Ринат Назипов - Невозвращенец (Дилогия)
К сожалению, перегруженная платформа двигалась намного медленнее чем человек, да еще и не по ровной дороге, а по пересеченной местности, поэтому до места назначения мы добрались намного позже чем я ожидал. Местное солнце уже начало казаться своим нижним краем горизонта. Все мы были уставшие и измотанные событиями прошедшего дня, особенно дети. Поэтому известие, что мы наконец на месте все восприняли с немалым энтузиазмом, а учитывая, что весь день никто из нас ничего не ел, то еще и с ожиданием. Мила вытащила несколько каких-то пластиковых упаковок, нажала расположенные с боку кнопочки и расставила их на импровизированном столе. Как я понял это что-то вроде саморазогревающегося сухпайка. Попробовав безвкусную массу, я понял, что есть подобную гадость я еще долго не смогу. Поглядев как я с отвращением отодвинул от себя предложенный мне ужин, Аль понимающе вздохнул и извиняясь пожал плечами. И вот тут-то я и вспомнил, что вчера утром, уходя на прогулку я решил испытать плоды творчества своих шаловливых ручек. Я сплел несколько рыбных ловушек и перед уходов установил их на реке, когда вернулся, то просто не подумал о них, а вот сейчас пришло время проверить результаты моих стараний. Из пяти штук в четырех оказалось по несколько вполне приличных рыбин. Вытащив свой улов на берег, я занялся приготовлением ужина. Выпотрошив добычу, обмазал рыбины глиной, выкопал небольшую ямку и уложив улов рядком, вновь засыпал. После чего наломав веток и нарубив мечом дров развел над ямой огонь. Мои новые товарищи смотрели на мои манипуляции, ничего не понимая и ожидали дальнейшего развития событий. Минут через сорок, когда по моим подсчётам, рыба была готова я разворошил угли и вытащил наш будущий ужин наружу. Солнце уже село, и небольшой лагерь освещался только светом звезд и неяркого костра. Подождав пока глина немного остынет, я взял одну рыбину и слегка стукнул по глиняной корочке. Глина лопнула, а над поляной поплыл одуряющий аромат запечённой рыбы. Первым опять оказался Шон. Он в точности повторил мои действия и теперь с диким восторгом уплетал рыбу за обе щеки. Очень скоро его примеру последовали и остальные. Короче, ужин удался, а после того, как я достал свою заветную фляжку с остатками коньяка и накапал всем грамм по двадцать, то всеобщему восторгу не было предела.
Пока осоловевшие от обильного, а главное очень вкусного ужина женщины устраивали ночлег, растеребивши пару баулов, я направился к реке, надо было разделать и подготовить шкуру от моего дневного трофея. Со мной пошел и Аль. Присев не далеко от меня на выступающий из воды валун и наблюдая за моей работой, он негромко произнес.
— Кто же ты такой, Олег?
Посчитав, что пора переходить на нормальный способ общения я ответил.
— Человек. Надеюсь, даже сапиенс.
— Ты меня понимаешь?!
— Понимаю, а что тут такого?
— И ты так спокойно об этом говоришь?
— Так это по началу было непривычно, а потом ничего, привык.
— И давно ты стал понимать наш язык?
— Когда кошку подшиб.
— Кошку? А, Золотую Оолу. А почему не сказал?
— А зачем? Да и должен же я был понять кто вы такие и откуда. Отец говорил, что когда-нибудь такие как вы придете и сначала надо будет разобраться что вы за люди, а потом уже и решать что с вами делать, дружить или воевать.
— И как, разобрался?
— Разобрался. Вы не хуже и не лучше других, вы обычные. Конечно можете и умеете намного больше чем другие, а так вполне обычные люди.
— А ты уже встречал таких как мы, ну таких как ты, я имею ввиду внешне?
— Моя мать была такой, правда я ее почти не помню, мне отец рассказывал.
— А он, ну твой отец, он какой?
— Он не похож ни на меня, ни на вас, он другой и братья у меня другие.
— Расскажи мне о своей семье, расскажи мне о себе.
— А что рассказывать, жил, охотился, потом, когда отец умер меня изгнали, вот с тех пор я и живу один.
— Изгнали? Выгнали из племени, расскажи!
Вот тут-то "Остапа и понесло", выдал я Алю занимательную историю в лучших традициях Маугли и Тарзана, сдобрив все это народными сказками в духе "Молодильных яблок". Рассказал о, якобы, своей жизни в горах и лесах, поведал о злобных братьях, отравивших отца и сваливших вину на меня, рассказал, как скитался по планете, как решил устроиться здесь, возле реки, рассказал, как девушки нашего племени шарахались от меня, потому что я не такой как все, в общем заливал от души, сам за собой такого таланта к вранью никогда не замечал, а тут вот выдал. Конечно кто-то скажет, что я поступил неправильно, дескать надо было рассказать всю правду… Вот только я так не считаю, достаточно вспомнить эпизод, когда Аль делился своими впечатлениями о моем мече, дескать невообразимая штука. Что это значит? А значит это, что подземный комплекс не имеет никакого отношения к расе Моих новых знакомых, это что-то другое. а и всеобщего коммунизма в космосе нет, значит надо иметь какую-то заначку на черный день, хотя бы место где можно укрыться, затаиться и переждать. Да и не знаю я ничего о здешней цивилизации, так что светиться лишний раз не стоит.
В ту, первую нашу ночь на берегу реки мы долго еще с Алем разговаривали, он выпытывал у меня о моей жизни, а я исподволь узнавал о реалиях жизни в этом их содружестве. Не знаю, что понял он из моего рассказа, а вот я уяснил одно, — в Содружестве щелкать клювом нельзя, схарчат и не заметят. И это еще одна причина по которой я не стал рассказывать о себе правды, не стал тогда, при моём первом разговоре с гражданами Содружества, не стану и потом.
Хотя мы разговаривали очень тихо, я почему-то уверен, что наш разговор известен и девушкам, причем известен слово в слово, может они все слышали сами, а может Аль вел какую-то запись, но уже утром отношение ко мне резко переменилось. Если раньше для всех я был непонятный и таинственный дикарь из леса, то теперь я стал понятным, много пережившим, много повидавшим и очень полезным членом команды. Конечно полного доверия между нами в скором времени ожидать не стоит, но предложение присоединиться к семье Кор я утром получил. Мне пытались объяснить особенности жизни в Содружестве, рассказывали о поистине фантастических достижениях в технике, науке, медицине. Рассказывали о Звездных Империях, Республиках и Федерациях. Рассказывали о войнах с чужими и со своими, о пиратах и работорговцах, ученых и путешественниках. Показывали фильмы и карты Галактики, документальные съемки с диких и развитых планет, Императорских приемов и военных парадов, показывали записи космических битв, в которых сходились флоты в тысячи вымпелов с каждой стороны. В общем много чего показывали и рассказывали, таким образом эти люди пытались убедить меня в необходимости отправиться с ними, им даже было не в домек, что я уже все решил, и если бы они не позвали меня сами, то я был готов уговаривать их об этом.