Константин Хвостополосатов - Засланец

Значки в таблице и на схеме поменяли цвет, как пояснила Хони, чем светлее цвет, тем чаще обращались к блоку извне.

– С машинным отделением все понятно, – сказала Луара, осматривая значки на схеме. – Скорее всего, вот эта группа относится к управлению кораблем, а какая-то из этих – к навигации или управлению вооружением.

– Ладно, начнем с этого, – ткнул я на один из обозначенных Луарой пунктов. – Что скажешь, Хони? Каким образом заблокирован доступ? Можно его как-то реактивировать?

– Информация поступает в виде обычного кода вместе с указаниями по его преобразованию, – ответила Хони. – Я ее обсчитываю и возвращаю. Все примитивно, канал по сравнению с бывшим до блокировки уровнем уменьшен почти на восемь порядков. Я ощущаю лишь запрет на проход через эту точку.

– Нехило они дурканули, – удивился я. – Так ограничить пропускную способность, нужно иметь на то причины или быть полоумным. Дай-ка мне развернутый вид модуля на стыке.

– Доступ не ниже пятого уровня, – сообщил МИ.

– Подтверждаю, – согласился я. – Открывай.

– Требуется идентификация соответствия, – сообщил МИ.

– Это пароль что ли? – уточнил я. – Ломай его нафиг, я знаю, что тебе это по плечу. Вали, если что, все на меня.

Тут же у нас перед глазами развернулась голографическая сфера с какой-то сложной фигурой внутри. Фигура медленно вращалась вокруг своей оси.

– Так быстро? – единственное, что сумел выговорить я от удивления.

– Ключ идентификации оказался примитивным, – сообщил МИ. – Первые три буквы алфавита общего языка Содружества.

– То есть его практически не было, – подвел я итог. – Тот, кто это делал, даже не рассматривал возможность доступа к системе офицера или техника с таким уровнем доступа. Варианта вижу только два: служба или деньги. Второе при таком пароле более вероятно.

– Это что за фигня тут болтается? – спросил я.

– Модуль в развернутом виде, – сообщил МИ.

– Красиво, – согласился я. – И что тут может нам помочь?

– Это программа обработки и фильтрации потоков информации, – сообщил МИ. – Она и блокирует доступ, распределяя информацию по заложенным в нее правилам.

– Она тебе вообще нужна? – уточнил я на всякий случай. – Если нет, сотри к чертовой матери.

– Готово, – удивил меня МИ. – Восстановлена связь с четырьмя ракетными шахтами, системой наведения, противометеоритной системой, системой защитного поля. В этом месте обозначен неопознанный блок, доступ блокирован физически.

– Ломай все остальные блоки, которые доступны по моему уровню доступа, – разрешил я, – обозначь те, которые останутся.

– Готово, – доложил МИ. – Ключ идентификации совпал в ста процентах случаев. Все системы корабля доступны, кроме помеченных красным. Требуется анализ некоторых узлов. Теоретически могу взять корабль под полный контроль.

– Будешь брать? – уточнил я.

– Ну раз у меня уже есть имя и мне доверяют, то я готова внять просьбам обойтись без революции, – ответила Хони вполне по-людски. – Я пока оставлю все, как было, даже сохраню альтернативную систему управления, которая реализовывалась запретными блоками.

– Так, что у нас тут Лу? – спросил я, указывая на отмеченные блоки. – Ты у нас технарь вроде.

– Четыре модуля в ракетных шахтах, скорее всего, ракеты, – усмехнулась Луара. – Если они наши, то аппаратура содружества просто не знает, как их рассматривать и что с ними делать. А вот эта штука может быть чем угодно. Смотри, если наложить на схему странные пустоты, которые мы обнаружили в центре корабля, они практически совпадут с отмеченным Хони модулем. Надо смотреть на месте.

– Смотрим, – согласился я, добавив для МИ, – ты, дорогая Хони, пискни как-нибудь, если закончишь свой анализ. А мы попробуем понять, что за штуковины ты не смогла опознать.

Отсоединившись от кресла, Луара опасливо выглянула в щель. Вопреки нашим опасениям, Пилтор даже не собирался просыпаться, видимо, вполне уютно пристроившись в кресле. Облачившись в броню, моя подруга двинулась к намеченным нами для осмотра отсекам. Не мудрствуя лукаво, мы направились к ближайшей точке красной напряженности.

– Это там, – указала Лу на небольшой люк, после снятия настенной панели, – обычный смотровой люк для технарей. Только он заблокитрован. Может, попробуем снаружи, там тоже должен быть доступ.

– А что там может находиться? – спросил я.

– Да и думать нечего, – мысленно фыркнула Лу. – Там ракетные шахты, только нет ясности с ракетами или без них.

– Прошу загерметизировать скафандр, – послышалось откуда-то сверху. – Отсек, куда ты хочешь попасть, не обслуживается системой жизнеобеспечения.

– Легко, – ответил я и запустил процесс, подтвердив через внешний динамик, – готово.

Тут же с обеих сторон от нас проход сомкнулся аварийными переборками, а лючок скользнул в сторону, устроив приличный сквозняк от утекающего воздуха. Только вот Луара, облаченная в броню КСС, не смогла пролезть в образовавшийся проем, который лично я назвать иначе, как «щель», не смог.

– Ясно, обычные ракеты космос-космос, – констатировала девушка, все же просунув в лючок голову. – На счет модели я не уверена, штуки явно антикварные. Хотя, протоколы доступа должны подойти. Это потом поглядим, тут все понятно.

Люк закрылся, а аварийные переборки после восстановления атмосферы освободили проход. Доступ к следующей интересующей нас зоне отыскать удалось далеко не сразу. По пути Лу заглянула еще в какой-то лючок по просьбе МИ корабля, что-то переподключив в нем. Прогулка по всему кораблю так и не дала результата. Луара не смогла попасть в пустоты, обнаруженные на схеме. Даже съем пары декоративных панелей в подозрительных местах не помог.

– Похоже, вариантов нет, только снаружи, – подвела итог девушка. – Пойдем?

– Оно нам вообще надо? – усомнился я.

– Ну интересно же, – удивилась Лу. – Главное, с яхты выйти. Наверное, придется будить Пилтора.

– Внешний шлюз под моим контролем, – уведомил МИ корабля, постоянно пребывавший на связи. – Доступ наружу возможен.

Лу уже потратила порядка получаса в попытке найти доступ к интересующим нас местам. Она немного смущалась, постоянно ссылаясь на нестандартный проект яхты. Я девушку не подгонял, хотя опасения, что Пилтор может не одобрить наши манипуляции с его собственностью, грызли и меня тоже.

– Вот тут какие-то непонятные соединения, – заострила девушка мое внимание на стык трех элементов обшивки. – Если тут был какой-то сервисный люк, то по логике и схеме еще один должен быть у того выступа.

Девушка опять прыгнула, пользуясь малой силой тяжести на спутнике. На указанном девушкой участке никаких лючков не наблюдалось. Я уже начал подумывать, что пустоты вообще являются издержками перепланировки корабля, как Лу удивленно ругнулась и уставилась на небольшой прямоугольник, выделяющийся на выступе корпуса.