Питер Гамильтон - Обнажённый Бог: Феномен

Южноамериканец грустно улыбнулся:

— Мы знаем, что он здесь. После объявленной тревоги мы задержали всех, кто спускался в этом лифте и пассажиров, и экипаж. Вот что удалось добыть из памяти нейросети.

Изображение на экране померкло, и вместо него возникла другая, не слишком отчетливая картинка. В глубоком кресле салона королевского класса удобно устроился человек в голубом шелковом костюме. Сомнений не оставалось — Декстер.

— Милостивый Аллах! — воскликнул представитель Северной акватории Тихого океана. — Придется отменить отправление поездов. Единственное наше преимущество. Как ни искусно мерзавец уходит от наших сенсоров, но тысячу километров по туннелю, заполненному вакуумом, ему не пройти. Изолировать подонка и нанести по нему удар с платформ стратегической обороны.

— Полагаю, даже нам будет весьма непросто закрыть вакуумные тоннели, — многозначительно заметил представитель Южной акватории Тихого океана. — Пришлось бы ответить на многочисленные вопросы.

— Я вовсе не предлагаю издать приказ, — отрезала Северная акватория. — Спустите информацию в Би3, и пусть администрация президента утвердит ее.

— Если народ узнает, что на Земле появился одержимый, начнется настоящее столпотворение, — объявила Северная Африка. — Даже мы в наших аркологах не сможем удержать ситуацию под контролем.

— И все же это лучше, чем стать одержимыми, — сказала Северная Америка. — Потому что, если мы его не остановим, именно это он и сделает с населением. Даже мы окажемся в опасности.

— Думаю, на этом он не остановится, — вмешалась Западная Европа. — Мы видели, что он сделал с Нюваном. Думаю, здесь он постарается не меньше.

— Такой возможности у него здесь не будет, — заявила Военная разведка. — Даже если ему удастся проникнуть в Ореол О'Нейла, в чем я сомневаюсь, ему ни за что не приобрести столько термоядерного оружия. Невозможно взять его из складов так, чтобы никто ничего не заметил.

— Может, и так. И все же, здесь кроется что-то еще. И Кавана, и Флетчер Кристиан утверждают, что Декстер собирается найти здесь Беннет и отомстить ей. Я смотрел файл с досье на Декстера. Он был раньше членом секты в Эдмонтоне, а волхвом там у них Беннет.

— И что из этого? — спросила Северная акватория. — Вы знаете, что эти сумасшедшие сектанты делают друг с другом, как только наступает темнота. Не удивлюсь, если он вздумает забить ее до смерти.

— Вы не учитываете одного обстоятельства, — терпеливо продолжила свою линию Западная Европа. — Зачем душе, овладевшей телом Квинна Декстера, беспокоиться о бывшем у него когда-то волхве? — европеец вопросительно обвел взглядом присутствующих. — Мы имеем здесь дело с чем-то новым, необычным. Обыкновенный человек обрел такие же способности, как и одержимый, а может, и гораздо большие. Его цель другая, не такая, как у прочих.

Северная Америка догадалась первой:

— Черт. Ведь он был раньше сектантом.

— И, вероятно, остается им до сих пор, — согласилась Западная Европа. — И на Лалонде он участвовал в церемонии, а это инцидент номер один. Декстер — преданный адепт учения о Светоносце.

— Вы думаете, он вернулся, чтобы найти своего Бога?

— Верит он не в Бога, а в дьявола. Но сюда явился вовсе не для этого. Мои люди провели психологические тесты и сделали вывод: он вернулся, чтобы подготовить дорогу хозяину… Светоносцу, цель которого — война и хаос. Он постарается навлечь на нас и на одержимых мор и разрушения. Нюван был лишь репетицией. Настоящая игра будет здесь.

— Что ж, решено, — заявила Северная акватория, — мы отменяем движение поездов. Это означает, что мы сдадим ему целый арколог, зато спасем остальные.

— Только без мелодрамы, — попеняла Западная Европа. — Декстер и в самом деле проблема, и новая для нас проблема. Он — другой и обладает большей силой, с которой нам, сотрудникам Би7, за несколько столетий не приходилось сталкиваться. Но ведь мы и существуем для того, чтобы решать проблемы, угрожающие правительству. Нам просто нужно выявить его слабое место и воспользоваться этим.

— Мегаманьяк-невидимка, могущественный, как божество… и вдруг слабое место? — удивилась Северная акватория. — Да спасет нас Аллах, хотелось бы мне услышать, что это за слабость.

— Девчонке Кавана удалось бежать от него дважды. И оба раза благодаря вмешательству неизвестного одержимого. Следовательно, у нас есть союзник.

— На Норфолке! Которого уже не существует.

— Тем не менее у Декстера нет полной поддержки одержимых. Он не всесилен. А у нас перед ним есть решительное преимущество.

— В чем оно заключается?

— Мы о нем знаем. Он же не знает о нас ничего. Это обстоятельство можно использовать, чтобы загнать его в ловушку.

— А, да, — обрадованно заметил наблюдатель из Ореола. — Теперь я понимаю нежелание учинить персональный допрос Кавана.

— А я не понимаю, — проворчала Южная Америка.

— Такой допрос требует более глубокой операции, — сказала Западная Европа. — В настоящий момент Кавана не знает, что с ней приключилось. А это означает, что мы сможем, пользуясь ее незнанием, подобраться как можно ближе к Декстеру.

— Ближе к… — Южная акватория не договорила. — Боже мой, неужто вы хотите использовать ее в качестве проводника?

— Совершенно верно. В настоящее время у нас есть единственный шанс приблизиться к нему, и это Беннет. У нас, к сожалению, ограничена возможность ее подготовки. Одержимые, а следовательно, и Декстер, почувствуют эмоциональное состояние своего окружения. Нам нужно действовать исключительно осторожно, если мы хотим заманить его в ловушку. Если он узнает, что за ним идет охота, мы потеряем несколько аркологов, а может, и больше. Если мы введем в игру Кавана, наши шансы на встречу с ним удвоятся.

— Это чрезвычайно рискованное предприятие, — сказала Северная Америка.

— А мне нравится, — воодушевился представитель Ореола. — Куда тоньше отмены поездов и ведения огня с платформ стратегической обороны, испепеляющего целые районы.

— Тут не до жиру, когда весь мир катится в тартарары, — проворчала Южная акватория.

— У кого есть существенное возражение? — спросила Западная Европа.

— Ваша операция, — вспылила Северная акватория, — значит, и ответственность ваша.

— Ответственность? — вклинилась в разговор Австралия.

Несколько представителей не удержались от улыбки, глядя на распалившегося представителя Северной акватории.

— Разумеется, последствия я беру на себя, — промурлыкала Западная Европа.

— В вашем возрасте все излишне самоуверенны, — сказала Северная акватория.