Дэвид Вебер - Шторм из тени

Он снова улыбнулся, и эта улыбка была еще более холодной, чем предыдущая.

– Очень немногие из вас знают, что Бенджамин работал в течение достаточно долгого времени над операцией под кодовым названием «Устричная Бухта». Те из вас, кто знает об этом, также знают, что все сроки ее готовности еще далеки от завершения. Однако, «Устричная бухта» изначально была предназначена для нанесения одновременного удара по крупнейшим строительным центрам Мантикоры, Грейсона и Хевена. Для нас было бы невозможно начать операцию в том масштабе прежде, чем новая очередь строительства покинет верфи. Но тот факт, что все то новое строительство все еще находится в верфях, сконцентрированных в ограниченном пространственном объеме, где мы можем достать их, причем без всякой возможности защититься, представляет огромный мультипликатор силы для «Устричной бухты». Кроме того, сейчас нам уже нет необходимости наносить удар по Хевену. Их боевая стена уничтожена; их строительные показатели все еще намного низкие, чем таковые у монти и грейсонцев; и у них нет этой новой системы наведения, которую развернули монти. Другими словами, если будет нужно, мы можем вернуться к ним позже, используя более привычную тактику.

– И вот почему. С новой технологией монти более опасны, чем когда-либо, но их боевая сила была сокращена до более чем сорока – шестидесяти кораблей, и они стратегически будут вынуждены выкручиваться, чтобы преодолеть понесенные потери. Несмотря на их новую технологию, они уязвимы как никогда прежде. У нас есть средства – уже на месте или на подходе к Талботту, – чтобы оторвать этот лепесток от этой их новой 'Звездной Империи' и втянуть в войну с Лигой, как мы всегда и хотели. И, после обсуждения нашего собственного состояния готовности с Бенджамином и Дэниэлом, я верю, что мы сможем запустить измененную, сдвинутую по срокам «Устричную Бухту», нацеленную только на Мантикору и Грейсон, уже через шесть месяцев.

Он сделал паузу еще раз, окинув взглядом неподвижные тела, заполнявшие мертвецки тихую аудиторию.

– Я знаю, что после очень многих столетий, переделки и реорганизации наших планов по столь краткому уведомлению достаточно, чтобы вывести из себя любого. Но давайте смотреть правде в глаза, мы всегда знали, что, когда наступит время, мы окажемся перед необходимостью изменять плановые и операционные темпы. По многим причинам, я предпочел бы продолжать с нашим первоначальным графиком. К сожалению, оппозиция не захотела сотрудничать с нами в этом отношении. В моем суждении, и особенно в свете результата Битвы за Мантикору, угроза, Мантикоры всей нашей стратегии только что возросла экспоненциально. Мы не можем позволить им укрепить свою чистую победу над Хевеном, особенно если им одновременно удастся развернуть четыреста или пятьсот СД (п), оборудованными их новой системой наведения. И все это они могут бросить против нас, когда поймут, что действительно происходит, что было бы крайне неприемлемо, независимо от того, что могут сделать солли.

– Очень возможно, что наши оценки времени завершения их нового строительства чрезмерно оптимистичны. Фактически, мы подгоняли некоторые признаки к данным выводам. Колин будет рад вкратце обсудить их с вами. Но пока признаки остаются лишь признаками, как я и сказал, и потребность монти внедрения новой системы наведения, вероятно, скажется и на них

– Все это верно, но даже если мы поймаем всего лишь половину – или немногим меньше – их новых кораблей стены на верфях, это принесет нам нам невероятные преимущества. Даже если мы ненадолго забудем урон, который понесут их основные центры военного строительства и поддержки. И не только это, но даже если внушительная часть их флота переживет «Устричную Бухту», они обнаружат, что находятся на пороге полномасштабной войны с Солнечной Лигой. Я знаю, мы все лелеем свои надежды, чем для Лиги это в конечном итоге обернется, но даже если все сложится именно так, как было спланировано, потребуется время, чтобы поразить нервную систему такого огромного мастодонта.

– Другими словами, – произнес он медленно и четко, – при любом раскладе, лучшее время действовать – это СЕЙЧАС. Мы не можем полностью игнорировать все риски, но они были всегда, все прошедшие шестьсот стандартных лет, и потенциал возможностей, и масштаб угрозы, если мы ничего не предпримем теперь, невообразимы. Что и является причиной, по которой я созвал вас всех здесь сегодня. Сбор столь многих из нас в одном месте всегда представляет собой угрозу для безопасности, но я думаю, что пришло наше время понять, что мы должны выйти из теней.

– Я полностью понимаю, что у многих из вас есть неоконченные собственные проекты, которые будут отброшены назад сдвигом «Устричной Бухты». Одно из действий, которые мы предпримем после этого собраний – это разбиться на оперативные группы, целью которых будет оценить как «Устричная бухта повлияет на все наши операции. В некоторых случаях мы должны будем ускорить ваши проекты, чтобы скоординировать их с «Устричной Бухтой». К примеру, я считаю, что мы должны очень плотно подойти к рассмотрению планов по ускорению нейтрализации и отвоеванию Вердант Виста. Мы всегда планировали это сделать перед началом полномасштабной «Устричной Бухты», и даже с упрощенной ее версией, к которой мы теперь склоняемся, иметь дополнительный черный ход на задний дворик монти и хевенитов было бы очень ценно.

– В других случаях, некоторые из вас могут посчитать, что ускоренная «Устричная Бухта» станет фатальной для наших целей. Я признаю это, и боюсь, что это должно стать ценой, которую мы заплатим. Другими словами, не будет никаких последствий ни для кого, кто действительно считает, что его или её сферы ответственности понесут серьезный урон.

– И что бы ни произошло, мое решение останется неизменным. Хотя мы все еще должны закончить проработку относительно сдвинутой по срокам «Устричной Бухты», наши проекции указывают, что для нас не будет абсолютно ничего не выполнимого. И, основываясь на этом, я проинструктировал Бенджамина спланировать дату запуска «Устричной Бухты» не позднее шести стандартных месяцев, начиная с сегодняшнего дня.

-Контакт! – воскликнул Исайя Петтигрю. – Множественные контакты, направление ноль-точка-пять, два-восемь-восемь, расстояние три-точка-восемь-девять световых минуты, окончательная скорость составит шесть-ноль-девять-один километров в секунду, при ускорении четыре-восемь-семь-точка-три g!

– Принято, – кивнула Абигайль Хернс решительно. – Число контактов?

– Пока трудно сказать, мэм, – ответил Петтигрю ответил. Его глаза не отрывались от боковой панели его дисплея, поскольку он и БИЦ «Тристама» обрабатывали контакты, пытаясь выудить больше информации о них, и его голос был столь же бодрым, сколь профессиональным – и столь же лишенным любого избытка подобострастия, как и у Абигайль.