Олег Силин - Фимбулвинтер. Пленники бирюзы

«Двадцатый век. Первый полёт в космос. Вспомним, как мы мечтали о звёздах».

Оставайтесь с нами. Сон – это жизнь. «Истории Айны Лири» – лучшее утреннее пробуждение!

«Скрипнул деревянный помост, за спиной гудела толпа, бешено стучало сердце, хотелось кричать и плакать. Но нельзя. Никто из них не увидит страха и отчаяния в глазах королевы. Она опустилась на колени. Лезвие гильотины рухнуло вниз. Палач поднял над толпой голову казнённой королевы. Мария Антуанетта открыла глаза».

Диадема слетела с головы, Гельва вывалилась из кресла. Её тошнило. Выворачивало снова и снова. Ей не впервой эмоционировать казнь, но чтобы так – открыть глаза после смерти! Желудок снова сжался в ком, тело забилось в судорогах, и студийный ковёр украсился ещё одним пятном, прибавляя работы наноботам. Гельва застонала и поползла по полу, не в силах подняться. В соседнем кресле заворочалась, отключаясь от гипно-приборов, Айрилл. Сучка! Как свадьбу с королём сэмоционировать, так сама, а как гильотину – давай ты, Гельвочка.

– Ненавижу её, – прохрипела рыжая. – Ненавижу!

– Геля, милая, выпей!

Ассистент протягивал стакан с водой. Гельва ударила его по руке и в ярости заколотила кулаками по полу.

– Специально меня в проект взяла, чтобы поиздеваться. Дрянь! Ненавижу! Чтоб ты…

Стайка медботов втащила её на носилки, вколола успокоительное и укатила в гримёрку.

Айна смотрела на разыгравшуюся сцену равнодушно. К Гелькиным взрывам ярости она привыкла. Придёт в себя – будет извиняться и просить не увольнять из проекта. Вот же неугомонная карьеристка. Ей бы в двадцатом веке жить, она бы всех бизнес-леди за пояс заткнула. И бизнесменов тоже.

Впрочем, особого выбора у Айны нет. Одной эмоционировать абсолютно всё – нереально. А других достойных помощников пока не наблюдается. Нужен человек, умеющий либо чувствовать её так, как это получается у Гельвы, либо переживший нечто подобное «Изумрудной Долине». В начале работы над проектом Айна разыскала Риву, предложила сотрудничество, но та лишь руками замахала. «Изумрудную Долину» она тщательно забывала, запивая снотворным или спиртным, а то – и тем, и другим сразу, и ко времени появления Айны почти уговорила себя, что это был лишь сон. Перепутались настройки в коммутаторе – вместо бриз-шоу включился вдруг «Дом с зеркалами».

– Зачем ты пришла? Кто просил тебя будоражить прошлое?

Рива хлопнула в ладоши, боты услужливо плеснули в стакан виски.

– Но, Рива, ты можешь использовать свой опыт.

– Не желаю ничего использовать. Я забыть хочу этот ужас, понимаешь? Пить будешь? Нет? Тогда уходи.

И к кому ещё идти за помощью? Супермена Сейвера Айна в расчёт не брала, детей – по понятным причинам тоже, был ещё Лой Карев… К слову о Лое. Айна улыбнулась и пошла к гримёркам. Кажется, она знает, как поднять рыжей бестии настроение.

Бото-улитки ползли по обнажённому телу, щиплясь лёгкими разрядами тока, снимая напряжение, как с тела, так и с души. Гельва лежала на белоснежном столе, постепенно приходя в себя. Вокруг неё хлопали крыльями разноцветные бото-бабочки, ионизируя воздух.

Она – Звезда. Это признаёт даже Айрилл. Вот, притащила приглашение на завтрашний концерт Лоя Карева. В качестве компенсации за отрубленную голову. Что ж, сходим, посмотрим на этого красавчика.

Заодно и себя покажем.

Гельветика с наслаждением потянулась, подставила холёные пальчики мастеру маникюра. Улитки доделали своё дело и одна за другой скатывались с девушки. За дверью кто-то громко восхищался Айной Лири. Радуйся, Айрилл, пока можешь.

Завершив сеанс красоты и релакса, рыжая красотка томно сползла со стола, накинула на плечи алый кружевной пеньюар. У неё для стареющей блондинки есть два сюрприза. Первого зовут Кони Вайдер – экзобиолог и просто красавчик. Больше всего на свете он любил секс и популярность. От Айны Лири получал и то, и другое. Почти два года. Пока однажды Айрилл – идеальная Айрилл, любимица миллионной публики – не вышла к нему с насморком и без макияжа.

– Дорогая, – наморщил носик Кони, – не делай больше так. Твой вид противоречит моему чувству прекрасного.

Айрилл указала ему на дверь и изо всех сил старалась казаться равнодушной, но на самом деле, разумеется, страдала. На прошлой неделе Гельветика закрутила с Вайдером интрижку. О нет, не интрижку – роман! Разумеется, это будет событием года. Когда они с Кони выйдут в свет – об этом сообщат все каналы.

А появятся на публике они уже завтра вечером. На концерт Лоя Карева она придёт под ручку с бывшим мужчиной Айрилл. И пусть все полюбуются на их счастливую пару и несчастную брошенную Лири.

Но это всё ерунда по сравнению со следующим шагом. Послезавтра, через каких-то пару суток в стрим Роуз-канала – главного конкурента Радужного – выйдет шоу, которое сделает её, Гельву, мегапопулярной, а ипо Айрилл позорно уползёт в инфракрасный сектор.

Гельветика снова потянулась. Скорей бы послезавтра!

Двери лифта распались серебристыми звёздочками, и Айна оказалась в холле концертного зала. Бросила взгляд на зеркальную стену, вернее, на своё в ней отражение: мягкие кожаные туфли без каблуков, фиолетовые брюки – ничего ультрамодного, зато с терморегуляцией, чтобы не замёрзнуть ночью, во время перекоммутаций, светлая блуза с глубоким декольте – вот что даст фору любым спецэффектам. Распущенные волосы, струящиеся по плечам, никакого макияжа – никто и не узнает. На толпы поклонников она сегодня не настроена.

У барной стойки размахивала руками Гельва, облачённая в причудливую кружевную тунику изумрудного цвета. Кто это с ней? Кони?! Вот это новость! Айна едва сдержалась, чтобы не рассмеяться. Может, хоть теперь он перестанет «неожиданно» сталкиваться с ней в ресторанах, парках, на вечеринках и прочих мероприятиях и заискивающе заглядывать в глаза. И прекратит звонить пьяный по ночам.

Она тряхнула волосами и бодро направилась к бару.

– О, Кони! Какой сюрприз!

Кони тупо моргнул, а Айна продолжила:

– Гельва, дорогая, ты прекрасна. О! Какие туфельки!

Рыжая кокетливо вытянула ножку. Туфельки, и правда, были изумительны – прозрачные, сделанные из так называемого мягкого стекла, на высоких каблуках, внутри которых плавали крохотные золотые рыбки.

– Ты тоже, гм, очень мило выглядишь, подруга, – сообщила она Айне.

– Что же, концерт вот-вот начнётся. Пройдёмте, друзья!

Мультисаксофонист Лой Карев сидел в центре оркестра, в секторе маджента-колор. Айна улыбнулась. В недавней беседе Лой рассказал, какую головомойку устроила ему благоверная полгода назад – за то, что сорвал концерт. Но когда закончила кричать и соизволила услышать, что любимый едва не погиб в жутком сафари, смягчилась. И не только уговорила боссов не увольнять Лоя, но ещё и добилась, чтобы маджента-колор закрепилась за ним навеки.