Э.Э. "Док" Смит - ДЕТИ ЛИНЗЫ

— Верно. А потом мы переоборудуем "Неустрашимого".

И тут Киннисона и Тригонси позвал Ворсел: медонцы решили принять приглашение и переселиться в Первую галактику. Были отданы соответствующие приказы, внесены поправки в курс, и планета, ставшая поистине сверхгигантским космическим кораблем, двинулась в новом направлении.

— Не спидстер, но и не черепаха, мы развиваем неплохую скорость, — прокомментировал Киннисон, обратившись к президенту. — Не будет ли с нашей стороны непочтительным, если мы будем называть вас просто "Вайз" (Wise — мудрый (англ).), тем более что это, насколько я могу судить, не ваше настоящее имя…

— Здесь меня все так и называют, и вы, разумеется, тоже можете называть меня так, — ответил президент. — У нас на Медоне нет собственных имен. У каждого обитателя планеты имеется номер, или, лучше сказать, символ, состоящий из чисел и букв алфавита. В символе заключены все сведения о жителе планеты. Но поскольку в повседневной жизни обращаться с символами не очень удобно — они довольно громоздки, каждый имеет прозвище, обычно какое-нибудь прилагательное, которое более или менее точно отражает характерную особенность человека. Вам, землянину, мы не можем дать полный символ, а вашим двум спутникам не в состоянии присвоить никакого символа вообще. Однако вам, возможно, было бы интересно узнать, что вы все трое получили прозвища. Хотите узнать какие?

— Очень!

— Вас назвали "Проницательным", вашего друга с Ригеля IV "Сильным", а вашего спутника с Велантии "Подвижным".

— Весьма лестно, но…

— Мне очень нравятся наши прозвища, — вмешался в разговор Тригонси, — но, может быть, мы займемся более серьезными делами?

— Вы совершенно правы, — согласился Мудрый. — Нам многое нужно обсудить. Особенно нас интересует ваше оружие, которым вы так успешно разгромили босконцев.

— А вы сами не могли собрать и проанализировать все необходимые сведения о нашем оружии? — напрямую спросил Киннисон.

— Нет. Ваши лучи действовали недостаточно долго. Но, изучая записи приборов, мы пришли к выводу, что интенсивность лучей не правдоподобно высокая и что каждый луч возникал в результате совершенно невероятной, чудовищной перегрузки излучателей более или менее обычного типа. Некоторые из нас тоже удивлялись, как мы сами до этого не додумались…

— Мы также удивлялись, когда босконцы применили лучевое оружие против нас, — улыбнулся Киннисон. Мы предоставим вам формулы и рабочие чертежи, в том числе защитных устройств, а взамен хотели бы получить несколько уроков по проектированию энергоустановок.

— Такой обмен знаниями, несомненно, полезен, — согласился Мудрый.

— Босконцы ничего не знают о наших лучах, и нам меньше всего хотелось бы информировать их о своих достижениях, — предостерег Киннисон. — Поэтому считаю своим долгом внести два предложения. Первое: прежде чем пускать в ход первичные лучи, вы должны предпринять все от вас зависящее, чтобы избежать их применения. Второе: не используйте первичные лучи, если не можете почти одновременно, как это сделали мы, уничтожить босконцев, способных сообщить о происходящем на свою базу. Все понятно?

— Абсолютно все! Мы согласны со всеми вашими оговорками. В наших интересах так же, как и ваших, держать в секрете от босконцев столь мощное оружие.

— Прекрасно. Джентльмены, через несколько минут мы возвращаемся на борт "Неустрашимого".

Вернувшись на корабль, Киннисон обратился к Тригонси:

— Вы и ваша команда выразили желание остаться на планете, показать медонцам, что и как делать, а заодно оказать им общую помощь и получить информацию относительно их энергетической системы. Торндайк! Вам и вашим ребятам, а также линзмену Хотчкинсу также стоит заняться изучением энергосистемы Медона. Ворсел, я просил бы вас остаться на корабле. До поступления нового приказа вверяю вам всю полноту власти. Побудьте на планете еще дней семь — десять, пока она не удалится на достаточно большое расстояние от Второй галактики. Затем, если Хотчкинс и Торндайк не закончат к тому времени свои дела, оставьте их на планете вместе с Тригонси, а сами стартуйте на "Неустрашимом" к Земле. Постарайтесь на некоторое время отключиться от всяких забот и поддерживайте со мной телепатический контакт. В любой момент мне может понадобиться сверхдальний коммуникатор.

— К чему такие подробные наставления, Ким? — удивился Хотчкинс. — Слыханное ли дело, чтобы командир покинул свою экспедицию? Не рехнулся ли ты случаем?

— Я в своем уме. Но мне надо слетать кое-куда. Кажется, мне пришла в голову неплохая идея. Не можешь ли ты вывести мой спидстер, Аллердайс?

И Серый линзмен удалился.

Спидстер Киннисона покинул гостеприимный борт "Неустрашимого" и, никем не замеченный, совершил без всяких происшествий и приключений полет на Главную базу.

— К чему эта растительность? — спросил Командир Порта при виде Киннисона, ибо лицо Серого линзмена обрамляла успевшая отрасти бородка.

— Какое-то время мне понадобится изображать Честера К. Фордайса. Если мне не удастся это сделать, я быстро сбрею бороду. Если же удачно исполню роль, то настоящая борода всегда лучше искусственной, — ответил Киннисон и принялся излагать Хейнесу подробности битвы с босконцами и последующие события.

— Чистая работа, сынок, я горжусь тобой, — поздравил Хейнес своего молодого коллегу по окончании доклада. — Мы начнем сразу же и постараемся закончить реконструкцию кораблей в самые сжатые сроки, как только инженеры доставят с Медона необходимые данные.

— Я хочу задать один вопрос, сэр, хотя и сознаю, что вторгаюсь в ваши прерогативы, — спросил молодой линзмен странно изменившимся голосом. — С какого времени вы начали терять пятикурсников как раз накануне их выпуска? Я имею в виду тех курсантов, которых вы направляли на Эрай-зию для примерки и подгонки их Линз, но которые на Эрай-зию так и не прибыли. Не вернулись они и на Землю, а их Линзы остались невостребованными.

— Лет десять назад. Может быть, двенадцать, если я не оши…

Хейнес прервал себя на полуслове и пристально посмотрел на молодого коллегу:

— А откуда ты знаешь, что такие случаи бывали?

— Дедукция. Но я уверен, что не ошибся в своих выводах. Каждый год должен исчезать по крайней мере один выпускник. Обычно их было два-три.

— Правильно, но обычно исчезновения были связаны с происшествиями или с нападением пиратов… Так ты думаешь, что это?…

— Я не думаю. Я знаю! — твердо заявил Киннисон. — Все они прибыли на Эрайзию и умерли там. Все, что я могу сказать: слава Богу, что есть на свете эрайзиане. Мы можем всецело полагаться на свои Линзы. Эрайзиане следят за нашими Линзами.