А. Задорожный - Звездный капитан

Поднялся капитан Гумбард Чампс. Форменная голубая рубашка обтягивала накачанные мышцы полицейского, словно резина. Короткие, черные как смоль волосы, щедро смазанные гелем, стояли торчком. Густые, сросшиеся над переносицей брови изогнулись в линию, о которую обычно разбиваются женские сердца. Кандидат в мастера спорта по экстремальному многоборью выглядел как супермен с глянцевой обложки комикса. И если бы Гумбард Чампс был выше ростом, то, скорее всего, работал бы манекенщиком или снимался в кино. Атак капитан доходил комиссару Хэнку лишь до плеча, и во время доклада ему приходилось смотреть снизу вверх.

— По заявлению Шафта Лиммара проводятся оперативные мероприятия, — сообщил Гумбард. — Фотографии подозреваемого — администратора антикварного магазина Леонардо Тинкса — разосланы во все базы. Проверяются его связи. Взяты под наблюдения места возможного появления. Все как обычно в таких случаях.

— Обычных мер недостаточно, — возразил комиссар. — Следует усилить поиски. Министр внутренних дел Адрик Траккер требует от меня конкретных результатов. Он лично интересовался ходом расследования по делу о краже «Ока змеи». Сообщите коллегам из таможни, чтобы проявили особую бдительность на пропускных пунктах космодромов.

— Слушаюсь, — ответил Гумбард и сделал пометки в органайзере.

— Теперь кровавое убийство в Диртслуме, — огласил комиссар очередную тему повестки. — Экспертному отделу объявляю выговор за медлительность — материалы с места преступления пришли несколько часов назад, а результатов до сих пор нет.

— Фрол, — комиссар посмотрел на сержанта, — где Рональд Кох?

Взоры присутствующих переместились с шефа на Нординга. Поправив мундир, сержант поднялся со стула.

— Детектив Рональд Кох на выезде в Диртслуме, сэр. Но он обещал подойти.

Комиссар недовольно насупился.

— Я, конечно, понимаю, что Рональд Кох лучший детектив комиссариата, но дисциплина касается и его, — заявил Хэнк. — Передайте Рону, что я выношу ему предупреждение. Если он еще раз опоздает на совещание, то получит взыскание и лишится квартальной премии.

— Так точно, сэр.

— Пока его нет, докладывать придется тебе, — сказал Хэнк. — Приступай.

— С расчленением трупов мы сталкиваемся постоянно, — начал Нординг. — Но некросканер до этого применяли лишь в двух случаях. Первый был зафиксирован в морге Северного района, когда патологоанатом пытался выяснить код кредитной карточки одного из покойных. Второй, когда нашли труп секретного агента, внедренного в преступную организацию Клифа Блэкмана. В обоих случаях от тела отделялась только голова… У меня все. — Помявшись с ноги на ногу, Нординг сел обратно.

— Все? — переспросил Хэнк.

— Все, — подтвердил Нординг, невинно хлопая глазами.

— Это плохо Это очень плохо! — Хэнк вновь заходил вдоль окна. — Мне нужны конкретные версии. Раскрыть убийство, совершенное с особой жестокостью, для полицейского первостепенная задача — это его прямая обязанность. А у вас, господа, даже нет рабочих версий! — Хэнк остановился и окинул присутствующих взглядом. — Или я ошибаюсь?

Полицейские как по команде опустили глаза.

— Райен, какие у тебя есть версии? — не дождавшись инициативы от подчиненных, назвал ответчика комиссар.

Старший инспектор оперативного отдела с шумом отодвинул стул и поднялся.

— Я предполагаю, — забубнил Райен, — что это обычное ограбление. Преступники решили узнать, где хозяин магазина хранит сбережения, и применили некросканер…

— Другие версии? — прервал его комиссар.

— М–м… — Марк поковырял пальцем край стола. — Это мог быть… маньяк.

В кабинете повисла гробовая тишина.

— Прекрасно! — Хэнк даже всплеснул руками. — Представляете себе заголовки вечерних газет, если эта версия покинет стены кабинета?! — «Диртслумский мясник», «Кровавый след», «Бессилие полиции перед диртслумским душегубом»… — Хэнк вплотную подошел к инспектору. — Запомни, Марк, если что–либо подобное появится в прессе: ты отправишься на пенсию раньше Ренни.

Услышав свое имя, Ренни оживился.

— Комиссар, разрешите? — попросился пожилой полицейский. Он поднял руку, словно школьник на уроке.

— Давай, — махнул Хэнк. Все равно никто из присутствующих не горел желанием принимать участие в разговоре.

— Может быть, случай, зафиксированный системой глобального слежения, имеет отношение к преступлению в Диртслуме? — предположил Ренни. — Как гласит древняя мудрость: нет дыма без огня. Помните, я подал вам докладную записку по этому поводу? — напомнил он.

Из–за возраста Ренни перестали брать на оперативные мероприятия. Пожилой полицейский дежурил в комиссариате у главного компьютера, благодаря чему в совершенстве освоил Интернет. Пользуясь специальным доступом к плобитаунской Системе Глобального Слежения, Ренни видел и слышал значительно больше иного детектива, работающего на улице. Иногда ему даже удавалось отыскать нечто важное. Тогда Ренни скрупулезно заполнял бланк и уже с информацией, переведенной в скупые фразы полицейского отчета, спешил к начальству. Так произошло и с докладной запиской для комиссара.

Хэнк с удовольствием отмахнулся бы от этой бумажки, но со стариком Ренни лучше было не ссориться. До пенсии Ренни осталось две недели. В последнее время он стал очень обидчивым и не прощал, когда на его усилия принести пользу не обращали внимания.

«Ты не представляешь, с какой радостью я выпью по случаю твоей пенсии, Ренни», — пробурчал комиссар, расправляя лист докладной записки. Ему не хотелось разбирать маловразумительный текст, составленный по данным от полицейского компьютера, но все–таки пришлось вникать в информацию, изложенную сухими фразами и столбцами цифр.

Через минуту сведения захватили внимание комиссара. Если верить отчету, Глобальная Система Наблюдения зафиксировала некую Траяну Кирсик чуть ли не во всех уголках Плобитауна. Комиссар сравнил время фиксации и с удивлением обнаружил, что некоторые цифры почти совпадают, различаясь между собой всего на несколько минут.

— У нас опять появились незарегистрированные клоны? — Комиссар посмотрел на Ренни.

— Траяна Кирсик не имела клонов, — ответил Ренни и многозначительно замолчал. Старый полицейский в этот момент получал наслаждение от своей значимости.

— Откуда такая уверенность?

— Траяна Кирсик погибла сорок три года назад в авиакатастрофе — сгорела заживо, не оставив после себя ни одной молекулы ДНК, по которой можно было бы восстановить ее генотип.

Оглашенная информация заставила присутствующих изумленно переглянуться.

— Тогда каким образом Глобальная система слежения повсюду фиксирует отпечатки ее глаз? — задал очередной вопрос комиссар Хэнк.