Андрей Громов - Стэллар. Звезда нашлась.

На площади уже ждала делегация. Люди, одетые побогаче, стояли в передних рядах, а из переулков выглядывали представители местной бедноты. Посередине, окружённый группой лучников и меченосцев, стоял сам Великий Шляпник, толстый дядька с серебряной цепочкой на шее. За его спиной прятался тщедушного вида мужичок, но в шляпе, превосходящей по размерам даже самого главшляпника.

– Это они к нам приходили, пока я дрых? – поинтересовался я у Нэин.

– Ага, эти самые. Тот толстый дядька с серебряной цепочкой – вроде как местный мэр. За ним, тот странный тип в самой большой шляпе, видишь, у него ещё косички по бокам висят, это у них шаман или что–то в этом роде. В общем, отвечает за Небесный Штурвал.

– Всё ясно, – я сделал несколько шагов вперёд – Приветствую вас, жители города! Мы пришли с миром, даже более того…

Мужичонка выскочил вперёд.

– Чую, чую беду неминучую, – взвыл злыдень, крутясь волчком. – демоны, погибель несущую, спустились с небес! Чую, откровение мне было, ибо пепел тельца священного в нехорошие знаки сложился. Горе нам, горе, фу–у–у–у!!!

Поганец дунул в кулак, и над площадью полетели тысячи сверкающих искорок. Какой интересный эффект!

– Вот, узрите! – продолжал подстрекатель. – Прах тельца соврать не даст. К тому же у нас есть свидетель. Вы все хорошо знаете Иосифа, это благороднейший муж, сама правда и честность…

– Ага, – донеслось из толпы, – и бухает он там в своей каморке от нечего делать, по–чёрному.

Шаман зыркнул в толпу.

– Предам анафеме, – пообещал он.

В толпе заткнулись.

– Итак, – продолжал шаман, – знаете, что сказал Иосиф? Эти пришельцы призывали Чёрного Барона Свина! Здесь, прямо в нашем священном городе!

Стражник, паскуда, кивал. Блин, Локовски, ну зачем ты пасть открыл?

– Вот, вот, смотрите! – шаман тыкал пальцем в Локовского, – Это он, тот, кто проникает в дома по ночам, Ночной Пролазник! Люди, напомнить вам имя этого демона?

– «Пустынный трахальщик!», – пронёсся над толпой шёпот ужаса.

Мы трое повернулись к Локовскому.

– Эй, ребята, вы чего? – занервничал бедолага.

– Не, ну а что, похож, – резюмировала Нэин.

Локовски сник. Нэин сделала шаг вперёд.

– Ты чего задумала, Нэин? – прошептал я.

– Есть идея, – прошептала она в ответ. – Подыграй мне.

– Замечательно, прими мои поздравления, – обратилась она к шаману. – Мои тебе адские аплодисменты. Первого ты угадал. Ну а я кто такая?

Ну Нэин, ну ты даёшь. У нас что, конкурс «Угадай всех чертей ада»? А, впрочем…

– Ты, ты… – задумался шаман, – Ну конечно же, Асфиксия, Синяя Убийца. Демон Чёрной Пустоты. Гроза всех, кто не соблюдает ритуалы Капитана. Но я тебя не боюсь! Я праведен!

– Спасибо, спасибо! – ответила явно польщённая Нэин. – Вот только мне твоя праведность до одного места, так что я, пожалуй, тебя всё же съем. С шоколадным соусом, – и Нэин облизнулась, с самым зловещим видом. – Однако, я любопытна. Звать–то тебя как?

Шаман побледнел.

– Тебе меня не одолеть! У меня есть это! – подпрыгнул шаман и потряс своими косичками.

– О чём ты вообще говоришь? – удивилась Нэин. – Ты что думаешь, мне помешают эти твои смешные висюльки? Ты уже совершил несколько непростительных ошибок. Первая и самая главная – впустил злобных Небесных Демонов в город и не озаботился средствами контроля над ними. Так что твой ответ и не играет особой роли. Я могу спокойно разорвать тебя на части, и мне ничего за это не будет. Хреновый ты колдун. А как наказывают хреновых колдунов, напомнить? А ещё, я сейчас впаду в ярость и пожру всех младенцев в городе. Или может начать пожирать тебя по частям живьём? Ой, столько вариантов…

– Его зовут преподобный Ицхак, – сказал мужик с цепью.

Ицхак посмотрел на мужика с ненавистью.

– О, спасибо, – Нэин изобразила свою самую обаятельную улыбку. – вы так любезны. Итак, давайте теперь поговорим про наш демонический культ. Начать поклоняться нам просто, для начала мне бы хотелось…

– Да будьте вы прокляты! – взвизгнул преподобный, и его косички встали торчком. – Я уничтожу вас своей магией!

Интересно, как он это делает? Я тоже так хочу. Косичек у меня, правда, нет, но вот волосы дыбом… Шефа пугать.

Ицхак запрыгнул на телегу и что-то забормотал. Спятил что ли, бедолага? О, ну надо же, что творит! На вытянутой руке преподобного появился ярко-жёлтый огненный шар, размером с мяч.

Пирокинетик. А чему я, собственно, удивляюсь? Он же человек, и неважно, на какой планете он живёт, дар проявляется даже у самых нецивилизованных дикарей.

– Получи! – взвыл преподобный Ицхак, и запустил в нас шаром.

Ха, подобными экзерсисами меня теперь не напугать. Это раньше я бы уклонился, а сейчас… Я зевнул и изловил шар в свои телекинетические сети.

Вся толпа выпучилась на меня с суеверным ужасом, а на преподобного вообще было страшно смотреть.

– Как скучно, – произнёс я, вертя огненный шарик на кончике указательного пальца. – каждый раз одно и тоже. Колдуны-неумехи. Знаешь, в аду, для таких вот магов-недоучек есть специальный уголок, и главный в нём – я. И знаешь, как я вымещаю на них свою адскую злобу? Нет, не горящие уголья в задний проход, не сковорода с кипящим маслом, что ты. Это не интересно. Я отдаю их нашему демону-затейнику, вон он стоит.

Я ткнул пальцем в сторону Локовского.

– А он, – продолжал я, – такой выдумщик. Его фантазия, смею тебя заверить, не знает границ. Так что ты, братец, уже попал.

И я щелчком запустил шарик в небеса.

– Стража… – прохрипел бледный как мел шаман.

Я погрозил солдатам пальцем.

– Ребята, не надо глупостей, если не хотите отправиться в адские кущи вместе с преподобным.

Солдат эта идея совсем не вдохновила.

– Ты знаешь, – я вытянул руку, и несчастный Ицхак повис в воздухе. – вообще-то я хотел решить всё миром, жертв у меня сейчас достаточно, а ты нас начал оскорблять, кидаться всякой дрянью. Мой демонический кодекс обязывает меня устроить массовые убийства. Пожрать, что ли, всех людишек в городе, а само место спалить дотла? Нечасто со мной так невежливо обращаются.

Я сделал вид, что размышляю.

– А если мы его вам в жертву принесём, а? – с надеждой спросил мэр. – И ещё девственницу этому вашему…

– О, это уже другой разговор! – оживился Локовски.

– Отставить старлей! – рыкнул я. – Никаких девственниц!

– А образ отыграть? – уныло протянул наш демон.

– Мартина не одобрит! – все трое ответили мы.

– Да тьфу на вас! – обиделся Локовски, – Я ещё не женат, а из-за вас семейную жизнь начинаю люто ненавидеть!

– Ладно, – сказал я мэру, – кажется я знаю, что мне от вас нужно. Девственниц не надо, это пошло и старо. Обещаю, есть никого не буду, и город оставлю в целости. Даже помогу вам с варварами. Итак… Фу, иди отсюда!