Отис Клайн - Опасная планета

Сабиты, рассказывала она, делятся на различные сообщества, распознать представителей которых можно было по особой маркировке. Это сообщество, в котором они оказались, отличалось коричневыми жвалами и клешнями. Существовали сообщества с зелеными жвалами и клешнями, черными, красными и так далее. Самым большим и выдающимся сообществом было то, представители которого отличались чистым белым цветом.

Каждое сообщество делилось на четыре класса особей. Самой крупной и сильной являлась королева сабитов, женская особь в единственном числе, правительница, именно она-то и направила Вернию сюда. Она обладала крыльями и в период кладки яиц распухала во много раз по сравнению с остальными сабитами.

Следующим по значимости являлся король сабитов, ее супруг. Ему единственному из мужских особей дозволялось жить в сообществе, и он тоже, как и королева, обладал крыльями, но меньшего размера. Еще два класса сабитов составляли рабочие и солдаты. Рабочие отличались малыми размерами и в битвах не участвовали, в то время как солдаты были мощными, с огромными клешнями. И рабочие, и солдаты были бескрылые и бесполые.

Королева сабитов в основном занималась лишь тем, что ела, спада да откладывала тысячи этих белых, липких яиц. Супруг ее проявлял активность по административной части, получая одобрение своих действий лишь у королевы.

– Но как же люди позволили, – спросила Верния, – взять верх над собой существам низшего порядка? Да мои солдаты убивают или подчиняют себе тварей в тысячу раз ужаснее этих.

– Те твари, может быть, и страшнее, но физически, – сказала Рота. – Но умственно сабиты превосходят всех других животных. Правда, мыслят они все одинаково, поступают одинаково, но при этом становятся и грозными врагами, поскольку в чрезвычайной ситуации действуют как один. Сообщество сабитов напоминает собою единый организм, у которого королева играет роль головы, король – роль глаз, присматривающих за всем и вся, а солдаты и рабочие выступают в качестве рук и ног, удовлетворяющих любые прихоти головы и защищающие ее в случае опасности.

– Пусть так, но неужели же люди, вооруженные торками, скарбо, копьями и ножами, не в состоянии перебить их?

– Я не слышала о таком оружии, которое ты называешь торком, да и у болотного народа, по-моему, его нет. У них есть скарбо, копья, ножи и дубинки. Но против бронированных сабитов с этим оружием ничего не поделаешь. Я слышала, что очень сильный мужчина может оглушить сабита ударом дубинки, если попадет точно между глаз, но задача эта весьма непростая, поскольку сабиты передвигаются очень стремительно, а по другим местам бить бесполезно. Говорят, что у этих существ три мозга. Один в голове, другой – в грудной клетке, а третий – в брюхе. Так что если даже уничтожить один мозг, два других могут долго работать вместо третьего.

– Ого! Значит, чтобы убить сабита, человеку надо последовательно уничтожить все три его мозга! Ладно, расскажи лучше о себе и о твоем народе.

– О себе… – начала было Рота, но смолкла при виде приближающейся процессии сабитов-рабочих. – Время еды.

Сабиты раздавали мешочки с клейкой густой жидкостью, в которой плавали небольшие съедобные грибы. Получив свою порцию, женщины и девушки жадно набрасывались на еду. Верния, несмотря на голод, так и не смогла заставить себя отведать этого слизистого блюда и разделила его между остальными.

Покончив с едой, Рота сказала:

– А теперь, Верния из Рибона, я должна покинуть тебя, поскольку сегодня у меня брачная ночь, и вон идет сабит-солдат, который уведет меня. Завтра я вернусь, а затем время от времени буду пропадать на день и ночь.

– Что означает эта брачная ночь и почему, если ты чья-то супруга, то будешь отсутствовать лишь такое короткое время?

Рота вздохнула.

– Здесь так заведено, – сказала она. – В этой долине супруги не живут вместе, как в других краях, и, более того, у них нет даже права выбора своего партнера.

– Ты хочешь сказать, что идешь замуж против воли?

– В этой долине с твоей волей никто не считается. Здесь нет закона, а есть лишь желание наших хозяев. А их цель – воспроизведение все более сильных рабов. И когда я достигла необходимого возраста, то пошла тем же путем.

– Так, значит, любовь здесь неизвестное чувство? И вы покорно позволяете обращаться с собой как с какими-нибудь домашними животными?

– Не говори о любви, Верния из Рибона. Есть тут такой Могучий Оро. Сильный и красивый… О, какой он красивый. И во всем он превосходит остальных мужчин. Да только не судьба мне быть супругой Оро. Король сабитов отказал ему в возможности посещать брачные бараки. Небольшое врожденное пятно на плече обрекло его на безбрачие. Но из-за своей силы он был назначен главным надсмотрщиком, который следит за порядком среди остальных и заботится о том, чтобы все шло как положено. И мой возлюбленный Оро придет за мной, чтобы отвести в это ужасное помещение; но даже он, при всей его силе, не может спасти меня…

Грендон тщетно пытался своим мечом оказать сопротивление, пока его волокли в темную дыру. Он даже отыскал щель в броне этой твари, но та тут же остановилась и так встряхнула Грендона, что у того закружилась голова и меч выпал из рук. Затем сабит отнес его в большой центральный зал, где находились король и королева белого сообщества.

Как только его швырнули на пол, на него набросился король, острыми жвалами перекусил ремень и забрал торк и нож. Грендон едва собрался с силами, чтобы сесть.

Осмотрев его, королева вибрацией усиков-антенн вызвала двух рабочих, и те через переходы и туннели отвели его в большое освещенное помещение, где сотни обнаженных волосатых мужчин принимали в дверях от других мужчин мешки с густой липкой белой жидкостью. Содержимое мешков скармливалось тысячам белых толстых личинок длиною от двух до восьми футов. Грендон увидел, как рядом с ним одна из крупных личинок вырвала кусок плоти из плеча у своего слуги. А чуть дальше двое мужчин удерживали огромную личинку, в то время как третий пытался поднести мешок с пищей к голове этой извивающейся твари.

Проводники провели Грендона мимо извивающихся и корчащихся личинок и обслуживающих их людей к стоящему в отдалении высокому человеку со скрещенными на груди руками, судя по всему – надсмотрщику. Один из сабитов повибрировал антеннами, на этот раз издавая какие-то мелодичные звуки. Человек повернулся, ответил тремя музыкальными звуками и взял Грендона за руку. Сабиты удалились.

– Новый раб, а? – сказал мужчина резко. – Не стой так и не смотри, как какой-нибудь глупый птанг. Глаза тебе даны, чтобы видеть свою работу. И берись за нее побыстрее, если не хочешь горько пожалеть о своей медлительности.