Тревор Баксендейл - Колодец желаний

— Я нашел проход. Можете меня опускать.

— Опускаем.

Веревка зажужжала, и Доктор переместил себя так, чтобы пройти в отверстие. Несколько колючек зацепилось за его одежду, но в остальном он проскользнул без помех. Ежевика сомкнулась над головой, и Доктор погрузился в более холодную и влажную темноту.

Доктор вздрогнул. Не от холода. Он ощущения смертельной опасности, какой он не встречал на Земле. Словно пройдя сквозь ежевику, он переместился в другой мир.

Свет фонаря выхватил из темноты что-то растущее из кладки. Странный волокнистый побег возле стены был намного бледнее растительности, которую он видел до сих пор. Побеги, выглядевшие завядшими, соседствовали с молочно-белыми усиками, оплетающими кирпичи. Были здесь и живые существа: улитки, жуки и пауки. Когда свет попадал на них, то усики улиток втягивались, а жуки и пауки убегали в трещины.

Когда его рация затрещала, Доктор вздрогнул от неожиданности. Немного повозился и поднес рацию к губам: — Прием?

— Прием, — произнесла Марта, вцепившись в рацию обеими руками. — Прием? Доктор? Ты меня слышишь?

Единственным ответом был белый шум.

— Он не отвечает, — сказала Марта.

Сэди взяла рацию, покрутила ее, но добилась только статического треска.

— Он вышел за границу действия связи, — пояснила она.

Марта повернулась к Анжеле: — Вы не думаете, что надо его остановить?

— Веревка все еще подается. Он продолжает спуск.

— Я не думала, что там так глубоко.

— Мы зашли слишком далеко, чтобы остановиться. Мы не имеем на это права.

Доктор скривился бесполезной рации и засунул ее в карман. Он не думал, что зашел настолько далеко, чтобы выйти за пределы действия радиосвязи. Что-то случилось с сигналом.

Он продолжал спускаться. Доктору не хотелось, чтобы Анжела запаниковала и начала его вытаскивать. Он осветил стены. Улитки съежились, а пауки разбежались. Здесь было много белого сорняка, в некоторых местах он рос так плотно, что полностью покрывал кладку. Местами виднелись большие наросты с торчащими веретенообразными выступами. Они, словно пальцы, ощупывали темноту. Доктор потянулся и дотронулся до выступа. Он был теплым. Доктор нахмурился, не в состоянии решить, имели они растительное или животное происхождение.

В одном месте белые побеги разрослись до половины шахты, словно росли вокруг чего-то. Доктор надел очки и посветил фонарем на шероховатую массу. Там определенно что-то было. Доктор осторожно раздвинул побеги, и они легко поддались. Под ними находилось что-то маленькое и темное. Фонарь осветил мордочку со спутанной шерстью.

— О-о…, — тихо произнес Доктор.

Мертвый кот почти сросся с сорняком. Доктор отодвинул еще несколько побегов и оголил рыжие уши и старый ошейник с надписью. Он повернул ошейник, и смог прочитать надпись на металлической бляхе.

— Томми, — прочитал Доктор. — Кот Барни Хаккета. Так вот где ты закончил, котик?

Доктор печально смотрел на кота в полной тишине. А потом глаза кота распахнулись, и он завыл.

— Вы слышали? — внезапно произнесла Марта, взмахом руки останавливая Анжелу.

— Слушайте! — Марта склонилась над колодцем, прислушиваясь.

— Я ничего не слышала, — сказала Сэди.

— Тише, — прошептала Анжела. — На что было похоже, Марта?

Девушка сглотнула: — Ну, я не уверена… но… — она обернулась к женщинам. — Ладно, было похоже на вой кота.

Сэди рассмеялась: — Надо же! Не говорите, что Барни Хакетт рассказывал вам свои истории о коте!

Анжела тоже улыбнулась. — Он все еще считает, что его маленький Томми внизу и общается с ним.

— Нет. Я серьезно, — возразила Марта. — Я совершенно уверена.

Они снова прислушались, но ничего не происходило.

— Вытаскивайте Доктора, — приказала Марта.

— Не сходите с ума. Веревка почти закончилась.

Сэди опустила руку на девушку: — Марта, вы очень остро реагируете. Это просто история. Кот Барни упал в колодец много месяцев назад. Он мертв.

— Я знаю, он рассказывал. — Она раздраженно провела рукой по своим длинным темным волосам. — Послушайте, есть кое-что, что вы должны узнать о Барни.

Женщины с ожиданием посмотрели на нее.

— Мы встретили его вчера вечером, здесь, у колодца… — Марта уставилась на участок травы, куда упал старик. — Это было ужасно.

— Он постоянно бродит вокруг колодца, — произнесла Анжела. — На самом деле, я удивлена, почему сейчас его тут нет.

— Что было ужасно? — хмуро переспросила Сэди.

Марта глубоко вздохнула. — Кое-что произошло здесь вчера вечером. Вы должны мне поверить. Доктор может быть в настоящей опасности. Вытащите его!

Видя беспокойство в глазах Марты, Анжела отпустила рычаг.

— Хорошо. Я начну подъем.

Но лебедка не поддалась. — Она застряла, — произнесла женщина. Марта попыталась помочь, но механизм не двигался с места, словно был вырезан из камня.

Анжела подошла к колодцу и прикоснулась к веревке. — Боже мой, она натянута как тетива лука. Что-то ее тянет.

Марта оглянулась на замершую лебедку, а потом шагнула к колодцу.

— Что нам делать? Доктор!

Глаза кота снова закрылись, и Доктор не спускал с него взгляда. Животное не шевелилось, и он прикоснулся к нему. Тело кота было холодным и твердым, никакой жизни в высушенных глазах. Кот был мертв очень давно. Что же привело к движению? Сорняк?

Что-то дотронулось до ноги Доктора, и он посветил вниз. Белые побеги образовали под ним сеть, и один из них начал оплетать ногу. Доктор попробовал подтянуть ноги вверх, но побег не отпускал.

— Это плохо, — пробормотал Доктор. — Это очень плохо.

В свете фонаря он видел, как молочные усики поднимаются вверх по его лодыжкам к голени. Они все сильнее опутывали ноги.

Доктор поспешно выхватил рацию и нажал на кнопку: — Эй? Марта? Ты меня слышишь?

Но в ответ ничего не доносилось, даже статического шума. Он потряс рацию и попробовал снова.

— Марта? Анжела? Кто-нибудь?

С раздражительным шипением он опять убрал рацию, но в этот момент выпустил из рук фонарь. Луч света замелькал, задержался на сети, на мгновение осветив Доктора, висящего на веревке, словно марионетка. Сорняк добрался уже до колен и начал тянуть к себе. А потом свет пропал. Доктор не знал точно, погас ли фонарь сам, или упал в болото где-то внизу. Едва ли это имело значение. Потому что внезапно Доктор оказался погружен в полную темноту. Он ничего не видел. А сорняк продолжал тянуть.

— Заработало! — вскричала Анжела, когда лебедка загрохотала. — Наверное, опять что-то запуталось.