Майкл Гир - Ответный удар

Мы срубим сук на котором сидим. Убейте лидеров рабочих Союзов, людей, которые знают производство до последнего винтика, и нам придется искать специалистов, чтобы начать все заново. Я полагаю, что мы добьемся больших результатов, ограничив репрессии и использовав в большей степени политику кнута и пряника.

Вы понимаете меня?

Сикора задумчиво кивнула головой, но во взгляде ее читались сомнения.

— Я понимаю. Магистр, такая политика может принести плоды, но как быть с моей репутацией? Ведь люди подумают, что я потеряла бдительность, стала нерешительной и вообще распустила сопли.

— Этого не случиться, Командир.

— Ну давайте казним хотя бы каждого четвертого. Это совсем немного. А главное, люди будут знать, что я не заразилась вашим седдийским всепрощением.

Кайлле захотелось протянуть руки сквозь экран и отодрать Сикору за уши.

— Давайте договоримся следующим образом, Командир. Вы предоставите мне возможность поговорить с руководителями восстания. Во время беседы я прокручу им запись нашего разговора и сделаю предложение. Если окажется, что я ошиблась, и они откажутся сотрудничать с нами, можете забирать их и делать с ними все, что хотите. Если время покажет, что они обманули нас, вы поступите точно так же. Идет?

Огромные глаза Сикоры сверлили Кайллу в течение нескольких секунд.

Наконец, она кивнула.

— Хорошо. Я согласна. Магистр. Но если они хоть раз посмеются надо мной, решив, что я струсила, то я заставлю эти рабочие Союзы пожалеть, что они вообще появились на свет.

Кайлла расслабилась.

— Даю вам слово, Командир, что если хоть один из них улыбнется, я сама сломаю ему челюсть.

— Ловлю вас на слове. Магистр. — Сикора подчеркнуто вежливо склонила голову. — Мои связисты сейчас же подготовят необходимую аппаратуру.

Кайлла улыбнулась, когда лицо Сикоры поблекло и растворилось в белесой мути экрана. Ну и женщина! Нет, я не желаю знать, что ты увидел в ней Стаффа.

Кайлла выпила чашку стассы, ожидая пока экран опять засветится. Ее взору предстала комната, полная испуганных мужчин и женщин с кровоподтеками на лицах.

— Приветствую вас, господа. Я — Кайлла Дон, Магистр Ордена Седди и представитель Компаньонов. Я обращаюсь к вам с Итреаты. Верховный Главнокомандующий предлагает вам заключить соглашение.

«И если вы не дураки и понимаете, чем пахнет для вас отказ, вы ухватитесь за это соглашение обеими руками и будете благословлять меня всю оставшуюся жизнь», — подумала про себя Кайлла.

Если лидеры рабочих Союзов откажутся, Магистр Дон просто не представляла, как ей удастся сдержать крутой нрав Капитана третьего ранга Сикоры.

Стаффа кар Терма развалился в кресле, наблюдая за вспыхивающими и гаснущими лампочками индикаторов Мэг Комма, отражения которых плясали на отполированной базальтовой стене. От терминала, имевшего сложную угловатую форму, доносился слабый гул.

Синклер нерешительно переминался с ноги на ногу, поглядывая то на отца, то на Машину.

— Может быть не стоит проводить сеанс?

Движением головы Стаффа подтвердил свою решимость и в то же время ощутил сильную усталость, причины которой не мог определить. Предстояло провести последнее испытание Мэг Комма… и самым заветным желанием Главнокомандующего было вернуться в модуль и как следует выспаться, избавиться наконец от страшной головной боли, молотом стучавшей в висках. Если у него так трещит голова до разговора с Машиной, то что же будет после?

— Сколько раз ты собираешься задать мне один и тот же вопрос?

Синклер смущенно улыбнулся.

— Не знаю, Стаффа. Все-таки не могу понять, почему ты не хочешь, чтобы я одел шлем? Я смогу задать Мэг Комму вопросы не хуже тебя. Нет необходимости подвергаться…

— Нет, это мой крест, Синклер. Мои грехи куда больше твоих.

Несколько секунд они угрюмо смотрели друг другу в глаза. Стаффа несказанно удивлялся упрямой настойчивости сына. Очевидно, гены, заложенные им и Крислой, оказали большее воздействие на становление его характера, чем можно было предположить. От Стаффы Синклер унаследовал силу, а от Крислы сострадание. В будущем из него получится настоящий лидер. Во всяком случае, их сын имеет для этого все задатки.

Синклер неохотно уступил и, крепко пожав отцу руку, сказал.

— Удачи тебе. Будь осторожен.

— Спасибо. Ты знаешь меня.

— Думаю, что да. Но прошлый раз ты надел шлем в таком состоянии, что мог и проиграть, не правда ли? — При этих словах в двухцветных янтарно-серых глазах Синклера отразилась сложная и противоречивая гамма чувств, готовых вот-вот вырваться наружу.

Стаффа нарочито сердито посмотрел на сына.

— Я все помню и знаю, что если мне не удастся заключить с Машиной нужного нам всем соглашения, никто не придет и не выручит меня в последнюю минуту, даже Скайла. — Он помолчал, испытывая боль от разлуки с любимой. — Попроси, чтобы Скайла простила меня за то, что я не был рядом, когда она больше всего нуждалась в моей поддержке. Скажи, что я очень люблю ее.

— Я передам, — натянутым голосом ответил Синклер. — Она простит тебя, отец. Скайла ведь понимает, что такое долг… что Свободное пространство нуждается в тебе.

— И передай твоей матери, что я желаю ей счастья. И Маку скажи… скажи, чтобы берег Крислу.

— Я обязательно сделаю это. Но почему ты так волнуешься? Эта чертова Машина пережевала тебя, но не проглотила, а выплюнула два раза. Неужели ты думаешь, сейчас что-то изменится?

Стаффа недоуменно пожал плечами.

— Я не знаю. Но сегодня, если мы не договоримся, мне придется сообщить Мэг Комму, что я отказываюсь от дальнейших контактов. Мы, конечно, не будем уничтожать его, а оставим в полной изоляции, чего он так опасается. Машина может убить меня, Синклер. Я чувствую в ней силу.

— Значит, старайся избегать осложнений.

Стаффа показал на шлем. Синклер с явным неудовольствием поднял сложное устройство и помог Главнокомандующему одеть его на голову.

Щекочущие щупальца-лучи пронзили черепную коробку и вонзились в мозг Стаффы. Его начало подташнивать, а мускулы подергивала спазматическая судорога.

Посторонний интеллект решил, наконец, заявить официально о, своем присутствии.

— Приветствую тебя, Стаффа кар Терма. Я ожидал тебя. Ты уже знаешь о ситуации на Тергузе. Это — только первый раскат грома, предвещающий жестокую бурю — и я не сумел предвидеть его. Внешне спокойная Филиппия, навряд ли останется таковой после того, как твой крейсер покинет ее орбиту. И что потом, Стаффа кар Терма? Время истекает.

— Да, Мэг Комм. Времени у нас не осталось. Я должен принять решение, и я не сниму шлем до тех пор, пока не вынесу окончательный приговор. На все мои вопросы ты должен ответить. Вместе нам нужно выяснить, можем ли мы доверять друг другу.