Дэвид Вебер - Война и честь (Война Хонор)

По большей части солли не возражали. Эти управленческие структуры редко вмешивались в повседневную жизнь граждан напрямую. И хотя Захари их существование было неприятно, они тем не менее исполняли много полезных функций, с которыми скованная вето Ассамблея никогда бы не смогла успешно справиться. Однако был у этих структур и неоспоримый недостаток, даже в глазах граждан Лиги.

Во-первых, неуклонно расползающаяся управленческая система требовала всё большей и большей численности бюрократических институтов, которые, в свою очередь, проглатывали все больший и больший процент валового дохода центрального правительства. Захари подозревала, что отчасти по этой причине флот Солнечной Лиги, обладая огромной численностью и считая себя самым мощным из современных флотов, по уровню оснащения отстал от Королевского лет на пятьдесят. Бюджет военного флота испытал на себе разъедающий эффект неконтролируемого бюрократического роста в той же мере, что и все остальные отрасли управления Лигой, а расходы на исследовательские и конструкторские работы безжалостно урезались в пользу административных трат. Неудивительно, что при таком подходе слишком много состоящих на вооружении кораблей неуклонно устаревали, ржавея в резерве.

Будь Захари соларианкой, одно это приводило бы её в ярость. К сожалению, положение флота представляло собой лишь один из примеров перекачивания все большего количества имеющихся у правительства ресурсов в лапы чиновников, подвергающихся лишь минимальному законодательному надзору. Но еще больше Хосефу как человека, не имеющего гражданства Лиги, возмущало то, что чиновники Лиги рулят внешней политикой, даже не удосужившись проконсультироваться с избранными народами Лиги представителями. И хуже всех, пожалуй, в этом отношении было Управление Пограничной Безопасности.

Первоначально Управление было задумано как структура, обеспечивающая стабильность в приграничных регионах Лиги. Ей предписывалось осуществлять свои функции путем посредничества в спорах между обитаемыми звездными системами, которые еще не стали частью Лиги. Чтобы поощрять конфликтующие звездные системы обращаться за посредничеством, Управлению было предоставлено право предлагать гарантии безопасности при поддержке флота Лиги, а также существенные торговые льготы, распространявшиеся на системы, обратившиеся к Лиге за покровительством.

Несомненно, создатели Управления ожидали, что эта служба будет мягко направлять моносистемные государства в ласковые объятия Лиги. Но что бы ни планировалось пятьсот лет назад, с тех пор УПБ превратилось в инструмент неприкрытой экспансии. Сейчас Управление само фабриковало “просьбы” о защите. Его даже не заботило, являются ли люди, выступающие с такими просьбами, представителями местного правительства. Всё, что было нужно, это чтобы кто-то подал просьбу о “защите” — зачастую против воли местного правительства, — создав предлог для осуществления интервенции. А иногда обходились и без предлога, и тогда Управление Пограничной Безопасности направляло Жандармерию Лиги силой утвердить статус протектората... Разумеется, исключительно в интересах защиты прав человека.

За несколько столетий существования УПБ превратилось в метлу, заметающую небольшие и слабые системы, расположенные по периферии владений Лиги, в её разверстую пасть вне зависимости от их желания. Правда, если говорить совершенно честно (что, по собственному признанию Захари, в данном случае давалось ей с трудом), многие из таких миров в конечном итоге существенно выгадывали в материальном плане.

В конечном счете загвоздка заключалась лишь в том, что у граждан не было и шанса высказаться за или против этой благодати. А любого, кто не хотел становиться солли, игнорировали... или подавляли. Хуже того, УПБ обладало не большим иммунитетом к коррупции, чем любая другая административная структура, управляемая обыкновенными смертными, коим свойственны слабости. Отсутствие пристального контроля со стороны законодателей только усиливало искушение, и на сегодняшний день Управление активно защищало главным образом собственные интересы, беззастенчиво использовало власть и влияние, опекая избранные межзвездные корпорации, судоходные линии, а также политические группировки и прочих “добровольных пожертвователей” и превращая “взятые под защиту” миры в беззащитную кормушку. Ходили даже упорные слухи о контактах Управления с мезанскими торговцами генетическими рабами.

Последняя мысль снова вернула Хосефу Захари непосредственно к Скоплению Талботта, поскольку с учетом темпов расширения рубежей Лиги Талботту предстояло попасть в поле зрения Управления примерно через двадцать-тридцать стандартных лет.

— Скопление Талботта, — повторила, размышляя вслух, капитан.

Джефферсон кивнул:

— Так точно, мэм. Когда Рошель идентифицировала Рысь, я навел справки и выяснил, что, по нашим данным — надо полагать, устаревшим как минимум лет на десять-пятнадцать, — население системы составляет примерно два и три десятых миллиарда человек. Насколько я понял, в экономическом отношении регион находится на том же уровне развития, что и Грейсон до вступления в Альянс, хотя общий технологический уровень, скорее всего, несколько выше. Рысь представляет собой одну из наиболее населенных систем сектора, таких там еще две или три, но в среднем население систем скопления составляет около полутора миллиардов человек.

— И Рысь находится всего в четырнадцати часах лету от нашего терминала, — указала Тэтчер.

— Вот и я о том же подумала, — мягко сказала Захари.

— Ну, в целом неплохо! — сказал Кар. Капитан взглянула на него, и он усмехнулся, — Нам ведь нужно за что-то зацепиться возле терминала. Лучше, конечно, было бы, окажись они чуточку поближе, но и так развивать инфраструктуру будет гораздо легче!

— Да, доктор, — подтвердила Захари, — разумеется.

Она задумчиво смотрела, как Кар с Виксом обмениваются довольными улыбками. Затем встретилась взглядом с Уилсоном Джефферсоном и увидела в его глазах отражение собственного беспокойства.

“Только спокойно, — напомнила себе Эрика Ферреро. — Держи себя в руках”.

Это было непросто.

Она стояла рядом с лейтенант-коммандером Харрисом, наблюдая, как по тактическому дисплею ползет мерцающая красная точка, которая за последнее время стала слишком хорошо ей знакома.

— Это определенно “Хеллбарде”, капитан, — доложил Харрис — Все характеристики эмиссии совпадают.

— Мечья, наш друг Гортц по-прежнему молчит? — спросила Ферреро офицера связи, не сводя глаз с дисплея.