Джерри Тейлор - Объединение
– Я уверен, что для нас большая удача, что Вы служите здесь, энсин. – Райкер тщательно следил, чтобы отношения их не выходили за рамки служебных. Ворф поручил Нейлор собрать информацию о закдорнах – расе, обслуживающей склад запчастей на Квалоре 2. В глубине души Райкер был доволен выбором Ворфа; «Десятку» же в качестве места для совещания с ней он выбрал сам. Но он опасался заводить романы на корабле, а эта зеленоглазая женщина слишком волновала его, чтобы забыть свои опасения.
– Вы хотите послушать, что я узнала о закдорнах, сэр? – Уловив его официальный тон, она сразу же переключилась на деловой разговор. Необыкновенная женщина. Если бы только они встретились при других обстоятельствах…
– Разумеется. – Откинувшись на спинку стула, он наблюдал, как она выложила на стол свой электронный блокнот и начала вводить команды.
– Закдорны – одна из рас, недавно вступивших в Федерацию. Это мирная цивилизация, у которой нет врагов. Варп-двигатель они изобрели на сравнительно ранней ступени цивилизации, так как все их ресурсы были направлены на развитие науки.
В отличие от Земли, подумал Райкер. Он кивнул, приглашая её продолжать.
– Их наиболее характерные черты – организованность, методичность и отсутствие воображения. У них, по сути, нет каких-либо форм искусства. Они прекрасные бухгалтера, архивариусы и картографы.
– Звучит не слишком интересно, – усмехнулся Райкер. – Планета бюрократов.
– Я думаю точно так же, – с улыбкой кивнула она. – Но это идеальное место для приёма и стоянки списанных кораблей.
– Думаю, именно поэтому у них тут самое большое депо. – В различных секторах Федерации было ещё три таких стоянки, но депо на Квалоре два значительно разрослось за последние двадцать лет. Несколько тысяч звездолётов – от боевых кораблей, повреждённых в сражениях и не подлежащих восстановлению, до судов, которые просто-напросто технически устарели – нашли здесь место последнего успокоения. Райкеру ещё не доводилось бывать на таких кладбищах погибших кораблей, и теперь ему было любопытно их увидеть.
Но больше всего ему хотелось взглянуть на «Т’Пау», посмотреть, нет ли на корабле каких-либо объяснений, как навигационный отражатель с него попал в руки ференги.
– Отличная работа, энсин. – Райкер отодвинулся от стола. – Мы прибудем на орбиту Квалора 2 завтра в одиннадцать ноль-ноль. Ваша информация сослужит нам хорошую службу.
Нейлор кивнула и, взяв со стола блокнот, поднялась.
– Я могу проводить Вас до каюты, – предложил Райкер.
– Благодарю Вас, сэр, в этом нет необходимости. – Ответила она к его разочарованию, затем остановилась и поглядела на него своими странными светлыми глазами. В свете комнаты они словно искрились и вспыхивали. – Я очень рада, что Вы довольны моей работой, коммандер. Если Вам понадобится что-нибудь ещё, прошу Вас, обращайтесь ко мне.
Внезапно Райкер почувствовал себя влюблённым мальчишкой. Был ли в её словах подтекст? Или же он принимает желаемое за действительное, слыша в её словах то, чего там нет? В том, что от Гретхен Нейлор исходят какие-то флюиды, Райкер не сомневался. Он только не был уверен, какие именно.
– Благодарю Вас, энсин, – официальным тоном отозвался он, и, повернувшись, она направилась к выходу. Райкер смотрел, как она уходит, и старался не поддаться очарованию стройной, грациозной фигуры.
– Большинство ромулан живет в многоквартирных строениях, так называемы «така». Немногочисленные особняки принадлежат влиятельным людям. Плотность населения в столице – сорок тысяч на квадратный километр. – Читая записи в электронном блокноте, Пикард потёр шею; они провели много часов, изучая собранную информацию. Капитан чувствовал, как всё тело у него одеревенело от сидения на клингонском стуле, который он к тому времени склонен был считать изощрённым орудием пытки.
– Кроктонский сектор, где проживает Пардек, – добавил Дейта, – один из самых старых районов города. – Андроид не пользовался электронным блокнотом; он давно уже записал всю информацию в своём мозгу и теперь считывал её из памяти. – Это район не самого высокого класса и ничем не замечателен с точки зрения архитектуры. У Пардека там така на протяжении многих лет.
– Сектор Кроктон, – пробормотал Пикард. – Там мы, пожалуй, и высадимся.
Поглядев на Дейта, он почувствовал, что очень рад, что взял с собой такого ценного помощника. Будь он один, это путешествие было бы для него гораздо тяжелее. Спокойствие и невозмутимость Дейта вселяли уверенность; и эта усиленная зубрёжка была намного приятнее в компании.
Пикард медленно повернул голову в одну и в другую сторону, пытаясь избавиться от ощущения, что у него одеревенела шея. Чувствовал он себя вконец разбитым. Он вдруг подумал, что обычно в это время давно уже спит.
– Думаю, на сегодня для меня достаточно, Дейта, – сказал он. – Я, пожалуй, отдохну.
Дейта оглядел убогую каюту.
– Поскольку я не нуждаюсь во сне, предлагаю Вам занять… – он поколебался, не зная, как назвать жалкую нишу, которая должна была служить кроватью, –…полку. Мне будет удобно стоя.
– Очень хорошо, мистер Дейта, благодарю Вас. – Приблизившись к нише, Пикард с опаской оглядел её. Она была фута на четыре от пола и не больше двух футов в высоту. Залезать в эту щель будет чертовски неудобно. Пикард неуклюже протиснулся внутрь, ударившись при этом головой и обоими коленями. Он оказался лежащим на голой твёрдой поверхности; потолок ниши был в каком-нибудь футе над ним. Повернув голову, наткнулся на невозмутимый взгляд Дейта.
– Вам удобно, сэр?
– Удобно, – отозвался Пикард без всякого выражения.
– В таком случае, спокойной ночи, капитан.
– Благодарю Вас.
Пикард закрыл глаза, твёрдо намереваясь расслабиться и погрузиться в столь необходимый ему сон. В конце концов, ему не впервой спать на неудобной кровати; надо только сосредоточиться, отключиться от внешних раздражителей, позволить мыслям плыть по течению… можно призвать на помощь чуточку фантазии… тихая лагуна, тропический бриз, экзотические деревья склоняются под тёплым ветром… плеск волн…
Он резко открыл глаза и повернулся к Дейта.
– Что Вы делаете?
– Сэр? – удивлённо переспросил Дейта. – Я издавал шум?
– Не то, чтобы шум.
– Я усваивал собранную нами информацию о ромуланском обществе. Я готовлюсь к тому, чтобы изображать ромуланина.
– Понятно.
– Вы хотите, чтобы я перестал?
– Нет, нет. Продолжайте, прошу Вас. – Пикард подосадовал на себя. Конечно же, он не мог слышать, как Дейта усваивает информацию; этот процесс был бесшумным, как мышление. Всё дело в том, что он знает, что Дейта занят этим. Он почти видел, как мигают огоньки в голове Дейта, когда миллионы бит информации проносятся по нейронным цепям. Возможно, это действительно сопровождалось звуком, пусть даже очень тихим, и это могло объяснить, почему Пикарду так трудно расслабиться, зная, что всё это происходит в позитронном мозгу, находящемся в каких-нибудь четырёх футах…