… И мы уже миновали то место, в котором в прошлый угодили в ловушку импов. Значит, их «сачок» для ловли кораблей больше не действует.

Олбрайт сверился с показаниями приборов, убедился, что роковое место и впрямь осталось позади, и бессильно осел в кресле.

— А раньше ты не мог мне сказать? — только и выговорил кайенец.

— Что именно сказать?

— Что я вырубил их адскую машину?

— Да я вовсе не был в этом уверен, — Робби попытался вызвать Сакраменто, но, судя по всему, на планете уже утратили надежду, что кто-то выйдет на связь, потому что тамошний передатчик упорно молчал. — Я просто надеялся, что штуковина, которую ты угробил — нечто вроде огромного генератора. Хотя я до сих пор не понимаю, как тебе удалось ее прикончить!

— А я понимаю? — отозвался Олбрайт. — Просто я взбесился, когда чертов шар врезал мне по колену… вот и начал палить!

— Так все просто, да?

— Так все просто!

— Просто разозлился, начал палить — и попал прямо в сердце логова космических пиратов?

— Слушай, чего ты от меня добиваешься? — слегка выпрямившись, осведомился кайенец.

— Да я хочу, чтобы ты признал наконец очевидную истину: в тебе везучести куда больше, чем невезения! А ну, повторяй за мной: я невероятно везучий!

Олбрайт слабо отмахнулся.

— Нет, ты делай, что говорит капитан! — упорствовал Робби. — Повторяй, это очень легко: «Я. Невероятно. Везучий!»

— Капитанское слово — закон, да? — пряча улыбку, хмыкнул кайенец. — Ладно. Я. Невероятно. Везучий! Вот. Доволен?

— Я в поолном экстазее! — пропел Робби.

Олбрайт снова махнул в его сторону рукой — и сорвавшаяся с рукава пилотского комбинезона пряжка, давно державшаяся на честном слове, пролетела над головой капитана и шлепнулась на пульт.

Олбрайт вдруг неудержимо захихикал, снова сползая по спинке кресла.

— Я невероятно везучий! — повторил он. — Я такой везучий, что не могу махнуть рукой, чтобы не потерять часть своего гардероба! Я такой везучий, что…

— Сакраменто слушает! — раздался из динамика чуть задыхающийся голос. — Сакраменто слушает, кто подает позывные?!

Робби подобрал пряжку, посмотрел, куда именно она упала, и вернул ее Олбрайту со словами:

— Такой роскошный звездолет, а кнопка связи западает! Спасибо, что ты ее расшевелил!

Только после этого Дрейк отозвался на отчанные призывы из динамика:

— На связи «Приватир»! Верней, «Гермес» — а, неважно! Ян, это ты? Я уж думал, вы там решили поголовно впасть в анабиоз, чтобы переждать тяжелые времена!

— Дрейк?!!!

Голос Яна Лазура, помощника координатора планеты, почти сорвался на крик.

— Роберт Дрейк?! Ты жив?!

— Живехонек, как и мой пилот, — заверил Робби, взглянув на Олбрайта, который не мог оторвать глаз от пряжки в своих руках.

— Где вы сейчас?! Что случилось?!

— Случилось много всего. Слушай, я постараюсь быть кратким…

Робби еще не кончил описание случившегося, как Лазура оттеснил от передатчика Питер Данлеп. Начальник космопорта Сакраменто в кои-то веки дал волю своим эмоциям, и Дрейк кончал свой рапорт под его возгласы и междометия.

— Я не уверен, что корабли успеют вырваться с Сакраменто раньше, чем инпы починят свою дьявольскую машинку, — сказал напоследок Робби. — Поэтому вам лучше не рисковать. Но мы уже подлетаем к орбитальной базе Гамма Креза и скоро поставим там на ноги всех, у кого есть ноги. Скоро ГСБ возьмет на абордаж эту Ямайку-Тортугу! Держитесь там, все будет тип-топ! Можете даже дышать полной грудью, не экономя воздух. Скоро увидимся по визосвязи или так!

— Да. Я все понял, спасибо. — хрипло ответил Питер Данлеп. — Пока есть связь, я тоже вызову все ближайшие базы. Удачи!

— Удача всегда со мной! — заверил Робби. — А уж с таким пилотом, как у меня…

Данлеп как-то странно булькнул и отключился.

— Хей, похоже, Данлеп не верит в твою удачу! — Робби взглянул на Олбрайта и подмигнул.

Пилот выронил пряжку.

— Ничего, когда в подробностях станет известно, что именно произошло на «Тортуге», тебя станут рвать друг у друга из рук самые крупные космические компании! — заверил Робби. — Каждому будет лестно заполучить в команду талисман шарренов! — Дрейк слегка подумал и добавил: — Особенно это будет выгодно тем компаниям, которые возят богатых бездельников по экстремально опасным маршрутам. Прикинь, как будет смотреться в рекламном проспекте: «В списках экипажа числится талисман шарренов, за спиной которого шестьдесят девять космических катастроф, острые ощущения пассажирам гарантируются!»

Олбрайт наконец вышел из оцепенения и парировал: