Иван Граборов - Гончая свора

     Кабсплад соглашался с его мыслями. Ему слишком часто приходилось вести с ними дела.

      - Почему вы позвали адептов?

     -Тоесть, почему не позвал специалистов из Монн? - умный старик поправил пористую перчатку гидромагнитно-конвективного динамо, выполненную на основе кремния, коей он минутой ранее создавал локальные, корональные выбросы массы на разрезанный участок галтирида.

     - Я не был об этом осведомлён.

     - Разумеется были, адепт Валлур. - насмешливый тон одного из самых уважаемых учёных в обозримом поле исследованных миров, не вызывает раздражения, ведь то слышался не гутарский гогот отчуждённых от Малвергесиума, но голос существа с высоким уровнем интеллектуальных сил.

     - И всё же, - не отрицает Валлур, - почему?

     - Отчасти из-за идей, которые начали посещать меня в последние дни работы, отчасти потому что скажи я Монн и эти фанатики из секты регреццистов, прознав, не оставят меня в покое, пока не исполосуют диссипационными излучателями, крича 'Да направят нас столпы Эрткула!' или схожую ахинею из этого их псевдоучения о пяти избранных столпах, которые сам же Эрткул понимал как тезисы. - он задорно похлопал правой рукой о включенную перчатку.

     У любого другого бы кисть сварилась от непреднамеренного нервного импульса, но только не у Зумтиада, которому было не занимать потрясающего везения, равно как и странной, для знающего его статуса, аляповатости. Страшноватая шутка удалась, и Валлур несколько растерял серьёзность бравого солдата, расслабившись в стойке.

     - Если вы не против, может пройдёмся до форбуш-камер? - приметил располагающий момент Зумтиад.

     - Ведите.

     Они сделали пару шагов налево по проходу, но подумав хорошенько, Валлур обернулся и приказал своим подопечным оставаться у внешней ограды. Далее они шли совершенно одни.

     Вокруг мелькали потоки плазменной подсветки, ящики кубической спрессовки и отчёты рабочих, записанные прямо на участках проводимых работ. Пахло не то гарью с инжекторов, не то загрязнённой вентиляцией.

     У самых форбуш-камер остановились: Зумтиад не привык так далеко ходить, да и в таком возрасте, пускай Малвергесиум ему и разрешил использование имплантов на исключительных правах, требовалось время на передышку.

     - Сам факт данной находки, адепт Валлур, не столь знаменателен, сколь знаменательна закономерность. - начал он, поправляя силу натяжения на своём гибридном позвоночнике.

     - Выходит, наиболее развитые цивилизации начинают своё шествие именно так? Талнирид как-то повлиял в прошлом на наш...

     - Что вы, что вы, нет! - закашлялся учёный от попытки рассмеяться. - Конечно же нет, к тому не найдено объективных причин. Мы, имея ввиду братию знающих зилдраанцев, не располагаем теми возможностями, суммами и числом, каким располагает любая наша полувоенная организация, - похлопал учёный по нагруднику Валлура, ещё не испещрённому знаками, да засечками. - а поэтому для нас доступны в изучении лишь те миры, что не поскупятся на щедрое финансирование: Тал`Окад да Содружество. Всё! С другими попросту ничего не выйдет. Обычная перевозка оборудования с места на место сожрёт большую часть средств.

     - Но вы ведь закономерность подразумеваете?

     - Её, её. - закивал учёный.

     - Не понимаю. - расписался в бессилии Валлур, скрещивая руки за спиной.

     - Знаете, почему я всё же позвал адептов? - выдал Зумтиад подойдя к форбуш-камере.

     Валлур молча взирал на него из под толстого слоя светопоглощающего керамического стекла ожидая готовый ответ к явно риторическому вопросу.

     - Вы не отличаетесь разговорчивостью и вообще не склонны разбалтывать серьёзные вещи, тем более, если о том вас предварительно просят.

     - Значит отличаемся умом. - не удержался он и передразнил знающего в его манере.

     - Верно, верно, младший адепт. - ответил выпадом Зумтиад, поправляя показатели прогнозируемой реакции на камере. - Итак, у меня есть научная гипотеза. Очень специфическая идея.

     - Я само внимание.

     - Что видите вы, глядя на представителей иных миров?

     - Знающий Зумтиад, я...

     - Именно. Мы похожи, все существа. - пошагал в дальний угол помещения неуёмный учёный. - У нас у всех от четырёх до восьми конечностей, от одного до десятка глаз, есть кровь - 'внутренняя река'. Стремление к власти, новому знанию, жажда богатства, славы, большей чести, любви. Мотивы, что по-настоящему управляют нашими цивилизациями у всех одни.

     - Зумтиад, к сути... - кабсплад услышал ту самую сталь.

     - Метеориты, - легко скакнул в другую ипостась учёный, - некогда поразившие исследованные нами экзопланеты, есть явление уникальное и в то же время простое в исполнении, захоти мы сейчас сделать их подобия. - ничуть не оскорбился он, поглощённый полётом мысли. - Бьюсь об заклад, что и вообще все миры аналогичным образом подверглись бомбардировке миллиарды лет назад.

     - Так в чём ваша идея? Или вы просто пересказываете мне одну из теорий о зарождении жизни?

     - Идея в том, что эти куски некогда были одним целым, заключённым в одной точке пространства. Скажем, одной единственной планетой.

     - Невозможно. - сухо резюмировал Валлур.

     - И всё же, если предположить. - вновь контратаковал учёный, принявшийся за регулировку вентиляции на предмет засоров. - Единое целое... Не знаю пока точно: звезда, планета ли, сверхкрупный её остаток, не смогший действенно развиться самостоятельно, или эти куски попали в зону поля смагничивания тёмной энергии, но факт есть факт.

     - Теория вы хотели сказать. - поправил Валлур.

     - Данных достаточно, чтобы утверждать наличие единого конструкта. Подумайте, что если мы все развились как самодостаточные организмы с ходом простой и закономерной эволюции, но сама матрица структуры клеток, от крошечных амёб до нас самих, создана с определённым умыслом? И что если мы прямо сейчас, всем известным нам скопом в 546 миллиардов существ, бессознательно повинующихся своему коду генома, выполняем эту неведомую миссию или идём по избранному кем-то пути? Что если то, что мы называем свободой мнений, трактовкой правил и жизнью, их рождающей, и есть то, что создаёт нашу судьбу, которая вовсе не есть старый предрассудок, но вектор движения? Ведь тогда всё становиться на свои места. Тогда мне становиться понятным, почему ни в поисках Бога, ни в поисках клахар, ни в поисках длительного мира между мирами мы не находим ясных и прозрачных ответов. Мы ищем совсем не то, что следует. Мы не механизм, мы его шестерни. А разве отдельная шестерня, кричащая о своей неповторимости, может додуматься до понимания работы всех шестерней конструкции, в которую она встроена? Нет - в лучшем случае научится уважать другие шестерни, но толку всё равно никакого!