Андрей Кадник - Новатор - 2

— Честно говоря, ты меня пугаешь… внешние долги… иностранные посольства…

Я вздохнул. Да, похоже так просто не получится перебросить с себя это ярмо.

— Хорошо, на первых порах будем править вместе. Но прошу тебя, учись быстро.

С утра пораньше, я зашёл в комнату Олега, и сдёрнул с него одеяло:

— Чего разоспался, тебя подданные заждались.

Тот жалостливо продрал глаза:

— Блин, я заснул только под утро, всё нервничал и ворочался.

— Чего тебе нервничать-то? — искренне удивился я, — ты ж не на свои деньги страну купил. Ты как обычный наёмный работник, вообще ничем не рискуешь.

— Когда ты говоришь, мне становится спокойнее, — покорно сказал Олег, — но заснуть я от нервов не мог.

— Утро вечера мудренее, — хмыкнул я, — собирайся.

Перед президентским сараем Тувалу нас уже ждала всё императорское правительство.

— Привет! — поприветствовал я их, выходя из звездолёта, и добавил Олегу одними губами:

— Включи защитное поле.

— А что ты видишь опасность? — так же шепотом поинтересовался он.

— Лучше перебдеть, чем недобдеть, ты поле вообще лучше не выключай на первых порах, пока не обустроишься. Я пробовал, в нём даже спать удобно.

Я глазами отыскал переводчика и подозвал его к себе. Когда тот подбежал, я представил его программисту:

— Вот, твоя правая рука, старайся его не сердить, ибо от того насколько правильно он переведёт твои мысли зависит очень многое.

— Слушай, — так же шепотом сказал Олег, — я это… я с английским не очень.

— Не беда, — не смутился я.

— Вот тебе первый указ председателя правительства, — обратился я к «правой руке», — нужно срочно найти русско-тувалуанского переводчика. Да-да, русско-тувалуанского и не надо так выпячивать глаза. Нет, меня ты всем устраиваешь, а вот вашего нового премьер-министра нет, он хочет двух переводчиков.

— И вообще, — обратился я к Олегу, — пусть они тут русский учат. Нехорошо как-то, когда население не может понять своего императора.

Олег достал из кармана КПК и стилом сделал запись.

— А он подготовился, — удивлённо подумал я, — вот уж не ожидал.

Тем временем, наш переводчик передал приказ другому человеку, тот пробежал несколько метров и передал третьему, а тот четвёртому, который уже скрылся в доме и, как я надеялся, принялся выполнять поручение.

Проследив одними глазами за этим действом, я посочувствовал программисту:

— Похоже, систему исполнения поручений придётся коренным образом реформировать.

Представив Олега его правительству, я выдал ему рацию для экстренной связи с нами и распрощался. Пусть сам вникает. Может кто-то и скажет, что я бросил его на съедение волкам, но по моему твёрдому убеждению, только так можно хорошо научиться какому-либо делу — взять заказ.

Бросив Олега в Тувалу, я засел самостоятельно разбираться с космическими полётами. По моим расчётам, полных бочек воды хватало на 10-12 часов полёта, а этого было с лихвой достаточно для того, чтобы облететь всю солнечную систему вдоль и поперёк.

Не удержавшись от дурацкой затеи, я сделал пару медленных кругов вокруг МКС и отправил НЛО на Марс.

— Представляю как они там обосрались на станции, — хохотнул я про себя.

Моё исследование Марса было прервано ворвавшимся в комнату Жорой. Давненько я не видел его в таком возбуждённом состоянии.

Я откинулся в кресле, ожидая, что он сейчас выльет на меня очередную порцию чего-нибудь эдакого.

Жора не подвёл. Вытаращив глаза и захлёбываясь слюной, он сфокусировался на мне и зашептал:

— Слууушай, знаешь что я только что изобрёл?

— Ты сумел победить климакс? — высказал я предположение.

Впрочем, Жора меня не слушал.

— Я пытался разобраться почему поля не работают, смотрел что там может происходить на атомарном уровне и представляешь, получил побочный продукт — чистую энергию!

— Это очень хорошо, — закивал я головой, поддерживая друга, — мне, знаешь ли, тут на острове тоже надоело пользоваться грязным электричеством. Это классно, что ты сумел его очистить. Думаю, это оценят все.

Жора прислушался и поморщился.

— Хорош стебаться, я по-правде.

— Я тоже по-правде тебя не понимаю, — возмутился я, — объясняй нормально, я не умнее пятиклассника.

— Я, честно говоря, и сам пока ещё не понял, как происходит сам процесс, — смутился Жора.

— Не понимаешь процесс — поясни результат, — сжалился я.

— Результат… результат это, понимаешь, каталитическое превращение вещества в энергию…

Жора сделал паузу.

— Слушай, наверное это круто, — сказал я, помолчав, — но я же не физик и не могу оценить важность твоего открытия…

— Круто!? — закричал Жора, — круто!? Да это важнейшее открытие со времён Эйнштейна.

— Ну, я думал, что важнейшее открытие со времён Эйнштейна это гравиполя, — примиряющее сказал я.

— Да гравиполя нервно курят в сторонке, — продолжал кипятиться Жора.

— Хорошо, — вздохнул я, — объясни толком, что можно делать с этим твоим каталитическим превращением?

— Да всё что угодно, я же тебе рассказывал о том, что сейчас мы производим энергию опосредовано — копаем уголь, сжигаем его, энергией горения нагреваем котлы, котлы дают пар, пар вращает турбину, турбина вырабатывает ток. Это одна из многих схем. Побочными сторонами такой энергетики являются зола, шум, тепло и ещё много-много всего ненужного. Моя разработка позволяет вещество сразу превращать в энергию.

— Любое вещество? — усомнился я.

— Вроде любое, — кивнул Жора.

— Тогда хорошо, — облегчённо вздохнул я, — тогда конец помойкам.

— Почему? — опешил Жора.

— Ну как же, теперь мусор будут перерабатывать прямо в энергию и он исчезнет.

— Нет, — покачал Жора головой, — так много энергии никому не нужно.

— Понимаешь, — Жора взял со стола обёртку от конфеты, — вот этой бумажки хватит на то, чтобы отапливать и обеспечивать электричеством многоквартирный дом в течение года.

Я открыл рот и не смог закрыть его обратно.

— Только от вещества при этом ничего не остаётся — оно полностью переходит в энергию.

— Ошизеть, — просипел я, теперь меня действительно проняло, — слушай, ты только об этом никому не рассказывай, на этом мы, по-моему, сможем заработать гораздо больше, чем на транспортных перевозках.

— Мы обрушим энергетическую систему, — грустно сказал Жора.

— Не волнуйся, мы сделаем это постепенно, никто не пострадает, — успокаивающим голосом сказал я, — скажи-ка мне лучше, насколько большая будет энергетическая установка, перерабатывающая такие фантики?

— Со спичечный коробок, — хмыкнул Жора.

— Тааак, — потёр я руки, — а насколько сложно их собирать?