Кристиан Бэд - Дурак космического масштаба

— Меня? Сетистэр.

— Это и имя, и должность?

— У вас хорошие гены, — снова улыбнулся он. — Да.

— Что значит — хорошие гены? — зацепился я за его слова.

— Гены большинства ваших соотечественников понесли необратимые изменения.

— Излучения?

— Нет.

— А что тогда?

Он промолчал.

— Причина в том, что мы покинули Землю?

— Нет.

Я задумался. Как же задать этот проклятый вопрос так, чтобы он ответил? Я почти ничего не знал о них. Да, что там почти — вообще ничего. Разве, что вот эти два слова продолжали меня беспокоить "хорошие гены".

— Почему у меня "хорошие гены"?

— Вам повезло. Ваши предки пострадали меньше.

— Была какая-то катастрофа? На Земле?

— Ну вот что с ним делать? — обратился Второй к Первому. — У него действительно хорошая генетика и третья сигнальная система уже начала развиваться.

— Он, так или иначе, скоро сам начнёт понимать ответы на свои вопросы, — пожал плечами тот, что меня привёл.

— Вы должны дать нам слово, — решился Второй. — О том, что никому ничего не расскажете, где были и что видели. Людям ещё не время знать это. Мы полагаем, что решение найдётся, но не нужно сейчас порождать новое противостояние среди соплеменников. Мы покажем вам кое-что, но пообещайте, что об этом никто не узнает.

Я вздохнул. Ну, скажи, кто мог бы отказаться на моём месте?

— Умная собачка, хорошая собачка, — Энрихе наглаживал нервно дрожащую Кьё. — Ты же у нас собачка-пилот? И невесомости совсем не боишься, да? Таскают тебя эти гады туда-сюда… — он покосился на пилота-штрафника сидевшего за вторым пультом.

Чуда не произошло, второго пилота с испорченной биографией найти не смогли. За первым пультом сидел Рос, и на лице его, необыкновенно гладком после удаления ожогов, было написано "да пусть хоть дисквалифицируют!"

Ещё двух штрафников взяли для "балласта". Они не стали делить одинокое свободное кресло и уселись прямо на полу.

— Кидать будет, — скупо проинструктировал Рос. — Пристегнулись оба. А то в процессе — высажу.

Энрихе не слушал, он смотрел в глаза Кьё.

— Хорошая собачка. Умная собачка, — приговаривал он, настраиваясь на немудреную эмоциональную волну животного.

Собака высвободила морду и уткнулась иннеркрайту под мышку.

— Думай, Кье, думай. Без тебя мы хозяина твоего не найдём.

Заглянул Келли.

— Не боитесь вы со штрафниками? Мало ли? Мне тогда лендслер — того.

— Я час назад с алайцами летал. По сравнению с ними ваши штрафники — воспитанники дамского пансиона, — Энрихе отстегнулся и махнул Росу, подожди мол.

Он выбрался из шлюпки, отвел Келли в сторону.

— Алайцы мои, — сказал иннеркрайт тихо. — Если не вернусь — должны умереть. Вы за это отвечаете ЛИЧНО.

Последнее слово он произнес с умеренным ментальным нажимом. Потом быстро повернулся и полез в шлюпку.

Рос едва дождался пока иннеркрайт усядется. Руки его скользнули по пульту, и малая шлюпка, боевой модуль, отстреливающийся прямо из "оружейного кармана", плавно вошла в шлюзовую камеру. Ещё толчок. Энрихе почувствовал, как ласковая невесомость приподнимает ноющее тело.

Рос, казалось, вообще не управлял "двойкой", он двигался так, словно был слит с нею воедино. Сначала они планировали взять большую десантную шлюпку и стартовать через ангар. Но Тусекс заявил, что даже лёгкая "двойка" едва даёт в условиях атмосферы Плайты семнадцать единиц скорости, а кроме скорости в игре со "шнуром" рассчитывать не на что. И на конспирацию плюнули.

Лендслер так и так узнает, что одна из шлюпок ушла. И реакция его будет, скорее всего, зависеть от финала задуманного. Прямого запрета на поиски не давали, существовал всего лишь приказ комкрыла о четвёртом классе опасности. Келли выпустил шлюпку и взял ответственность на себя. При необходимости Рос заявит, что ослушался его — пилота дальше космоса не сошлют.

— Господа, прошу внимания, — сказал иннеркрайт, морщась от возникшей вдруг головной боли. — Все мои команды выполнять следует беспрекословно. Вопросы есть? Тогда заходим с той стороны, где уже прошел "шнур".

Рос кивнул, и шлюпка резко пошла вниз. Энрека впечатало в кресло.

— Лейтенант, потише, а то не довезёшь меня. В выжженной части никого нет. Но нам нужно как-то проскочить под этими фиолетовыми лучами. Я полагаю, это возможно. Только суетится не надо. Сгореть всегда успеем.

Шлюпка пошла тише, хотя "тишина" в том аду, который представляла собой атмосфера планеты, была понятием относительным.

Собака лежала безучастно, пристёгнутая специальными шлейками, но вдруг в ее глазах что-то мелькнуло, уши дернулись и встали, а в желудке Энрихо ёкнуло.

— Мы где-то рядом, — констатировал он. — И нам явно нужно нырять под генератор луча. Предложения будут?

— Надо, значит надо, — спокойно отозвался Рос, и руки его заплясали над пультом.

— Свалимся, командир, — попробовал возразить Коста.

Штрафники завозились на полу.

— Сейчас буду высаживать по одному, — с неожиданным холодом в голосе сказал Рос. Энрихе, и без того ощущавший смертельное давление погибающей планеты, вздрогнул. Штрафники потухли. С ними говорил человек, уже умерший. И не один раз.

— Не летали раньше, значит научитесь, — продолжал Рос тихо. — Второй пилот: горизонт — 13, ревер держать вручную.

Ревер — автоблокиратор скорости. Он включается, когда перегревается обшивка. Но можно тупо задавить податливую кнопку пальцем.

— Есть — вручную, — сипло отозвался Коста.

— Ну вот и хорошо, — безо всякого оттенка произнёс Рос. — Поехали.

— Севернее, — произнёс Энрихе, когда, наконец, сумел открыть рот, проглотив кровь. Безвкусную уже кровь — сколько ж можно её глотать.

Кьё заскребла лапами, пытаясь помочь движению шлюпки.

Оба штрафника на полу были бледными до зелени, лицо второго пилота закаменело, острый профиль Роса — вообще казался нечеловеческим в зелёном свечении над Плайтой. Небо, обожжённое странными фиолетовыми лучами, отдавало теперь мертвенной зеленью.

— Медленнее, лейтенант. Второго захода нам не сделать.

Энрихе тянуло в паутину. Ресницы смыкались сами собой, и перед ним в чёрной бездне играли чистые серебряные линии. Ханер камат. И вдруг в черном колодце восприятия он увидел блестящую человеческую фигурку.

— Снижаемся!

"Двойка" клюнула носом, когда он выдохнул первый звук. Рос — тоже увидел, но не внутри своего существа, а на мониторе — большая магнитная помеха! Неужели — шлюпка? Сорокаместная алайская шлюпка — это приличный кусок металла.