Дэвид Вебер - Тень Саганами

— Его послужной список слишком хорош, — произнёс Кортес. — Видит Бог, нам необходимы все испытанные боевые капитаны, которых мы можем получить!

— Согласен с Вами, сэр. Однако учитывая случившееся при Гиацинте… — Шоу позволил голосу затихнуть и Кортес поморщился.

— Я знаю о Гиацинте всё, Теренс. И ещё знаю, что никакие медали во Вселенной не заставят такого человека как Терехов ни на йоту лучше воспринимать потерю своего корабля и стольких судов конвоя. Однако психотерапевты Бюро Здравоохранения утверждают, что он снова годен к службе.

— Я читал их заключение, сэр, и, разумеется, не собираюсь оспаривать их выводы. Я только утверждаю, что готов ли он снова к службе или нет, дать ему принять командование где-нибудь в чуть более спокойном месте, чем Звезда Тревора, могло бы быть более полезно. И ещё одно, заслуживающее внимания — его опыт в Министерстве иностранных дел.

— Хм, — Кортес нахмурился, но снова кивнул.

Айварс Терехов оставил действительную службу в КФМ почти тридцать стандартных лет назад для того, чтобы сделать дипломатическую карьеру. На протяжении двадцати восьми стандартных лет он преуспевал в Министерстве иностранных дел, хотя и оставался в составе резервистов. Присвоение резервистам очередных званий шло намного медленнее, чем офицерам, находящимся на действительной службе, и к тому моменту, когда Бюро по Кадрам после Битвы у Ханкока вернуло его — вместе со множеством резервистов — на действительную службу, он поднялся только до лейтенант-коммандера. К тому же, как случалось со множеством "запасников", и само Бюро по Кадрам Кортеса дольше, чем следовало, доходило до признания его способностей и продвижения к званию и более высокой ответственности, которых он заслуживал.

"Что, в конечном итоге, привело его к назначению на Гиацинт и катастрофе", — мрачно напомнил себе адмирал.

— Вы знаете, что адмирал Хумало будет нуждаться в умных капитанах, сэр, — продолжал Шоу. — И среди тех, кого мы можем ему послать, я не вижу никого, обладающего дипломатическим опытом, сравнимым с опытом Терехова. Он может быть бесценен для баронессы Медузы и Хумало, особенно учитывая его способность к нестандартному мышлению. И, честно говоря, вы, также как и я, знаете, как мало офицеров с подобной способностью есть в распоряжении адмирала Хумало.

— И насколько слаб в этом он сам, — вновь поморщившись заметил Кортес. Шоу в ответ промолчал. Истинна была оценка Кортеса или нет, не дело капитана судить зелёного контр-адмирала.

— На самом деле, я бы предпочёл отозвать Хумало, — продолжал Кортес, — К сожалению, это решение политическое, не меньше чем военное. Кроме того, кого бы мы могли послать ему на смену? Говоря совершенно откровенно, у Талботта нет такого же приоритета, как у фронта. Или, если на то пошло, как у Силезии.

Он ещё больше откинулся в кресле, устало потирая переносицу.

— Слишком много проблем, — пробормотал он главным образом себе. — Слишком много проблем и слишком мало людей, чтобы со всеми ними разобраться.

Адмирал сидел так ещё несколько секунд, затем позволил креслу снова занять вертикальное положение.

— Наверное, вы правы, Теренс, — вздохнул он. — В любом случае мы должны расставить приоритеты, и граф Белой Гавани в этом вопросе был настолько ясен, насколько только можно требовать. Прежде всего фронт и наши главные боевые соединения. Во-вторых, интеграция в Звёздное Королевство нашей части Силезии. В третьих — защита торговли. А Талботт на четвёртом месте. Не из-за незначительности, а потому, что менее важен — или, по крайней мере, не настолько жизненно важен — чем всё остальное… и настолько же менее вероятно, что там случится нечто неожиданное, что может существенным образом нам аукнуться. По крайней мере, там все собрались, чтобы голосованием определить своё будущее!

"И, — безмолвно добавил Теренс, — признаёт ли Правительство это публично, или нет, происходящее в Талботте не станет для Звёздного Королевства вопросом жизни и смерти, что бы там ни случилось. Надеюсь".

Кортес мгновение сидел, постукивая пальцами по столу, затем пожал плечами.

— Хорошо. Я всё ещё этим не вполне доволен, однако кто-то должен нести службу в Скоплении, и Богу ведомо, что там, независимо от происходящего, необходимо иметь, по крайней мере, несколько современных кораблей. И Хумало действительно нуждается в человеке с дипломатическим опытом, который заодно может помочь ему мыслить нетрадиционно. Может быть вы правы. Наверное, Терехов действительно нуждается в возможности снова вернуться в седло на относительно тихой базе — или, как минимум, заслуживает её.

В роскошном конференц-зале сидели пять мужчин и три женщины. Их одежда, дорогая и сшитая по последней моде Лиги, прекрасно соответствовала помещению и их украшения были столь же роскошны — хотя в отношении большей их части сказать так было преуменьшением. Внешность сидящих была безукоризненно ухожена, с налетом самоуверенности, приходящим от знания того, что они являются повелителями окружающего их мира.

И в настоящий момент они были несчастны.

— Что только эти чертовы неоварвары о себе думают? — вопрошал сидящий на председательском месте мужчина. Он, может быть, весил немного больше нормы, но его лицо обычно было достаточно привлекательно. Однако сейчас горящий в его карих глазах гнев и пошедшие кирпично-красными пятнами щёки легко могли заставить забыть об этом. — Звёздное Королевство Мантикоры! Тьфу! — Его губы дрогнули, как будто он намеревался плюнуть на дорогой ковер конференц-зала.

— Согласна, что это смехотворно, комиссар Веррочио, — намного боле уравновешенным тоном произнесла одна из женщин. Её серые глаза были столь же сердиты, как и глаза Веррочио, однако холодны. Очень холодны. — Тем не менее, это происходит.

— Нет, пока я могу что-то с этим поделать, этого не будет, миз Анисимова! — выплюнул Веррочио.

— Проблема в том, Лоркан, — произнес один из сидящих за столом мужчин, — что дело начинает выглядеть так, что мы, похоже, мало что можем поделать. По крайней мере, в открытую.

— Это же смешно! — выпалил комиссар. — Мы — Управление Пограничной Безопасности, а они — выскочки, мнящее о своём величии неоварварское "королевство". Чёрт, да население одной Солнечной системы в три или четыре раза больше населения всего их долбанного "звездного королевства". Это походит на то, как ноготь на мизинце ноги угрожает всему остальному телу!

— Нет, это не так, комиссар, — произнесла уже возражавшая ранее женщина.

Комиссар вперил в неё взгляд, и Анисимова пожала плечами. Её впечатляюще красивое лицо было продуктом лучшей биоскульптуры и лучших генетических модификаций, которые можно было купить за деньги. В настоящее время это лицо было столь же выдержанным и собранным, сколь лицо Веррочио — холерическим.