Олег Балабанов - Галактеры

— Антон, приготовься предупредить нас с момента появления границы темного ореола на Земле, — приказал он штурману своего экипажа.

— Есть, командир.

На дневной стороне планеты в частности над США шапки облаков, как по заказу отошли в стороны, предос-тавляя отличную панораму вот-вот готовящемуся начаться грандиозному построению на одной линии Солнца, Луны и Земли.

— Представляю, что сейчас происходит там — тысячи людей смотрят вверх в ожидании, — раздался голос Янга Хейза.

— Точно, Янг, но давайте не будем отвлекаться от работы — ответил Хоукер…

— Наблюдаю кромку тени! — раздался голос Антона.

— Принял, — ответил Скотт.

Прильнув к окуляру спектроскопа, он только приготовился запустить аппаратуру, как его прервал сигнал входящего сообщения, но не с Земли, а с ОЛС.

«Лунас» наверное, передал подкорректированные координаты начала затмения», — подумал он, но через не-сколько секунд мысли о проведении эксперимента вылетели из головы. Он оторопело смотрел на передаваемые кадры. Вдруг опомнившись, пробежался пальцами по клавиатуре, параллельно открывая канал передачи данных дальше, вниз, в центр управления полетом.

— Земля, говорит МКС, перенаправляю вам данные с ОЛС…

ЦУП. Россия.

Он бежал, задыхаясь и оскальзываясь по мокрому лугу, ставшему каким-то чужим и неприветливым. Не та-ким, каким был с детства из-за враз потемневшего света дня.

Казалось, спустившийся полумрак обволакивал вяжущей липкой субстанцией ноги, тянул за руки, с особой настойчивостью упирался в торс. Поднявшийся порывистый ветер вносил свою лепту в грохот и завывания сза-ди. Эти непередаваемые звуки частично заглушались учащенным дыханием и шумом бившей по ногам листвы, а сзади слышался топот и хриплые гортанные звуки кого-то или чего-то, чему Суханский никак не мог дать назва-ние или сравнить ни с одним из персонажей мира фэнтези. И они усиливались. Эти звуки, какие бы он ни прила-гал усилия ускорить бег и оторваться от преследовавшего кошмара.

Ужасная тяжеловесная поступь заставляла отдаваться тяжелыми гулкими толчками по земле. С все возрас-тающим страхом и ужасом Андрей Павлович констатировал скачкообразное приближение неизвестного за спи-ной по мере своих попыток скрыться. Больше всего нервировал психику нежный мелодичный голос, раздавав-шийся со стороны этого монстра, просившего… постойте, что оно просило?

Андрей Павлович еще раз прислушался. Где-то внутри стала подниматься мелко задрожавшая надежда на спасение и он, стараясь не замедлять бега на ходу, стал разворачиваться, пытаясь разглядеть своего преследова-теля. Он не помнил, что послужило первопричиной страха, так как не мог восстановить в памяти облик зверя, но голос!

Развернувшись торсом, он успел заметить две конечности, очень похожие на ноги. А может быть это просто человеческие ноги? И никакого чудовища нет? Ободренный этим самовнушением, стал поднимать взгляд выше, в отблесках молний улавливая очертания туловища человека. Все как обычно. Это хорошо! Вот промелькнула правая рука, начавшая протягиваться к нему. Так, а где вторая? Ага, вот она, только пальцы… они почему-то намного длиннее человеческих и как кажется их больше пяти.

Вновь на подсознании мелькнула тревожная мысль. В кровь выплеснулась очередная доза адреналина. Тревога снова стала разливаться по телу, но глаза пытались увидеть лицо. И он увидел. Вернее то, что должно было там быть: на уровне обеих плеч там, где начиналась шея ее, как таковой не было! На ее месте начиналась голова-шея. Плавно поднимавшееся из торса массивное утолщение, которое и являлось его продолжением.

Дальше Андрей Павлович разглядеть не успел — две через чур длинные руки, как у обезьян приблизились к нему, схватили за плечи и затрясли его. В промелькнувшем воображении обрисовалась вероятная последующая картина сжирания его этим монстром, но на фоне этого ужаса раздался голос:

— Дорогой, проснись! Андрей, да не пугай ты меня! Что тебе приснилось такое? — под конец спросила его жена Анна Валерьевна.

Осматривая диким взором комнату, постепенно приходя в себя и начиная осознавать знакомый порядок ве-щей вокруг и осмысливая, что это был просто сон, страшный навеянный сознанием, он увидел склоненное над ним лицо. Перехватил державшую его за плечо руку Анны:

— Да сам не знаю — приснилась какая-то чертовщина, господи боже! Фу-у! А ты чего в халате-то?

— Так за тобой прибыли из ЦУПа, срочно требуют в центр. Вот и пришла тебя будить.

— Да? Что случилось? Что-то на орбите или на Луне? — враз отбросил мысли о пережитом ужасе Андрей Пав-лович.

— Не знаю, Андрюша, мне не говорят. Просили только тебя разбудить как можно быстрее.

— Хорошо. Я сейчас, — спуская ноги на пол, вымолвил он, ощущая, что голова еще тяжелая. Значит, не вы-спался, — а который час? — спросил, глянув в окно, где властвовала ночь.

— Половина первого, — последовал ответ.

…уже подъезжая к центру, он был введен в курс дела по телефону заместителем Игорем Сергеевичем Лаза-ревым. Войдя в здание и пройдя вторичную проверку личности, проследовал в главный зал. Увидев своего секре-таря, поздоровался с ней и попросил чашку кофе.

— Так, вывести весь аналитический отчет предварительных векторов траекторий всех систем на орбите Луны на…, - оглянувшись вокруг и не увидев свободного монитора поблизости, да и все равно вскоре нужно будет докладывать наверх, — на дисплей в моем кабинете. Игорь Сергеевич, пройдемте в кабинет. И кто у нас на сего-дня ответственный со стороны военных структур?

— Полковник Овчинников.

— Вот и его пригласите.

— Хорошо, Андрей Павлович, но он сейчас на связи со своим начальством, — ответил зам, — но я ему передам.

— Да-да, прошу вас, — ответил Суханский, направляясь к себе.

Военные структуры всегда реагировали быстрее гражданских формирований, в данном случае коей являлась программа изучения космоса. Эти исследования хоть обладали передовыми технологиями и способами приема-передачи данных, но военные всегда шагали руки об руку с космосом, учась и перенимая многое друг от друга. Но организация и управление военных все же было четко направлено на конкретные ответные действия. И этим все сказано.

Если б можно было отследить временной интервал с момента ухода вниз на планету передачи информации с ОЛС и временем начала смены пространственных координат одной из боевых автоматических космических станций после получения пакета информации, то посторонний наблюдатель изумился бы этой скорости — прошло всего десять минут! Но каких минут: доклады, проверки и подтверждения прошли в напряженном и ужатом режиме. Технологические достижения мира были высоки, и оставалось надеяться, что это даст нужные результаты.