Кевин Андерсон - Скрытая империя. Звездный лес

– Что вы узнали? – осведомился Бэзил. – Вы отсутствовали гораздо дольше, чем я ожидал.

– Минутку, вы еще увидите, что мы открыли! – ответила Рлинда. – Кстати, я ожидаю от вас чертовски хорошего вознаграждения. Надеюсь, у вас найдется смена белья под рукой. Как только вы услышите об этом, вы просто описаетесь от счастья!

Бэзил скептически посмотрел на Давлина Лотца. Шпион кивнул.

– Она не преувеличивает, мистер президент. Эта находка изменит жизнь Ганзейской Лиги.

Бэзил поднял брови. Лотц никогда не делал из мухи слона.

– Вы выяснили, что случилось с Маргарет и Луисом Коликосами?

– Луис Коликос и зеленый священник Аркас были убиты, – произнес Лотц сдавленным голосом. – Мы не нашли трех кликисских роботов, компи из экспедиционного отряда и самой Маргарет Коликос. Однако мы уверены, что она сбежала в неизвестное место.

– Сбежала? Куда? Она оставила какие-нибудь записи?

– Мистер президент, вы дадите нам возможность рассказать? – грубо перебила Бэзила Рлинда. – Сейчас этот вопрос значения не имеет.

– Ну, исчезновение Маргарет привело меня к запутанной системе порталов, – поглядел на Рлинду шпион. – Так что это все-таки имеет значение.

Бэзил в нетерпении скрестил руки на груди.

– Что за система порталов?

Лотц рассказал о кликисской транспортной сети, которая связывала кликисские миры, брошенные города и совершенно необитаемые планеты.

– Эта система мгновенных переходов соединяет вместе десятки, возможно, и сотни потенциальных колоний. Все они пусты, все они ждут заселения. И из того, что я видел, большая часть легко адаптируема для человеческих поселенцев. Мы обживали и гораздо худшие миры, – закончил он.

Рлинда Кетт подалась вперед в предвкушении реакции президента, но не получила того, на что надеялась.

– Вы не въехали, мистер президент? – разочарованно спросила она. – Как только вы заполучите транспортную систему кликиссов, то сможете путешествовать с планеты на планету в одно мгновение – и без экти.

До Бэзила внезапно дошла значительность открытия. Сотни нетронутых миров, уже частично освоенных древней, но ныне исчезнувшей цивилизацией.

– Это сделает возможными межпланетные путешествия! – сказал он. – Цели колонизации придется изменить, но экспансия Ганзы может разворачиваться настолько быстро, насколько это в наших силах.

– И как только проанализируем технологию, мы будем способны программировать эти переходы, чтобы доставлять нас к нашим колониальным мирам и обратно на Землю, – добавил Лотц. – После первоначальной экспедиции для установки системы и присоединения нового портала к сети нам больше не потребуется экти, чтобы туда добраться.

Бэзил поискал глазами свою чашечку с кофе и нашел ее на рабочем столе пустующей.

– Эти новости действительно меняют все! – он пробежался по комнате, пытаясь представить себе приобретенные возможности. – Мы выпустим декрет и призыв к народу! Начнем, заново! Человечество должно выйти на полномасштабное исследование – и затем колонизацию – этих пустых миров! Постоянный поток выносливых первопроходцев пойдет на ближайший брошенный мир и затем через кликисские порталы, закладывая новые аванпосты.

– Вы получили в распоряжение хорошую идею, мистер президент, – сказала Рлинда Кетт. – Но не думаете ли вы, что вам самому ничего не светит?

– Миссис Кетт, я не могу выразить в словах, насколько прекрасно это – оптимистически смотреть в будущее! – Бэзил щелкнул по столику. – Это предоставляет нам необъятное поле деятельности. Теперь нас ничто не остановит!

Он хихикнул и вновь сделал окна прозрачными, чтобы полюбоваться горизонтом.

– Гидроги и Скитальцы могут идти к черту! Нам больше не нужно воевать с ними за их драгоценное экти. Ганза займется совершенно другим делом.

В течение недель сумеречного периода в Маратха-Приме туристы и отдыхающие готовились покинуть размещенный под куполом город и отбыть домой, в безопасные, ярко освещенные места. Здесь оставались только несколько местных илдиран, чтобы сохранять комплекс всю темную ночь.

Антон и Вао’ш также остались с основной командой обслуживающего персонала, инженеров и дизайнеров, чтобы рассказывать им истории и изучать «Сагу Семи Солнц».

– Это очень трогательно, – Вао’ш наблюдал, прищурившись, как во все еще яркое небо поднимается из космопорта один из последних челноков, устремляясь к грандиозному пассажирскому лайнеру на орбите Маратхи.

Антон с довольной улыбкой на лице задержал взгляд на небесах.

– Как лепестки умершего цветка разлетаются они по ветру…

На самом деле он думал уже о том, что впереди, о тихих здешних днях, когда наконец сможет продолжить научную работу по осмыслению «Саги», пока Вао’ш разделяет и обсуждает с ним песнь за песней. Антон предвкушал радость от встречи с илдиранским эпосом, еще ни один земной ученый не получал такой возможности, и его не заботило, будет ли завершен его труд.

После смерти Мудреца-Императора он наблюдал с удивлением и любопытством, как жизнерадостные гости Маратха-Примы превратились в разобщенных, испуганных и подавленных. До тех пор молодой ученый не понимал истинного значения тизма для инопланетной расы. Даже Вао’ш был неспособен понятно это объяснить, но Антон однозначно видел его действие на илдиран. Илдиране – любые – гуманоиды и очень схожи с людьми, но на самом деле они абсолютно другие.

С энергией и усиленным энтузиазмом Антон рассказывал им столько веселых историй, сколько мог вспомнить, прилагая все силы, чтобы помочь илдиранам в трудный час. Он не был уверен, что это хоть сколько-нибудь помогло, но Вао’ш высоко оценил предпринятые Антоном усилия.

Наблюдая, как гости торопливо собирались, стремясь поскорее сесть в прилетевший за ними челнок, Антон думал о том, что заходящее солнце и оставляемый гостями город – метафора заходящей славы Илдиранской Империи. Правда, Вао’шу такое сравнение навряд ли понравится.

– Это место начинает напоминать мне кликисские руины, вроде тех, где провели так много времени за своими исследованиями мои родители, – сказал Антон.

– Маратха-Прима может представляться тихой, Хранитель Антон, но она отнюдь не мертвая и не пустая, – возразил илдиранский Хранитель памяти. – А через несколько лет, когда закончат Секонду, на Маратхе вообще никогда не умолкнут голоса многочисленных туристов.

– Для некоторых из нас, Вао’ш, шумные толпы – не обязательно хорошая вещь. Меня мало волнует то, что живу здесь, на изолированном аванпосту, надеясь только на себя – пока я могу продолжать изучение «Саги». Это то, ради чего я приехал.