Alma - Семнадцать мгновений Вейдера

-Полезен кому?

-Тебе.

-Люк, с меня хватило того, что произошло за последние годы. Я не хочу расплатиться тобой или Леей за свои промахи. А врагов у меня предостаточно.

-Ты хочешь сказать, что я должен отсиживаться где-нибудь на Татуине, пока тут... ты... – Скайуокер-младший был возмущен, и это помешало ему закончить фразу.

-Нет, конечно. Но, допустим, как ты себе это представляешь теперь? Явишься на «Экзекъютор» с повинной? Герой Восстания Люк Скайуокер...

-Не надо никакого Люка Скайуокера, - перебил его сын. - Вряд ли твои офицеры так хорошо знают мою наружность...

-Могу тебя уверить, знают очень хорошо. Палпатин платил контрразведке хорошее жалованье не ради благотворительности. Удивительно, что после объявленного год назад рейда, флагман не заклеили твоими портретами... И к тому же, я бы вообще не рекомендовал афишировать нашего родства.

-Не будем. Но в плане предстоящего перемирия никто не увидится, что я как джедай присоединился к тебе.

-В штабе Трауна пока никто не думает о перемирии. Да, я могу заставить... в смысле, убедить некоторых военачальников сложить оружие, но руководство «Химеры» так просто не сдастся. Мне нужно понять, что у них за намерения, и зачем им понадобился этот К’баот?

-Ты видел его?

-Холозапись. Гранд-адмирал – слишком серьезный стратег, чтобы возиться с такой... пародией на форсъюзера.

-Интересно было бы и мне на него посмотреть. Я так мало видел чувствительных к Силе людей...

-Люк, я не вправе отнимать у тебя юность. Никто не вправе. Тебе двадцать два года. Это время, когда...

-Слушай, ты всегда был таким? Уже в детстве?

-Каким?

-Сильным. Хладнокровным. И безнадежно расчетливым.

-Конечно же, нет.

-Неужели у меня нет шансов чему-то научиться?

-Есть. Но я не хочу, чтобы ты стал похожим на меня в последнем упомянутом тобою качестве. Кстати, ты забыл добавить такие безусловно лестные характеристики, как «лицемерный, жестокий и циничный». И да, в детстве я никого не убивал. Не умел и не хотел. Так что я действительно сильно изменился.

-Но ты сам только что сказал, что пути назад нет. А я это понял уже давно. Когда взорвал Звезду Смерти.

-Мне жаль. Это должен был сделать я сам. Я не имел права впутывать Альянс в свои личные счеты с Таркиным.

-Может, это моя судьба.

-Мне сорок пять лет, и, представь себе, иногда я боюсь этого слова.

-А я не боюсь. И не надо говорить мне о возрасте.

Вейдер снова покачал головой. То ли на него возымел действие последний, нелогичный до крайности довод, то ли он и вправду счел какой-то аргумент сына убедительным, но что-то подсказывало Люку – Темный Лорд всерьез обдумывает сказанное.

Скайуокер-младший повернул голову в сторону камина. На сухих поленьях танцевал огонь, и безумный хоровод кружащихся искр вырвался на свободу из чрева догорающего дерева.

Пламя отбрасывало тень на стену, и эта тень была самой противоположностью пламени.

Свет и Тьма – они всегда рядом... Равновесие...

И судья говорит, что все дело в законе,

А священник – что дело в любви.

Но при свете молний становится ясно:

У каждого руки в крови…

В. Бутусов. Титаник.