Иван Граборов - Гончая свора
Удар. Этот отозвался в ключице.
– Пустая болтовня никогда не производит должного эффекта и не произведёт, чтобы ни случилось. А вот больно будет. – спокойствию допрашивающего не было предела. Он стоял пред ним словно застывший истукан с острова Пасхи. Даже выражение лица походило на одного из них. – Будет очень больно, Флойд. Во имя твоего же блага, назови имя своего "знакомого".
– Ммм… – красные ручейки заблестели на шее Флойда, сползая ниже. – Интересное предложение, вот только ничего не выйдет. – выпалил он, немного согнувшись в сторону саднивших рёбер. – Меня убьют, если скажу.
– В ином случае это сделаю я. К слову, уже через семь минут. – Лэрд играючи покачал в воздухе револьвером, украшенным гравировкой вдоль ствола, так, чтобы Флойд мог всё видеть.
Старший сержант уже десять минут с упоением разглядывал его оружие, делая при этом такой вид, словно искусная рукоятка из потемневшего кедра и хромированный ствол пятьдесят пятого калибра были единственным, что в данный момент заслуживает внимания. Старичок-Рюгер образца 1875 года, переделанный под заказчика, и вправду радовал глаз, намётанный на такие вещи. Целик подсвечивался зелёным светом, но во всём остальном не было и малой доли модерна. Барабан украшали завитки надписей, по одной на паз патрона, сделанные на шести различных языках: латыни, немецком, норвежском, шведском, исландском и датском. Слова, насколько он мог судить, дублировались с языка на язык: "Кланяйтесь Хозяйке". Причина именно такой языковой выборки заинтересовала Лэрда, но от работы он решил не отвлекаться.
– Дважды умереть в любом случае не получится. – наконец ответил ему Флойд, следивший за вращением барабана.
Лэрд звучно рассмеялся подрагивающим смехом в свете затрясшейся настольной лампы.
– Чувствуется, что краткосрочная государственная служба на особых объектах научила тебя разбираться в подобных ситуациях, – он с нажимом крутанул выдвинутый из паза барабан. Идеальная вязь полированной глади впитала свет тусклого света, а выверенные линии его контура закружились злым вальсом, отбивая мелодичную чечётку, ласкающую мужские уши, чувствительные на такие дела, – но тогда ты должен понимать, что возможности выбирать у тебя попросту нет и кончится всё так, как я того пожелаю.
– И что, вот так возьмёшь и пристрелишь меня в противном случае? – как смог улыбнулся он.
– О да, Флойд. Ещё как пристрелю. – крокодильим оскалом ответил Лэрд.
Ирландец вовсе не шутил.
– И даже стакан воды не принесёшь на последок?
– Хитро Флойд, хитро, но этот старый трюк со мной не пройдёт. Так что, может мне ударить тебя ещё раз? Было три удара, а мне больше чётные числа нравятся. Особенно с одним или несколькими нулями.
Обоюдное молчание затянулось и Флойд, устав получать тумаки, назвал имя:
– Донован Саллерс. Он велел отвезти товар к западному мосту на пересечении с трамвайной линией и там оставить в мусорном контейнере.
В ухе Лэрда виднелся едва заметный наушник для удалённой связи. Мигание красноватого огонька свидетельствовало об активности устройства.
Сдержанная улыбка расплылась по его исковерканной кальке с былого лица. Он встал, подкинул револьвер в воздух, поймал его за ствол и со всей силы хватил рукояткой в челюсть собеседника. Флойд сжал от боли скулы, отклонился вправо, сплюнул кровь, что теперь обильно сочилась из разбитых губ, и, с некоторым трудом, вернул голову в прежнее положение.
– Существуют три момента. – звучал уже не привычный голос, нет – мурлыканье. – Во первых, Донован Саллерс, как ты конечно же знаешь, является разыскиваемым террористом, славящимся особым, вопиющим пристрастием к прижизненному, так сказать, "кремированию" своих жертв. – ловким движением вращающийся барабан возвратился в предназначавшееся для него гнездо. – Во вторых. Наши информаторы проверяют источник сигнала, который ты принял почти сразу после того, как земля ушла из под ног. Что примечательно, сделал ты это используя запрещённую систему двойной шифровки. И в третьих, по какому-то невероятному везению, ты, не считая нашего проверенного сотрудника, единственный кто находился рядом в тот момент, когда произошёл первый в истории человечества контакт с инородной жизнью.
Лэрд бережно помассировал свой лоб, стараясь не растревожить шрам. Ему не нужен был дар провиденья, чтобы предвидеть кучу писанины, пятнадцать тестов на детекторе лжи, допрос у разведки и две особые проверки от министерства. Внезапно оказалось, что кофейные посиделки с сослуживцами не так уж и скучны.
– Флойд, – скрестив пальцы в замке, он наклонился вперёд. – не желаешь упростить мне задачу и объяснить, как в этой истории связаны полоумный антиправительственный садист со своей анархической группировкой, система военной связи, используемая только подразделениями Восточного Союза и, о боже, невероятно, настоящие, чтоб их, инопланетяне, аж в двух экземплярах, которые появляются аккурат после того как ты заканчиваешь копаться внутри нашего муляжа, устраивают трём отрядам голливудскую резню? Что, молчишь? Может и про их предмет ничего не знаешь?
– Предмет? – Флойд сознательно запамятовал о прочих вопросах.
– Существо в чёрно-серой броне или скафандре или что это в действительности, да не важно – оно передало тебе предмет. Продолговатый цилиндр. Подобное устройство генерации помех весьма необычно, но соперник нашей Саре. Тебя отслеживали сразу после того как ты подготовил почву для своего дружка. – Лэрд поднялся, обходя его полукругом. – Роль твоя, Флойд, заключалась в том, чтобы разведывать обстановку, прощупать нас, пока громила делал бы грязную работу, так ведь? Единственное, что нам не ясно в полной мере, так это второе существо и его место в общей картине. Впрочем и им уже занимаются.
– Смотрю, ты сказку себе сочинил. Как это мило.
– Двадцать четыре человека мертвы, ублюдок! – вдруг склонился Лэрд к Флойду, резко отдёрнул его голову за волосы, но тут же отпустил, мотнув вперёд.
Затем его хватка ослабла. Постояв в стороне, он окончательно успокоился.
– Засунь свой сарказм куда подальше и подумай вот о чём: никто, кроме тебя, не способен достоверно сказать, что же произошло сегодня. И только ты, каким-то образом, связываешь воедино все сюжеты. Хорошо читается паршивость собственного положения?
– До боли, – облизал Флойд губы, красные от крови, – вот только я никак не связан с этим. Я пытался разделать ходячее мясо с проводами, пока одного из ваших приложили об бетонированный пол.
Лэрд рассмеялся:
– Благодарностей не будет.
– Пуля, которую вы наверняка уже изъяли из его головы, подтвердит мои слова.