Максим Бескровный - Точка зрения закуски
Броневик с четырьмя бойцами, майором и Стивом направлялся осматривать огневые точки инопланетян. Затем — последняя, быстрая вылазка за топливом, и наконец-то долгожданный старт в космос.
— Теория… — Майор задумчиво обозревал накатывающийся на них обледенелый пейзаж. — Я не верю как-то во всяких там невидимых монстров, переселение душ и прочую белиберду. Все что угодно на свете можно засечь и измерить. Просто надо знать как.
— Но невидимки отлично вписываются в вашу гипотезу о сражении, разыгравшемся когда-то внизу. Древние бестолково палили во все стороны, а их все равно довольно быстро прикончили. И из тех строений, к которым мы сейчас направляемся, также велся довольно беспорядочный огонь. А противник на него не отвечал, убивая как-то по-своему.
— Но это бесплотное нечто смогло выломать здоровенную баррикаду. И раз по нему стреляли — значит, возможно, все-таки его видели. Не знаю…
Майор думал сейчас о том, как после первого исчезновения своего часового принял дополнительные, секретные меры. И что к его людям мог безнаказанно приблизиться лишь тот, кому они полностью доверяли. Кто-то свой. Например — он сам… Эту мысль майор сразу же отогнал куда-то в глубь подсознания, постарался переключиться на что-то другое. Все доктора — полные уроды. Особенно — психиатры. Он подумал о рядовом Тарасенко, отслужившем пять лет по контракту в элитной космодесантной, четвертой штурмовой дивизии «Марсианские львы». И до невозможности глупо пропавшем на каком-то задрипанном Ангьяке, в банальном карауле у дурацкого люка… И чье тело было позднее кем-то спрятано, потому что в шлем его скафандра майором был незаметно установлен маячок, а маячок почему-то молчал. Кто мог в упор выстрелить в шлем отлично натренированного, опытного «Марсианского льва»? Только кто-то свой, из экипажа. Стервозная бабенка-руководительница решила сэкономить на их зарплате? Начинает убирать наиболее для себя опасных — военных, профессионалов? Ведь черта с два она собирается делиться с властями здешними сокровищами! А кто лучше всего молчит? ИЛИ — САМОЕ СТРАШНОЕ — ПОВТОРЯЕТСЯ ИСТОРИЯ КРЕЙСЕРА «СТРЕМИТЕЛЬНЫЙ»?
— А может быть, в команде есть некто, работающий на другую фирму, на конкурентов папаши Хоупкинса? — добавил он вслух. — Да и банальный маньяк-психопат прекрасно сюда впишется — одни следы человеческих зубов на шее у Оливии чего стоят! Нет, сынок, привидений не бывает!
Стив задумался, в словах майора был смысл. Развернутая тарелка связи, передававшая куда-то в пустоту сообщение у границы Облака, прекрасно вписывалась в рассуждения об экономическом шпионаже. Но представить себе кого-то из членов команды, перегрызающего горло беззащитной Оливии, было все же довольно трудновато. Интересно, кстати, догадался ли хоть кто-нибудь о возможности снятия слепка зубов с ее шеи? Надо будет обязательно не забыть надоумить на это дело Смирнова!
Кстати, сам майор неплохо подходил под определение возможного маньяка-психопата. Если вспомнить о досье, что раскопал на него Джек. Если можно, конечно, верить и самому Джеку! Черт, так до многого можно додуматься.
Расположенный отдельно комплекс состоял из четырех зданий, связанных между собой тяжелой трубой соединительной галереи. Ветер был здесь довольно сильным, устойчивым, и с севера строения сильно заметало.
— Если здесь и стояли какие-нибудь орудия, теперь они, конечно, глубоко под этой ледяной крошкой. Жаль. Просто сделаем круг, если не найдем входа внутрь, то уходим, — прокомментировал майор.
Они подвели транспортер к подветренной стороне зданий. Стиву все эти постройки что-то все время неуловимо напоминали…
Показалась центральная башня. И майор, и стрелок в башенке бронетранспортера разом вздрогнули, первыми увидев подозрительно ровное, прямоугольное углубление в снегу. А сразу за ним — уже ставший знакомым традиционно круглый люк.
— А тропиночку-то, похоже, здесь когда-то тщательно расчищали! Жаль, профессора с нами нет — он бы определил, когда — прошлой весной или пять тысяч лет назад! Если направление ветра здесь неизменно, это могло случиться довольно-таки давно. Ну что, пойдем, постучимся? — майору хотелось поразмяться.
Под прикрытием лучемета с развернутой башенки вездехода Рэндол, Стив и трое военных, все с оружием у плеча, осторожно направились к люку. Мягкое, зернистое ледяное крошево доходило здесь до коленей, по обеим сторонам от прохода кто-то явно навалил прямоугольные сугробы. Люк, естественно, оказался заперт. Взрывать его, похоже, смысла также не было — чужой металл выглядел очень толстым и прочным.
— Подождите! — Стив отчаянно не хотел мириться с поражением. — Давайте попробуем поднажать!
Он и один из десантников напрягли всю мощь приводных сервомеханизмов своих скафандров.
— Поднажмем? Да здесь корабельную пушку на прямую наводку впору ставить! — Майор задумчиво оглядывал буксирную лебедку вездехода, и в это мгновение толстенный люк плавно приоткрылся буквально на пару сантиметров. К нему тут же прикрепили вакуумный захват буксирного троса. Люк медленно и словно неохотно поддался вперед.
Отряд осторожно вошел в небольшой входной тамбур. Далее за ним сразу потянулась череда заставленных непонятными, но грандиозными механизмами помещений, за ними — два гигантских лифта с открытыми площадками. Переходные люки во всех помещениях были полуприкрыты. Все вокруг выглядело совсем новым, не хватало лишь энергии, питавшей все эти двери, машины и лифты. В следующей, огромной зале стояли рядами уже знакомые насекомоподобные и многоногие машины — всевозможных размеров, от огромных, в два этажа, с распахнутыми настежь головами-кабинами, до маленьких, размером с земную собаку, окрашенных в черно-белый камуфляж.
Из последнего помещения выходило несколько коридоров, один из люков вновь был открыт. После двадцатиминутного блуждания вдоль череды наглухо закупоренных круглых дверей отряд вошел в просторную, роскошно убранную комнату. Посреди нее, за покрытым затейливой резьбой столом, важно восседал изящный птицеобразный динозавр, с ног до головы укутанный в золотистую металлизированную ткань.
По всем приметам выходило, что он был чрезвычайно стар — обвисшие складки чешуи под глубоко впавшими глазницами, бледно-седая окраска, скрюченные нижние конечности. И он был давным-давно мертв. У его ног покоилась покрытая серебристым инеем тушка большого, столь же старого тюленя. Немигающий взгляд замерзших глаз смотрел прямо на землян, оцепеневших на пороге. На заледеневшем столе лежал длинный игло-лазерный пистолет из серебристого, богато инкрустированного металла и кристальный меч, чей клинок и рукоять покрывал затейливый орнамент. Чуть подальше, в сторонке, стояла самодельная, полная пепла печь. Лед покрывал здесь все углы и стены, поднимаясь толстой коркой почти до потолка. Возле входа люди не сразу заметили прислоненную к стене огромную картину, на которой, под мягко поблескивавшими кристалликами льда, играла зеленью живописная речная долина. В верхнем углу, куда не смог добраться оседавший изморозью пар от дыхания старого Древнего и его гладкошерстного друга, виднелась небольшая, утопавшая в зелени садов, подсвеченная косыми лучами золотистого солнца изящная белая вилла. Эта картина и входной люк — были последними, на чем сосредоточил свой взгляд умирающий старик.